Поль Феваль - Лондонские тайны

— Да. Но я готов поклясться, что она не поправится. Каталепсия, кончающаяся как простая мигрень?! Дурак Гартвель будет хвастаться, что вылечил каталепсию!

Глава пятьдесят третья

ВАЖНОЕ ИЗВЕСТИЕ

— Черт вас возьми! — кричал кто-то за дверью. — Плешивый болван, почтеннейший сэр, говорят вам ночной джентльмен!

— Та, та, та! — отвечал Раулей.

— Гром и молния! Наладил: та, та, та! Что это такое? Объясните вы мне это, госпожа вонючая банка, почтеннейшая аптекарская пиявка. Чтоб вас вздернули на виселицу! Говорят вам ночной джентльмен!

Обе половинки дверей с шумом распахнулись и в комнату влетел Раулей с банкой в руке и растянулся на полу. За ним появилась фигура почтеннейшего капитана Педди О’Крена.

— Что за шум? — сердито спросил Муре.

— Честь имею салютовать вам, милорд! Капитан Педди О`Крен. Шум? Всякий другой на моем месте размозжил бы эту плешивую голову!

Взглядом победителя Педди окинул валявшегося на полу. Раулея.

— Что нового? — спросил было Тиррель.

— Как? — закричал Муре. — Переговоры с этим нахалом? Вон отсюда!

— Прощайте, чтоб вам подавиться, — ответил Педди, нахмурившись.

— Постойте, — вмешался Тиррель. — У него, верно, важные новости. Не мешайте мне, доктор. Что нового, Педди?

Педди остановился.

— Я пришел не за тем, чтобы иметь неудовольствие смотреть на желтую физиономию этого почтенного лорда. — Когда жизнь надоест мне, тогда я попрошу его отправить меня на тот свет. Это его дело…

— Довольно, капитан, — строго заметил Тиррель.

— Не будем терять время, милорд. Я готов говорить с вами, хотя вы и очень похожи на одного жида, которого повесили на моих глазах. Вы не зовете джентльмена нахалом, не гоните вон, чтоб провалиться вам, ему, мне, всем.

Тиррель нетерпеливо топнул ногой.

— Гром и молния, милорд. Если не ошибаюсь, вы изволите гневаться?

— Мне кажется, что вы пожаловали сюда по делу. Что нового? — спрашиваю я.

— Да, я по делу, по-чертовски важному делу, милорд.

— По какому же делу? — спросил вдруг и Муре.

— Вашей чести не стоит говорить с нахалом, милорд. Смит, отвратительнейший фарисей, но которого я душевно уважаю, послал меня с известиями к «его чести», — обратился Педди к Тиррелю.

— С какими? — с живостью спросил Муре.

Педди вместо ответа схватил Раулея за плечи и без церемонии вытолкнул за дверь.

Все «ночные лорды» с нетерпением ждали окончания работы, которая должна была обогатить их банковскими деньгами. В прошлую ночь Слон добрался до цели и повалился без чувств. Педди напрасно пытался донести его до постели. Все, что он мог сделать, это поставить около него огромную кружку с джином.

Тиррель и Муре принялись писать письма, когда Педди кончил.

— Любезнейший, — сказал ему Муре, — потрудитесь отнести это письмо по адресу к маркизу Рио-Санто.

— Куда угодно… Но с чего вы взяли, что я любезнейший? И почище вас люди звали меня, как следует — капитаном. Честь имею кланяться.

Через полчаса вышли и Муре с Тиррелем.

Глава пятьдесят четвертая

СПАСЕНИЕ КЛАРЫ

Через несколько минут Сюзанна ввела в кабинет Клару. Та очень изменилась, похудела. На лице ее и на всем теле были видны следы той ужасной пытки, которой она подвергалась. Сюзанна с нежностью любящей сестры поддерживала и ободряла ее.

— Не унывайте, моя дорогая, — заговорила она. — Вы скоро, скоро поправитесь. Знаете ли, мы теперь одни, они заперли нас. Но я знаю, как отсюда выйти. Сядьте, дорогая Клара, и отдохните.

Клара опустилась в кресло и тихо заговорила:

— Я видела его. Как я была счастлива тогда! Пришла Анна — и он на коленях перед ней. Я много страдала тогда! Но я люблю Анну и не скажу ей, что она убила меня.

— Конечно, вы и должны любить Анну, — успокаивала Сюзанна. — Все эти тяжелые и печальные воспоминания не более, как сновидение. Забудьте их. Скоро вы будете свободны.

— Я видела его, — с трепетом продолжала Клара. — Я знаю длинную историю. Мне рассказывала ее моя кормилица. Молодая Бланка любила Бертрана…

Клара опустила голову и замолчала.

— Что же дальше, милая Клара?

— Дальше? — Клара смотрела вдаль. — Все знают конец этой истории. Бланка любила сына лорда. Она любила так горячо, что… — Голова у нее склонилась на грудь и руки похолодели.

Сюзанна всячески старалась утешить бедную страдалицу. Клара бросилась к ней на шею.

— Пойдемте, вас ждет Анна.

— Анна! Бог знает, что с ней! Но может быть мы и найдем ее.

Сюзанна подвела ее к задней стене, где стояла кушетка с красивой драпировкой, и надавила розетку. Перед ней растворилась потаенная дверь, которая вела в Вимпольстритский дом. Там Сюзанна знала все входы и выходы.

— Мы спасены! — вскричала молодая девушка, и довела Клару до крыльца.

Через полчаса они были на Корнгильской площади перед белым домиком с зелеными ставнями.

— Как часто я искала этот домик, — сказала Сюзанна со слезами на глазах. — Теперь я не забуду к нему дороги!

Она постучалась. Ей отворила Анна. Сюзанна поцеловала ее и сказала:

— Ваша сестра там!

— Моя сестра! Клара! — вскричала Анна.

Глава пятьдесят пятая

ИУДА

В кабинете маркиза Рио-Санто сидели Ватерфильд, Рендель и Бембо. В углу устроился задумчивый Энджус.

— Синьор, — заговорил Ватерфильд, — обращаясь к Бембо, — скажите, пожалуйста, почему маркиз заставляет так долго ждать?

Бембо молчал.

— Синьор, потрудитесь же ответить на мой вопрос.

— Тише, нам вовсе не до ссор, — вмешался Рендель.

— Рио-Санто идет.

В кабинет вошел маркиз. Он остановился на пороге и, увидев Энджуса, пошел прямо к нему.

— Благодарю, Энджус, — сказал он, — что ты пришел. Мне было бы очень грустно, если бы ты не пришел принять участия в деле, тайну которого я давно тебе поверил.

— Давно, глухим голосом ответил Энджус. Пятнадцать лет тому назад, на Лидской ферме.

Рио-Санто отдал ждавшим его нужные приказания и остался наедине с Энджусом.

Затем положил в карманы пару маленьких пистолетов, а за жилет спрятал небольшой кинжал.

Бледный Энджус нетвердыми шагами подошел к окну и растворил его.

— Ты нездоров, Энджус? — заботливо спросил маркиз.

— Да, О'Брин, я нездоров. Если бы ты знал, как я тебя еще люблю! — Энджус схватился руками за голову и зарыдал. — Боже мой, Боже мой! Я не могу… Тайный голос…