Крис Хамфрис - Честь Джека Абсолюта

— Рысью… марш!

Слава богу, конь под ним, как и на тренировках, повиновался приказу без шпор. Точно так же отменно выезженное животное отреагировало и на следующее повеление:

— Эскадрон… в галоп!

Авангард Шестнадцатого полка легких драгун устремился к воротам Валенсии де Алькантара.

Проскакав ярдов сто, Джек вдруг осознал, что понятия не имеет, насколько он опередил своих подчиненных: ведь они мчались строем, а он был один. Вроде бы командиру не пристало оглядываться во время атаки, но то, что в ушах его отдавался лишь стук копыт собственного коня, не могло не тревожить. Внезапно вспомнилось, как кто-то сказал, что этот скакун — самый резвый в полку. Кроме того, он носил имя Лакки, что означало «счастливчик», хотя прежде принадлежал человеку, расставшемуся со своими мозгами. Что это, как не издевка войны?

«Конь мертвеца, — подумал Джек, когда во мраке проступила городская стена. — Палаш мертвеца. Чертовы тесные сапоги мертвеца!»

Теперь он прекрасно видел долбаные ворота, которые действительно были открыты. А вот хорошо это или плохо, еще предстояло понять.

До темнеющего между створок проема оставалось не больше пятидесяти ярдов, когда оттуда вывалился шатающийся и протирающий глаза караульный. Увидев мчащегося на него всадника, он заорал и бросился было назад, но, видимо, с перепугу не смог нырнуть в разверстую щель. На дистанции в двадцать ярдов Джек опустил клинок и направил его точно в цель, чтобы использовать мощь наскока. В отличие от большинства драгунских полков Шестнадцатый предпочитал искривленным (порою донельзя) саблям тяжелые ровные, как струна, палаши, которые и без замаха на полном скаку обладали сокрушительной пробивной силой.

Испанец, должно быть, понял, что его вот-вот нанижут на полосу стали, и с воплем бросился наземь. Клинок Джека просвистел над ним, а в следующее мгновение юноша уже ворвался в проем и осадил коня под надвратной башней. Слева в пыли корчился сшибленный им человек. Справа в стене открылась дверь, из которой выскочили еще двое солдат — один был с мушкетом.

— Йа-ха! — вскричал Джек, натягивая поводья.

Лакки вздыбился, заставив обоих испанцев отшатнуться от острых копыт, а в миг замешательства Джек рубанул клинком по замку вражеского мушкета, выбив его из рук солдата. Падая, оружие выстрелило. В утренней тишине это прозвучало как гром.

Далее все пошло еще скорее. Когда взвывший испанец опрокинулся на спину, Джек вдруг услышал грохот копыт. Он снова дернул поводья, но Лакки и сам отпрянул в сторону за мгновение до того, как в Валенсию де Алькантара влетела голова атакующей колонны Третьего эскадрона.

Поскольку Джек заранее четко, ясно и подробно растолковал своим людям задачу, то, когда три испанца с криками побежали в глубь городка, ни один из кавалеристов не пустился в погоню. Все ворвавшиеся в крепость конники сгрудились у ворот, ожидая команды.

— Спешиться! Карабины к бою!

Паксли продублировал приказ лейтенанта, и драгуны, обученные действовать как в конном, так и в пешем строю, в считаные секунды соскочили с лошадей, которых в связках отвели в сторону, а их седоки между тем мгновенно разделились на три взвода. Первые два побежали к углу ближайшего особняка, откуда начиналась главная улица. Третий взвод занял позицию у ворот.

— Стоки! — позвал Джек, и Сердитый Боб, в предвкушении боя напрочь забывший о какой-либо вражде, подбежал к нему.

— Дуй туда! — велел ему Джек, указывая за ворота. — Подай нашим сигнал!

Когда рожок, дважды кашлянув, выдал полноценный призыв, Джек махнул рукой остававшимся при нем людям. К воротам кроме главной улицы вела еще одна, более узкая, и Джек увидел там на расстоянии около ста ярдов торопливо движущуюся толпу.

— Заряжай! Взвести курки! Наводи! Целься! Без команды не стрелять!

Испанцы — добрых два десятка солдат с мушкетами — ускорили шаг, офицеры подгоняли их шпагами. Неожиданно наступающие остановились: прозвучала короткая команда, и грянул нестройный залп, заставивший нескольких драгун пригнуться.

— Не робей! — крикнул Джек и скомандовал: — Пли!

Для кавалеристов залп был неплох, особенно если учесть, что стреляли они в полутьме. Похоже, испанцы пришли к такому же выводу, поскольку пустились наутек, оставив на мостовой две белые, дрыгавшие ногами фигуры.

Джек повернулся и увидел поток всадников, вливающийся в широко распахнутые ворота.

Полковник придержал коня рядом с ним.

— Все в порядке, Абсолют?

— Так точно, сэр. Люди удерживают улицы. Даго действительно дрыхли. — Он усмехнулся. — Но сейчас они уже бодрствуют.

Бургойн улыбнулся в ответ.

— Ну что же, посмотрим, нельзя ли их убаюкать опять. — Он повернулся к подъехавшему Хью Сомервиллю: — Майор, ваш Шестой пусть останется у ворот. Всех лишних лошадей отошлите к Онслоу, чтобы побыстрей перебросить сюда гренадеров. — Полковник посмотрел в глубину городка. — По словам нашего волосатого португальского друга, там впереди находится городская площадь с казармами местного гарнизона. Едем, Абсолют?

— Охотно, сэр, — отозвался Джек, отвязывая стоявшего рядышком Лакки и взлетая в седло.

Правда, спустя всего пару мгновений ретивости у него поубавилось, ибо на улице они тут же попали под перекрестный ружейный огонь. По всей видимости, испанцы, как это часто делали и англичане, квартировали не только в казармах, но и в частных домах, о чем говорили стволы просунутых в окна мушкетов.

— Четвертому и Пятому эскадронам спешиться и подавить противника встречным огнем! — взревел Бургойн. — Остальные за мной!

Тут уже было не до изощренных маневров с перестроениями из ряда в ряд — да и рядов, собственно говоря, не имелось. Часть драгун, попрыгав с седел и взявшись за карабины, принялась палить по окнам и дверным проемам, тогда как прочие во весь опор понеслись дальше. Джек скакал вместе со всеми, то опережая Бургойна, то чуть отставая. Время от времени в поле его зрения появлялись фигуры полуодетых и совсем голых людей. Стволы плевались огнем, пули свистели в опасной близости или визжали, отскакивая рикошетом от стен. Подражая товарищам, Джек припал к конской шее, выставив перед собою палаш, чья ударная сила усугублялась инерцией всадника и зло храпящего под ним скакуна. Не раз юноша ощущал, как его клинок с лязгом сталкивается с металлом или, скользя, срывает с костей чью-то плоть, но считать раненых и убитых не представлялось возможным. Всадники рвались вперед, тогда как усиливавшееся сопротивление говорило о близости главного вражеского гнезда. А потом они вылетели на открытое пространство, подействовавшее на них как воздух, всосанный в легкие после слишком долгого пребывания под водой. Три эскадрона по пятьдесят человек вихрем разлетелись по площади, рассеивая испанцев и заставляя их искать спасения или в ближайших домах, или в разбегающихся лучами проулках.