Леонард Карпентер - Конан из Красного Братства

— А я, — напомнила о себе Оливия, — давно начала подозревать, что ты не голубых кровей. Маленькая, лживая плутовка!

— Да-а, — протянул киммериец. — Ловкий трюк. Но что побудило тебя открыть тайну, ведь ты рискуешь жизнью?

— Мне показалось, что тебе можно довериться, капитан Амра… и я, наконец, отважилась. Конечно, разыгравшаяся трагедия перечеркивает твои планы относительно выкупа, извини, только я не хочу возвращаться в Туран рабыней и отвечать за смерть госпожи. В любом случае жизнь на море не тяжелее участи кухарки или наложницы в гареме.

— Ты уверена, что будет легче? — спросила Оливия. — Хотя из тебя, пожалуй, выйдет неплохая служанка, не в пример твоей предшественницы.

— Не слушай ее. О том речи быть не может, — Конан хитро подмигнул заморийке. — В общем, я принял решение: — Для всех, исключая нас, ты останешься Филиопой — знатной пленницей. В целях безопасности. Этот вельможа Абдал далеко не дурак, если сумел меня провести. Но он не знает, что его кузина мертва и не узнает. Вскрывшаяся правда сломала наше соглашение. Посему он заплатит за тебя, если ему дорога Филиопа. Бедная девочка Фи… Сулула, — быстро поправился варвар, — после смерти оказывает мне последнюю услугу. Теперь настал мой черед обмануть благородного Абдала!

ГЛАВА 5

Рука Тарима

— Дальше нам сюда, — Нефет Али махнул рукой, остановившись перед внушительной железной решеткой, прутья которой перегораживали гранитный свод.

Взмах предназначался охране, наблюдавшей сверху за необычной процессией, и почти сразу под неблагозвучный скрежет цепей заслон начал медленно ползти вверх. Алаф, молодой алхимик, напряженно всматривался сквозь поднимающуюся решетку. Воображение рисовало удивительные картины того, что ожидало его внутри.

— Согласно новейшим разработкам механизм основан на взаимодействии пары массивных противовесов, размещенных вот здесь, — архитектор указал на сторожевую башенку, чуть возвышавшуюся над вратами. Кроме нее в толстые стены были вмонтированы и другие похожие постройки, только более скромных размеров. — Их приводят в движение рабы, — продолжал свою лекцию Нефет Али. — Труд, конечно, тяжелый, но все же это легче, чем каждый раз поднимать и опускать такую преграду с помощью одной лишь мускульной силы, — улыбнулся коротышка. — Для нашей маленькой компании хватило какого-нибудь бокового прохода, однако я хотел продемонстрировать вам возможности технического гения.

Едва пройдя врата, мастер с неприкрытой гордостью широко развел руки:

— Императорская верфь — символ мощи и власти Турана! И все здешнее оборудование на два месяца будет полностью к вашим услугам.

Решетка опустилась вниз с не меньшим шумом, после чего Нефет Али пригласил гостей осмотреть верфь. На громадные доки и судостроительные мастерские они любовались молча, не исключая провожатого.

Пятеро спутников Нефета Али подготовили проекты новых корабельных двигателей, которые одобрил принц Ездигерд. Сейчас им предстояло осуществить необходимые эксперименты. Друг к другу соискатели колоссальной награды относились настороженно, впрочем, они стали наилучшими из числа многих астрологов, алхимиков, магов и умельцев. Практически все уже успели обрести громкую славу, благодаря своему незаурядному уму.

Рядом с Нефетом Али пристроился Тамбар Паша. Полный, невысокий мужчина в опрятном темно-синем плаще и тюрбане, усыпанным драгоценными камнями, с золотым полумесяцем являлся известнейшим астрологом и философом. Из-за их спин выглядывал облаченный в белоснежную коринтийскую тогу до пят Залбувалус — маг, считавшийся на Севере великим пророком. Его лицо украшали очень длинные седые усы и кустистые брови. Тут же присутствовал блестящий мастер Мустафар — создатель скорострельного арбалета, успешно проверенного именно на флоте. Конкурентов умелец одаривал вежливой, хотя и чуть пренебрежительной улыбкой. Немного поодаль стоял чернокожий Кроталус из какой-то далекой, полудикой страны, представлявшийся уроженцем Зембабве. Несмотря на безволосый череп и глубокие морщины Кроталус буквально сиял юношеской энергией. Столица оказала чужеземному гостю хороший прием, и скоро он прославился среди туранской знати как непревзойденный консультант по любому вопросу. Ходили слухи, что к нему обращаются порой даже члены Императорского Совета.

Между столь выдающимися людьми последний претендент — Алаф чувствовал себя неловко. Действительно, как может сравниться начинающий алхимик с признанными учеными? Разве знания, полученные за короткую жизнь соизмеримы с кладезью мудрости и силы? Правда, молодой человек знал, что в данном деле вполне конкурентоспособен, что может выиграть состязание и обещанную победителю гору золота. Алаф всю сознательную жизнь провел в пекарне, помогая отцу. Целыми днями он месил тесто, но ночами занимался совершенно другим. Алхимия была его страстью. Идея получения чистого золота из свинца или цинка стала навязчивой, к счастью печь для выпекания булок подходила для опытов с металлами. Еженощно отцовская пекарня превращалась в литейный цех. За годы исследований Алаф досконально изучил свойства металлов. Хоть золота добыть не удалось, но, тем не менее, юноша сделал интересное открытие иного рода.

Однажды оставив на огне котелок с водой, он забыл про него, поскольку возился с чем-то еще. Вскоре сосуд начал издавать шипящие звуки. Над котелком показался пар. Крышка приподнялась, задрожала, а потом вовсе была отброшена в сторону. Алаф быстро сообразил, что заключенных в котелке водяных духов атаковали демоны огня. Раздраженные духи, приняв образ горячего тумана, убежали из ловушки и устремились к потолку. Заинтригованный странным явлением юноша напряг свой мозг изобретателя. Соединив трубками несколько посудин, молодой алхимик настроил конструкцию так, чтобы поток разбегающихся призраков двигался в одном направлении. Силы пара хватало для движения различных предметов. Например, специального колеса, к которому Алаф приделал лопасти. На выходе злые духи ударялись в них, заставляя колесо вращаться. Выяснилось также, что мощь духов возрастает по мере нагревания и способна, в конце концов, развалить даже казан с толстыми стенками. Последнее откровение стоило ему чувствительных ожогов, зато он понял, что гнев бесплотных созданий нужно тщательно контролировать.

Власть над водяными духами принесла пытливому юноше определенное уважение в среде ученых и магов Аграпура. Пусть ни одна из игрушек Алафа не выполняла сколько-нибудь полезных функций, мудрецы пришли в восторг от такого наглядного доказательства существования духов и демонов. Сам верховный жрец Тарима удостоил алхимика аудиенции, на которой обсуждалась тема о статуи бога, подвешенной над алтарем главной столичной святыни. Аудиенция вместе с попавшим в храмовую библиотеку свитком папируса, где описывались подробности экспериментов, не укрылись от внимания принца. Дворцовый посланник (посетивший до этого Залбувалуса и Мустафара) по личному приказу восхищенного Ездигерда доставил Алафу приглашение на научный турнир.