Джин Ауэл - Путь через равнину

Она была необычной. Декоративная вышивка, свободный длинный покрой — все это отличалось от одежды Мамутои, к которой привыкла Эйла. Больше всего ее удивило то, что рубашку украшали хвосты горностаев.

Она показалась странной даже Джондалару. Так много всего произошло с тех пор, как он в последний раз надевал ее, что теперь рубашка казалась старомодной и непривычной. Он ее редко надевал, когда жил в племени Шарамудои, предпочитая одеваться как все, и хотя минул год и несколько полнолуний с того дня, как он отдал ее Дарво, казалось, что он в последний раз видел одежду из дома несколько жизней назад.

— Полагается, чтобы она была свободной. Дарво, ты должен ее подпоясывать. Давай завяжи пояс. Я покажу, как это делается. У тебя есть ремень?

Юноша надел богато украшенную кожаную тунику и протянул Джондалару длинный ремень. Тот велел Дарво, чтобы он выпрямился, и повязал ремень низко, почти на бедрах, так что хвосты горностая свисали свободно.

— Видишь, Дарво? Не так уж она велика тебе. А ты что думаешь, Эйла?

— Это необычно. Никогда не видела такой рубашки. Но мне кажется, что ты выглядишь прекрасно, Дарвало.

— Мне нравится она. — Он раскинул руки, разглядывая подол. Может быть, он наденет ее, когда они будут у тех Шарамудои, что живут вниз по реке. Ей должно понравиться. Той девушке, которую он приметил.

— По эту сторону гор скоро начнутся дожди, — сказал Доландо. — Помните, на что похожа река, когда Сестра переполняется водой?

— Надеюсь, все обойдется, — ответил Джондалар. — Нам нужна будет ваша большая лодка, чтобы переправиться на ту сторону.

— Если хочешь воспользоваться лодкой, мы проведем тебя к Сестре.

— Тем более что нам нужен болотный мирт, — добавила Каролио, — а мы именно там его собираем.

— Я с удовольствием поплыл бы вверх по реке на вашей лодке, но не уверен, что лошадям это понравится.

— Не хочешь ли ты сказать, что они могут переправляться через реки? Тогда, может быть, они поплывут за лодкой, — предложил Карлоно. — А Волк будет с вами.

— Да, лошади могут переплывать реки, но до Сестры слишком далеко, несколько дней, как я помню. Вряд ли они смогут проплыть такое расстояние.

— Есть путь через горы, — сказал Доландо. — Вам надо немного вернуться, затем пойти вверх и обогнуть одну из более низких вершин. Путь, на котором поставлены знаки, приведет вас близко к тому месту, где Сестра соединяется с рекой Великой Матери. Там есть высокий гребень к югу, который легко увидеть, как только вы достигнете равнины на западе.

— Но разве это лучшее место для переправы? — Джондалар вспомнил бурно несущийся поток воды.

— Возможно, нет, но вы пойдете по течению Сестры на север, пока не найдете подходящего места, хотя она не из легких рек. Она обильно наполняется водой с гор, течение у нее быстрее, чем у реки Великой Матери, и она более коварная, — сказал Карлоно. — Как-то нам пришлось идти вверх по течению почти месяц. Течение было все время быстрым, да и сама по себе река трудная.

— Мне нужно идти вдоль русла реки Великой Матери, чтобы попасть домой, а это значит, что придется переправиться через Сестру, — сказал Джондалар.

— Желаю удачи.

— Вам нужен запас пищи, — сказала Рошарио, — и у меня есть еще кое-что для вас.

— У нас не так много места, чтобы брать что-то лишнее.

— Это для твоей матери. Любимое ожерелье Джетамио. Я берегла его, чтобы отдать Тонолану. Оно совсем не тяжелое. После того как умерла мать Джетамио, ей было необходимо ощущение связи с родными местами. Я говорила ей: «Помни, что ты — из племени Шарамудои». Она сделала ожерелье из зубов серны и позвонков осетра как знак земли и реки. Думаю, что твоей матери захочется иметь вещь, принадлежавшую женщине, избранной ее сыном.

— Ты права. Спасибо. Это будет большим подарком для Мартоны.

— Где Эйла? Я хочу дать ей тоже кое-что. Надеюсь, у нее найдется место.

— Они с Толи увязывают груз. В действительности ей неохота уезжать… пока не поправится твоя рука. Но мы просто не можем ждать дольше, — сказал Джондалар, направляясь в сторону селения.

— Уверена, что со мной все будет в порядке. — Рошарио присоединилась к нему. — Эйла сняла старую повязку из бересты и наложила вчера новую. Мне кажется, что рука уже почти поправилась, но она хочет, чтобы я еще поносила повязку. Говорит, что, как только я начну действовать рукой, все будет в порядке.

— Я уверен в этом.

— Не знаю, почему задерживаются гонец и Шамуд, но Эйла объяснила, что делать, и мне, и Доландо, и Толи, и Каролио, и другим. Мы справимся без нее, хотя нам очень хотелось бы, чтобы вы остались. Еще не поздно передумать…

— Для меня это значит больше, чем я могу высказать, Рошарио, что вы так принимаете нас… особенно Доландо… воспитание Эйлы…

Она остановилась и посмотрела на высокого человека.

— Тебя это беспокоило?

Джондалар почувствовал, что покраснел от замешательства.

— Да. Сейчас это уже не важно, но, зная, как Доландо относился к ним… я не могу объяснить. Сейчас мне легко. Я не хочу, чтобы ей причинили боль. Слишком много ей пришлось пережить.

— Ты отсутствовал долгое время. — Рошарио изучающе посмотрела на него, заметив его озабоченный взгляд. — Ты узнал разных людей, познакомился со многими обычаями и привычками, даже выучил другие языки. Твой народ может не узнать тебя. Ты уже не тот, кем был, когда уходил отсюда. А твой народ окажется не совсем таким, каким ты его помнишь. Вы будете искать друг в друге прежние черты, а не те, что есть на самом деле.

— Я так волнуюсь за Эйлу. Об этом я не думал. Ты права. Прошло много времени. Она может понять их лучше, чем я. Для нее они будут иноземцами, и она, как всегда, быстро поймет их.

— А ты полон ожиданий. — Прежде чем они вошли в селение, женщина вновь остановилась. — Здесь тебе всегда будут рады, Джондалар. Тебе и Эйле.

— Спасибо, но нам еще так долго идти. Ты даже не представляешь, как долго, Рошарио.

— Ты прав, я не представляю. Но ты это знаешь, и ты привык к дороге. Если ты когда-либо захочешь вернуться, этот путь не покажется долгим.

— Для того, кто никогда не мечтал о долгом Путешествии, я уже прошел больше, чем хотел. Когда я вернусь, то сочту, что мое Путешествие закончено. Ты верно говорила, что пора обосноваться…

В жилище они застали только Маркено.

— Где Эйла? — спросил Джондалар.

— Они с Толи пошли забрать высушенные ею травы. Ты их не видела, Рошарио?

— Мы пришли с поля. Я думал, что она здесь, — сказал Джондалар.

— Она была здесь, рассказывала Толи о каких-то снадобьях. После того как вчера она осмотрела твою руку и объяснила, что делать, они только и говорят, что о травах. Этой женщине так много известно, Джондалар!