Кортик фон Шираха - Рубен Валерьевич Маркарьян

«извини» дважды – это уже хорошо…. Прогресс, я бы сказала. Хотя… Ты сказал – мыслишь образами? Вот образ насчет извинений. У тебя дома человек сел и нагадил в центре зала в момент детского праздника. Если просто вытрет руки салфеткой и удалится, это – НЕ «извини», это навсегда испорченный праздник, это воспоминания всех об этом. Если даже этот человек, уходя, крикнет с лестницы «извини», он не извинен. Это НЕ извинения. Извинения – это уборка в твоей квартире, покупка нового ковра, и бутылка коньяка, как минимум, плюс мороженое всем детям-гостям до совершеннолетия. Чтобы забыли эту неприятность…»

«Господи, ну что ж такое-то…» – Артем отбросил телефон на кровать. Закрыл глаза.

Проснулся через два часа. Голова была туманна, но не болела. Снова взял телефон в руки. Еще три сообщения от Оксаны примерно того же содержания, смысл которых ясен: Артем – скотина, но он ей нужен и потому готова простить. Надо извиниться, но не в смс.

Оксана была 30-летней художницей с прекрасной фигурой и образованием. В 15-летнем возрасте эмигрировавшие родители увезли ее в Великобританию, где она, закончив частную школу, поступила в Сант Мартинс колледж Лондонского университета искусств. Потом работала в Америке, писала портреты на набережной в Санта Монике, больше для развлечения и прак тики, чем для денег. Потом написала пару удачных портретов для вип-персон и тут же пошли заказы. Жила в Ницце год, расписывала стены в каком-то отделении банка, параллельно создавая портреты всей семьи вице-президента этого кредитного учреждения.

Надоевшую Ниццу сменила на Москву, где пришлась ко двору придворного художника, выделившего ей мастерскую на «Соколе» и поручившего писать портреты именитых россиян. Сам «придворный художник» с заказами давно перестал справляться, поэтому их выполняли в основном талантливые ученики, где рука мастера отмечалась лишь в виде пары мазков и подписи.

Артем познакомился с Оксаной год назад в бизнес-классе рейса Аэрофлота «Ницца – Москва».

– На кочку наехали, – сказал Артем, когда самолет резко тряхнул турбулентный поток.

Милая девушка в кресле рядом испуганно, но улыбнулась. За короткий полет Артем успел наговорить девушке кучу приятных слов, угостить бесплатным шампанским и пригласить поужинать где-нибудь и как-нибудь. По прилете в «Шереметьево» подвыпившая парочка пассажиров по-европейски расцеловалась в обе щеки на прощанье, чтобы, пройдя паспортный контроль, снова встретиться при получении багажа.

– Девушка, а я вас знаю! – сказал Артем. – Вы – знаменитая художница из Англии.

– А вы – известный российский адвокат, – подыграла Оксана и развела руки для объятий.

Снова расцеловались, но уже чуть более тепло, чем это принято при первом знакомстве.

Получив багаж, Артем, как и следовало в такой ситуации, проявил настойчивость:

– Оксана, раз уж мы с вами давно знакомы и неоднократно встречаемся, как на Родине, так и в небесах, я был бы не прав, если бы не предложил подвезти. Скажите, куда?

Неожиданно девушка сказала:

– К тебе! – и игриво выстрелила в Артема карими глазами.

Артем опешил.

– Что, Артем? Неожиданный поворот? Жена, небось, будет не особо рада? – Оксана засмеялась.

Артем в ответ тоже улыбнулся.

– Не знаю. Я уже лет двадцать, как разведен. Просто, дома не прибрано…

– Ну, а что? Вот, заодно продемонстрирую навыки домохозяйки. Приберу, приготовлю утром завтрак… Кстати, что любишь на ужин? Завтраком мы же не ограничимся? Ты что-то говорил про ужин?

Оксану искренне веселило происходящее и особенно – глупеющее с каждой минутой лицо обретенного друга.

