Месть Богов - Сергей Анатольевич Шаповалов

– Слушай внимательно: сейчас из дворца вышли юноша и девушка. Они сядут в повозку и поедут из города. За центральными воротами Амона их ждет засада. Возьми десяток моих телохранителей и убей всех бандитов. Но знай, – угрожающе прошипел фараон, – все должно остаться в тайне, иначе жрецы делают тебя вечным узником храма Осириса. Оттуда живыми не выходят.

Слуга удалился. Эйя пожал плечами и с удивлением произнес:

– Неужели, я начал совершать добрые дела?

11

Иссихасса прибыл в Библ в окружении небольшой свиты. Рибадди, высокий смуглый воин лет тридцати пяти с пронзительными черными глазами и жидкой клиновидной бородкой, принял посланника с подобающими почестями. После длительных приветствий и обмена дарами, рабы отвели гостя в купальню, омыли его уставшее тело в каменной ванне, натерли благовониями и облачили в свежую одежду.

Иссихасса отдыхал в большой прохладной комнате, отведенной специально для него. Он с наслаждением попивал охлажденное вино и поедал фрукты, когда к нему вошел номарх.

– Доволен ли гость? – спросил вежливо Рибадди.

– Да, – сухо ответил Иссихасса. – Я должен тебе передать послание Великого, Солнцеподобного, угодного Амону.

– Я долго ждал это послание, – произнес Рибадди, приняв свиток. – Вы, ведь слышали, что у нас творится? Библ дрожит от страха.

– Я знаю, – безразлично согласился Иссихасса, продолжая наслаждаться фруктами. – Хабири совсем обнаглели. Но ничего, скоро здесь появятся войска.

– С вашего позволения, я прочитаю свиток.

Иссихасса кивнул. Во все время разговора он, даже, не взглянул на номарха. По мере того, как Рибадди читал текст, брови его сдвигались. Закончив, он недоверчиво взглянул на Иссихассу и спросил:

– Уважаемый посланник читал письмо?

– Нет, – ответил тот. – Мне запрещено его читать под страхом смерти. Там что-то секретное?

– Здесь даны кое-какие советы, – неопределенно ответил Рибадди, – как бороться с бунтарями.

Номарх поклонился и вышел, хищно посмотрев на жирный бритый затылок посланника. Иссихасса, не подозревая ничего плохого, погрузился в горестные размышления. Он страшно злился на Анхесенамут, за то, что она отняла у него Улию. Даже божественная Раннаи ничем не смогла помочь. По ее приказу, он засел за городом с несколькими охранниками из храма Осириса и поджидал Улию с Асмуникал, чтобы напасть на них, растерзать, порубить на куски, растоптать остатки. Но вдруг, на них самих напали. Случай выручил Иссихассу. Один из воинов, сраженный копьем, упал сверху. Иссихасса прикрылся мертвым телом, и сам прикинулся трупом. Так он пролежал до темноты. Он чуть не взвыл от досады, когда услышал скрип колес повозки, везущей Улию и Асмуникал мимо него.

Весь в крови, ободранный, Иссихасса ночью пытался пробраться к жрице Раннаи, чтобы пожаловаться. Но его не пустили в храм Исиды безжалостные стражники. Он умолял, плакал, ругался, грозил – ничего не помогло. В конце концов, стражники пинками прогнали его. Верховная жрица готовилась к празднику, а в такое время ее нельзя беспокоить. Пришлось ждать весь следующий день, пока праздничная процессия не завершит свое шествие. После того, как последние жертвы, обливаясь кровью, пали к стопам богов, Иссихасса побежал к своей покровительнице. Но ему сказали, что Раннаи чувствует себя плохо и принять его не сможет. Наутро он с ужасом узнал, что великую жрицу неожиданно призвала к себе Изида.

После творилось что-то страшное и непонятное. Разнеслась весть о том, что Раннаи отравили, и не кто-нибудь, а мудрейшие жрецы, и на этом они не остановятся. Следующими жертвами должны стать: Хеви, Эйя и – что самое чудовищное – правительница: любимая всем народом Анхесенамут. Города Пеку и Уаст забурлили. Чернокожие кушиты и бородатые аккадцы в полном боевом вооружении рассыпались по городу мелкими отрядами. Хармхаб с войсками окружил Уаст и никого не выпускал из города. Народ толпой двинулся к храму Осириса. Храмовая стража едва успела затворить ворота. Сам Хармхаб могучий и, как всегда, мрачный возник среди толпы на колеснице. Народ готов был штурмовать храм с голыми руками. Но тут появились носилки, несомые шестнадцатью рабами. В носилках, на золотом троне неподвижно сидел сам правитель Эйя. Рядом с ним находилась супруга, богоподобная Анхесенамут. Стражника храма открыли ворота и опустились на колени. Все жрецы храма Осириса поспешили упасть перед стопами правителя Обоих Земель и молить о пощаде. Угодный Амону тут же приказал взять под стражу нескольких жрецов и бросить их в темницу, где они должны ожидать своей участи. От других жрецов правитель потребовал клятвы верности.

После всех этих нелепых событий Иссихассу разыскали стражники и привели во дворец правителя. Он готовился к самому худшему. Один из хему рисут вручил ему свиток папируса, скрепленный печатью того, кто угоден Амону и велел отправляться в Библ. Иссихасса вздохнул с облегчением и немедленно собрался в дорогу, несмотря на то, что вокруг Библа земля горела, и всякого, кто едет из Та-Кемет, безжалостно убивали.

Чего он не мог понять: зачем именно его послали. Какое-то секретное послание… Вдруг Иссихассу, словно стрела, пронзила страшная мысль! Эйя решил избавиться от него. Жрецов, наверняка, пытали. А если правитель узнал, что Великая каста готовила Иссихассу для убийства Эйи… Иссихассе хотели дать должность в окружении правителя. Он должен был тайно изучать все привычки Эйи: что он ест, что он пьет, где отдыхает. Ему поручили стать тенью правителя и по первому же приказу умертвить Эйю.

Нет! Страшная мысль отступила. Если бы правитель захотел уничтожить его, то сделал бы это еще в Уасте. Но почему он здесь? Зачем его выслали в Библ? Недобрые предчувствия стеснили грудь. Руку невольно скользнула по поясу, но кинжала не было. Он подскочил с ложа, обшарил всю комнату, нигде не нашел даже иголки. Мысль о том, что смерть близко, заставила его похолодеть от ужаса. Иссихасса кинулся к двери – она оказалась запертой. К окну. Окно слишком высоко, да и закрыто узорчатой решеткой. Страх за свою жизнь довел его до приступа безумия. Он бросился всем телом на дверь, пытаясь выбить ее. Но ничего не получалось. Принялся колотить руками и что-то кричать. Он кричал до тех пор, пока силы не покинули его, и сознание совсем не помутилось.

Иссихассе показалось, что он стоит на краю зияющей пропасти, из которой поднимается холодное дыхание смерти. Страх сковал все члены, и нет сил отступить назад. Вдруг из бездны появляется Тушратта. Его лицо бледное, словно обсыпано мукой, а глаза пустые. Он хватает ледяной рукой Иссихассу и тянет в пропасть, при этом его бледное лицо расплывается в ужасном оскале. Иссихасса сопротивляется, пытается расцепить