Тим Северин - Пират Его Величества

Тут вмешался Брайс.

— Сеньор Адриан, это к делу не относится. Обвинение, которое мы здесь призваны обосновать, касается пиратства в открытом море. Событие же, о котором рассказывает свидетель, имело место на суше и на заморских территориях Испании и, следовательно, не относится к юрисдикции Высокого суда Адмиралтейства. Это неприемлемо.

Испанец выглядел разгневанным. Он сделал нетерпеливый жест.

— Капитан Коксон, будьте любезны, обождите за дверью. Вы мне понадобитесь для дачи показаний в подтверждение заявления моего следующего свидетеля.

Когда Коксон выходил, самодовольное выражение на его лице не оставляло сомнений, что буканьер с радостью навредит Гектору как можно больше.

— Пожалуйста, пригласите второго свидетеля, — сказал советник. Он смотрел на дверь, предвкушая триумф.

В библиотеку вошла Мария.

Гектор почувствовал себя так, словно из него выпустили весь воздух. Мария была в простом шерстяном платье красновато-коричневого цвета, с кружевным воротом, голова ее была не покрыта. Драгоценностей девушка не носила, облик ее был тот же, какой помнил Гектор. Юноша припомнил, как они плыли на маленькой рыбачьей лодке в Пайту, как Мария встала лицом к ветру ранним утром. Тогда, как и теперь, она казалась сдержанной и замкнутой, уверенной в себе и такой же красивой.

— Вы — Мария да Сильва, компаньонка доньи Хуаны, жены алькальда Пайты? — спросил советник.

— Верно. — Ответ Марии был тверд и четок.

— И вы находились на борту «Санто-Росарио», когда судно атаковали пираты, и были свидетельницей убийства его капитана, Хуана Лопеса?

— Я не была свидетельницей его смерти, но видела позже его тело.

— И следующие три недели вы провели на борту «Санто-Росарио», в обществе вашей хозяйки, пока корабль находился в руках пиратов.

— Это тоже верно.

Гектор не мог глаз отвести от Марии. Первоначальное потрясение при виде девушки прошло, уступив желанию как-то привлечь ее внимание, восстановить прежнюю связь с нею и не дать ускользнуть. Но в сторону Гектора она не смотрела. Взгляд девушки словно бы впился в бумаги, лежащие на полированном столе советника.

Допрос Марии неуклонно продолжался.

— В то время или когда-либо еще этот человек пытался действовать в отношении вас насильственными методами или отнимал у вас имущество?

Только тогда Мария повернула голову и посмотрела прямо на Гектора. Их глаза встретились. Как ни старался, он ничего не мог понять по выражению ее лица. К своему смятению, Гектор увидел в ее глазах безразличие, равнодушие, словно бы он был ей совершенно незнаком.

— Нет.

— Насколько вам известно, он виновен в смерти капитана Лопеса?

— Как я уже говорила, я не видела, как погиб капитан Лопес. Мне ничего об этом не известно.

Советник начал терять терпение. Гектор подумал, что тот хочет решить дело одним ударом.

— Мария да Сильва, этот человек был членом команды пиратского корабля?

Мария вновь посмотрела на Гектора. Мгновенное колебание, всего в несколько ударов сердца, и девушка тихо произнесла:

— Может, он и был на борту другого корабля, но никогда не ступал на борт «Санто-Росарио».

Гектору показалось, что он ослышался.

Вид у опешившего советника был в высшей степени растерянный.

— Вы говорите, что его не было на борту «Санто-Росарио»?

— Да.

Советник взял записанные показания, протянул бумагу Марии.

— Взгляните сюда, в низ страницы, — попросил он девушку. — Вы узнаете свою подпись?

— Конечно. Это действительно моя подпись.

— Разве не эти показания были даны в присутствии этого молодого человека и алькальда Пайты?

— Свидетельство было составлено в кабинете алькальда. Но я никогда не видела этого человека.

Советник резко, с присвистом вдохнул, всем видом выражая крайнее недоверие.

— Мария да Сильва, дело очень серьезное. Вас доставили из Перу, чтобы дать свидетельские показания о пиратских действиях в отношении «Санто-Росарио» и об убийстве капитана Лопеса. Тем не менее вы утверждаете, что не узнаете одного из шайки разбойников, который причастен ко всем этим злодеяниям.

— Повторяю, я не знаю этого человека. Здесь какая-то ошибка.

Рассерженный советник бросил лист на стол перед собой. Мария смотрела в пол, сложив руки на груди, жестом, который Гектор узнал. Поза девушки говорила об ее упрямстве и непоколебимости.

Ловко вмешался Брайс.

— Сеньор Адриан, возможно, у вас есть другие свидетели?

Испанский советник не сумел скрыть своего гнева.

— Сейчас нет, — злобно бросил он.

— Тогда нам лучше попросить юную леди удалиться.

Гектор провожал уходившую Марию взглядом, и мысли его неслись вскачь. Отчаянно хотелось верить, что Мария, отрицая знакомство с ним, хотела защитить Гектора, но она вообще отказалась его узнавать. Казалось, без всякого труда она начисто стерла всякую память о нем. Гектор чувствовал себя так, словно между ними пролегла громадная ледяная пустыня. Больше он девушку не понимал.

— На этом все, мистер Линч, — заговорил Брайс. — Допрос окончен. Можете быть свободны.

За дверью, сидя на скамье в коридоре, Гектора поджидал Брэдли. Когда Гектор вышел из библиотеки, бейлиф встал с обеспокоенным выражением лица и взял юношу под руку.

— С тобой все в порядке? — с тревогой спросил он. — Ты бледен. Мистер Брайс хотел встретиться с нами после разговора и обсудить итоги. Его адвокатская контора недалеко отсюда, в Линкольнз-Инн. Мы не спеша пойдем туда и обождем, пока он не закончит свои дела.

Ожидать им пришлось почти час. Контора Брайса была такой, какой ее и предполагал увидеть Гектор, — две маленькие комнаты, осмотрительно прячущиеся в боковой улочке. Секретарь Брайса, неразговорчивый костлявый малый с частым чахоточным кашлем, принес посетителям маленький поднос с двумя стаканами и бутылкой Канарского и оставил их вдвоем. Допив второй стакан, Гектор начал слегка отходить после потрясения от встречи с Марией. Взяв себя в руки, юноша загнал образ Марии в глубину души и попытался сосредоточиться на насущных проблемах: вероятность предстать перед Адмиралтейским судом под председательством потенциально враждебно настроенного свекра Сюзанны, лжесвидетельство Коксона, по чьему оговору его причислили к организаторам рейда в Южное море. Будущее представлялось совершенно безрадостным и не сулило ничего хорошего.

К изумлению Гектора, вернувшийся Брайс выглядел, насколько позволяла привычная сдержанность, весьма довольным собой.

— Гектор, испанский посол отзывает свой иск, — сказал он. — Я обсудил дело с сеньором Адрианом, и мы пришли к соглашению, что при отсутствии главного свидетеля, той очаровательной юной леди, на успешный для него исход дела надежды мало.