Артем стойко выдержал тему перспективы совместной жизни, которую Оксана развивала всю дорогу. Встретивший шефа Евгений, ведя автомобиль по направлению к Арбату, молчаливо кидал взгляды сквозь зеркало, ожидая команды на «выброс» щебечущего художника с розовым чемоданом.

– Завтра подъезжай к 9 утра, – нарочито громко сказал Артем. – У меня суд.

Никакого суда у него, конечно, не было запланировано, просто перспектива провести завтрак, обед и ужин в обществе оказавшейся столь навязчивой Оксаны Каховского не прельщала.

Однако, напрасно волновался. После весьма приятной ночи вчерашняя попутчица встала по будильнику Артема и в 8.30 уже накрашенной и одетой жарила обещанную яичницу. В 9.00 Артем выволок розовый чемодан из квартиры и погрузил в такси, которое Оксана вызвала сама.

– Я бы тебя подвез, Оксан, но… – начал было Артем.

– Артем, прекрати, какие проблемы? – Оксана одарила его искренне дружеской улыбкой. – Нормально покуражились вчера. Спасибо, кстати. Мы, интеллигентные барышни, в Европах не особо избалованы нормальными человеческими отношениями. У нас мужчины чемодан поднести в аэропорту не пытаются. Правила безопасности аэропорта и все-такое… А тут в России все такое милое… И ты – особенно.

Звучно чмокнула Артема в щеку и, помахав рукой, села в такси.

После этого они встречались довольно часто. Это было совсем ненавязчиво для Артема, всегда боявшегося серьезных отношений. Он даже выдумал слоган для своего «публичного одиночества»: «Относитесь серьезно к серьезным отношениям, избегайте их!»

Но Оксана и не настаивала на отношениях, не задерживалась в квартире Артема более одной ночи, даже когда Артем этого хотел.

Она говорила: «Милый, у меня с собой комплект только для одной ночевки. Все нужные вещи расположены по месту постоянного гнездования. Хочешь, чтоб я переехала к тебе?»

Артем отвечал в игривом тоне: «Не дай Бог!»

Так они и встречались год. Правда, за это время ни разу Артем так не «лажался», как вчера.

«Угораздило же меня…» – вслух подумал Артем, вставая с постели, и подумал, что произнесенная фраза имеет двоякий смысл. Угораздило вчера так напиться или угораздило связаться с Оксаной? Даже улыбнулся, впервые за это больное утро.

– Как посидели? – ехидно осведомилась Тина, как только Артем наконец вошел в приемную.

– Волшебно! – ответил Каховский, направляясь сразу в кабинет. – Нарисуешь газированной воды?

– С лимоном? – уточнила Тина.

– А что, есть лимон? Богато живут известные адвокаты… Может, найдется бутерброд? – Артема подташнивало.

– Могу заказать еды в офис. Суши? Пицца? Лапша?

– Суши – бэээээ, – Артем брезгливо поморщился. – Лапша горячая – хорошая тема. И суп. Лучше суп с лапшой.

Сел в кресло у рабочего стола, включил компьютер, открыл почтовый мессенджер.

Первое же высветившееся непрочитанное письмо привлекло внимание. Отправитель – «Общество «Немецкий клинок»»:

«Уважаемый господин Каховский!

Наше общество «Немецкий клинок», созданное по инициативе и при содействии ряда известных немецких, американских и российских коллекционеров холодного оружия, приглашает вас на дружескую встречу-ужин в дворцовом комплексе Сан-Суси г. Потсдам.

Вы сможете насладиться авторской кухней известного берлинского шеф-повара Андреаса Штольца, в приятной дружеской атмосфере увидеть старых и завести новых друзей и, главное, ознакомиться с уникальными творениями немецких оружейников из частных коллекций, которые будут доступны только для вас в этот вечер в хранилище музея.

С дружеским приветом,

Президент общества – Манфред Шермер».

К письму было приложено цветное приглашение в формате pdf с картой