Александр Окороков - Затонувшие корабли. Затопленные города

Глубокие трещины раскололи землю и жадно поглощали здания и охваченных паникой людей. Накатилась поднявшаяся в море большая волна, затопляя ту часть города, которая осталась целой. Согласно описанию трагедии уцелевшими жителями города, «несколько судов и шлюпок в гавани перевернулось и утонуло. Среди оставшихся фрегат «Сван», был заброшен на крыши домов… Он не перевернулся и тем самым помог нескольким сотням людей спасти свои жизни». Через несколько минут все было кончено. Море поглотило две трети города и унесло с собой около двух тысяч человек. К заходу солнца более 1800 домов скрылись в водах Карибского моря, а то, что осталось над водой, представляло собой всею лишь кусок суши в десять акров площадью, похожий на песчаную банку.

В 1953 году новое судно «Си Дайвер» направилось к городу Порт-Рояль. Построенное специально для проведения подводных археологических исследований, судно было сконструировано Эдвином А.Линком - известным изобретателем авиационных и электронных приборов и полностью отвечало требованиям для проведения необычных работ. Оно имело длину около 27,3 м, энергетическую установку из двух дизельных двигателей и помещения для 20 человек.

Два генератора, установленные на судне, приводили в действие мощный компрессор, обеспечивавший подачу воздуха большому числу водолазов, и пневматический подъемник для удаления ила и гравия со дна моря. Мощный грунтосос помогал очищать его от обломков наносной породы.

Специальная водолазная камера, в которой находилось все водолазное оборудование: акваланги, маски, гидрокостюмы, грузовые пояса и т.п., размещалась в корме судна. В нее можно было попасть либо с палубы, либо прямо из моря. Через толстое стекло иллюминаторов, устроенных в подводной части носа судна, при чистой воде можно было наблюдать дно. Рулевая рубка «Си Дайвер» была оборудована радиолокационной станцией, автоматическим рулевым, гирокомпасом и парой гидроакустических станций (эхолотов) для определения глубины. На палубе находились тяжелые стрелы и электрические лебедки для подъема пушек и других тяжелых предметов со дна моря, а на кормовой палубе - катер «Риф Дайвер» длиной около 6,4 м с воднореактивным двигателем. Его конструкция позволяла ему плавать среди рифов и в других мелководных местах. Особенно он нравился водолазам - они уже не боялись быть разрубленными вращающимися винтами во время погружения и всплытия. Одновременно с постройкой «Си Дайвер», на которую ушло около двух лет, составлялась карта старого города Порт-Рояль. Без нее работа велась бы вслепую, а при почти нулевой видимости и мощности наносных отложений становилась малопродуктивной. Это оказалось более существенной проблемой, чем постройка первого в мировой практике судна, предназначенного исключительно для целей подводной археологии. Единственная карта, которую удалось найти в архиве, была составлена в 1827 году правительственным топографом Филиппом Моррисом. На ней были изображены границы старого города, а также участок суши, оставшийся после землетрясения. Беда заключалась лишь в том, что объекты на карте не совпадали с еще существующими наземными ориентирами. Позднее в Британском музее была обнаружена еще одна карта, тоже составленная после землетрясения, но совпадавшая с сегодняшними ориентирами гораздо лучше. С помощью этих карт и информации о результатах обследований района, полученной от правительства Ямайки, Линк мог установить расположение улиц и зданий города, даже находящихся под водой.

Все было готово к экспедиции. Каждый ее участник полностью осознавал важность исследований. Город Порт-Рояль давно привлекал ученых как уникальное место с точки зрения археологии. В отличие от городов, расположенных на суше и меняющих свой облик за несколько лет, этот город остался точно таким, каким был более двух с половиной веков назад, законсервированный морем в момент землетрясения. И все, найденное среди руин, могло правдиво рассказать о жизни того времени. А рассказать было о чем.

Вероятно, уже около 1300 году клочок суши, позднее получивший название Порт-Рояль-Кей («кей» - коралловый риф или песчаная отмель), использовали ловившие здесь рыбу араваки, коренные жители Ямайки. После захвата острова англичанами в 1655 году здесь вырос город. Сопротивление испанцев, также претендовавших на эти земли, прекратилось, когда в 1658 году Хуан де Болас сдался полковнику Д'Ойли, первому гражданскому губернатору Ямайки. В том же году коммодор Мингс, стоявший во главе обосновавшихся в Порт-Рояле пиратов, подверг разграблению Кампече в Мексике, а также ряд городов в Венесуэле и создал прецедент, свезя захваченную добычу в город.

В 1659 году один из приезжих с острова Барбадос писал, что население процветавшего Порт-Рояля достигало 8 тысяч человек, одну половину которых составляли выходцы из Африки, а вторую из Азии и Европы (преимущественно англичане). В городе насчитывалось около 2 тысяч кирпичных, каменных и деревянных зданий, причем некоторые из них имели по четыре этажа и не уступали в цене домам на Мэйфер в Лондоне. Он обратил внимание на обилие впечатляющих сооружений, укреплений и церквей, глубоководную гавань со множеством причалов, четыре ежедневно торговавших рынка, синагогу, католическую часовню, молитвенный дом квакеров, королевские пакгаузы, обширные складские помещения, десятки таверн, зверинец, военные плацы и мосты.

Порт-Рояль достиг зенита своей славы, будучи базой для операций Генри Моргана, когда тот разграбил испанские города по всему побережью Карибского моря. Имея прекрасную гавань и хорошо укрепленный берег, он представлял собой идеальное место для сбора дьявольской братии со всего побережья. В условиях конкуренции между Англией и Испанией британские власти сознательно поддерживали этих мародеров, главными целями которых являлись испанские корабли и города. Темперамент отъявленных неюдяев определял и образ жизни города. Даже после смерти Генри Моргана, когда пиратам в Порт-Рояле не оказывали былого гостеприимства, его жители славились, как «самые неверующие и развращенные люди». В городе бурно процветали азартные игры, вдоль улиц тянулись дюжины гостеприимных таверн, предлагающих хмельной ром, обильную пищу и доступных женщин.

Большая часть богатств, добытых пиратами путем разбоя, быстро оседала в руках бессовестных городских торговцев. Сейфы и склады были переполнены добычей - золотыми и серебряными слитками, иконами, искусными ювелирными изделиями с драгоценными камнями, богатыми шелками и парчой, дожидавшимися отправки в Англию и на Континент в обмен на деньги и другие товары.

После катастрофы 7 июня 1692 года на дне гавани оказалось 13 акров застройки, а кварталы еще на 13 акров были смыты цунами. Были потеряны по меньшей мере 50 судов и множество ценностей, включая груз флотилии, затонувшей в 1691 года у Банки Педро в 110 милях к югу от Ямайки и разграбленной мародерами из Порт-Рояля.