Искусство под градусом. Полный анализ роли алкоголя в искусстве - Максим Николаевич Жегалин

Какой желтолицый предок? Ау! – кричим мы в вечность.

Иероглиф «цзю» переводится как «вино» и встречается на гадательных надписях, которые наносили на панцири черепах. Это, между прочим, памятники китайской письменности. Правители гадали и спрашивали у мироздания: молодое или старое вино использовать при жертвоприношении. Что отвечало мироздание – неизвестно, но вино перед ритуалом тщательно фильтровали. Для этого использовали стебли специального тростника цзин-мао, который доставляли вассальные князья – это было их обязанностью. Сохранился даже выговор одному оплошавшему князю:

«Вы не представляете в свертках тростник мао, входящий в число ваших подношений, из-за чего жертвы [духам] ванов не приносятся, так как нечем очищать вино…»

Мне вот иногда нравится думать о том, как древние люди изобретали слова и названия, как они объясняли природу, откуда брали звуки, имена-фамилии и легенды. Вот что мешало просто сидеть и пить рисовую брагу, нет – надо было все оправдать, объяснить, придумать.

По одной версии, записанной в сочинении «Чжаньго цэ» (Стратегии сражающихся царств), вино изобрел некий И-ди, мифический министр мифического императора Юя. Юю вино понравилось, но он холодно произнес: «Между последующими поколениями непременно явятся люди, которые благодаря вину потеряют их царства». И больше пить не стал.

По другой легенде, придумал вино человек с именем Ду Кан, про которого ничего не известно. Но предполагают, что Ду Кан это император Шао Кан – тоже мифический. Просто вот взял и придумал. Без особой мистики.

Ну, понятно, что вино здесь в кавычках. Какое «вино» – просто слабенькое пойло, больше похожее на пиво. Чуть поведет – и то хорошо, и то – чудо.

Но на то китайцы и великий народ, чтобы изобретать небывалое. Вот они и придумали, как свое рисовое недовино сделать крепче. Для этого стали к зерну добавлять плесневый грибок, вырабатывающий особый фермент амилаза.

Амилаза прекрасно взаимодействовала с крахмалом, и напиток в итоге становился по-настоящему опьяняющим.

Этот способ «укрепления» до сих пор используют в азиатских странах. И Китай гордится изобретением плесневой ферментации. И правильно. Заслужили.

Даже когда уже весь мир благополучно напивался вином виноградным, китайцы все равно предпочитали рисовое. Добавляли туда, например, цветы османтуса душистого, а иногда и сульфид мышьяка для разнообразия. Путешественник Марко Поло писал вот так:

«Весь почти народ в области Катай пьет вот какое вино: приготовляют его из риса с другими хорошими пряностями, и питье выходит лучше всякого другого вина: и чисто, и вкусно; вино горячее, и пьянеешь от него скорее, нежели от другого».

(«Книга о разнообразии мира», II, C. Перевод И.М. Минаева.)

Как же я жалею, что был в Китае, почти как Марко Поло, и не попробовал рисового вина. А ведь его до сих пор там производят. И местной фруктовой водки не попробовал. И водку с настоящей коброй в медицинских целях не выпил. Всю мою голову занимала банальщина, огоньки и ветер. Так грустно. Вот поэтому и закончу стихотворением китайского поэта Ду Фу, которому в далеком VIII веке нашей эры тоже было невесело.

Седой старик —

Варю вино из проса.

Стучится дождь

У моего окна.

Я на судьбу

Не взглядываю косо:

В уединенье

Слава не нужна.

(Перевод А. Гитовича)

Древний Египет

Нет, все-таки я не алкоголик. Забираю свои слова обратно. И среди вас, уважаемые читатели, алкоголиков тоже нет. Даже если вы каждый вечер выпиваете баклаху пива – ничего. Даже если две баклахи.

Все меркнет по сравнению с древними египтянами, вот там была настоящая жажда, жара и веселье. Если однажды изобретут машину времени, я соберу чемодан и отправлюсь прямиком на берега Нила, за несколько тысяч лет до нашей эры.

Пива здесь – залейся. И никто не станет осуждать тебя, отговаривать, косо смотреть – пей, сколько влезет. Ведь напиток этот божественного происхождения, его подарил людям мудрый Осирис. Махнул небесной рукой, сделал знаки жрецам – и потекли неиссякаемые реки.

Но мы, страждущие XXI века, знаем, что никакого Осириса не было. А пиво везли в Египет из Вавилона длинным верблюжьим караваном. Качество во время перевозки понижалось, египтяне же себя уважали и гадость пить отказывались. Так и пришлось им устраивать производство самостоятельно, вот этими самыми руками. Осирис ли нашептал рецепт или сами покумекали, но начали варить пиво из ячменного солода (рецепт отличался от вавилонского), из пшеницы и других прекрасных злаков.

Напиток назывался хек, был сладким и крепким. В него добавляли мандрагору, анис, шафран. Хек считался чуть ли не лекарством, да и пить его было безопаснее, чем сырую воду.

Одной пивоварней владела царица Нефертити. От пивоварни остались только стены, а на стенах – фрески. Нефертити процеживает напиток и раздает его другим красавицам, за спиной царицы – кувшины, чаны, котлы.

Для очистки использовали специальные корзинные сита, которые ставили на высокий сосуд из красной глины. Оставшаяся после процеживания пивная гуща считалась целебной, ее принимали внутрь, использовали в качестве припарок.

Египтяне научились хранить пиво долго, разливая его в тонкостенные сосуды, изнутри обмазанные битумом. Битум закрывал поры, и кислород не проникал внутрь, скисания не происходило. Сосуды закупоривали глиной, пробки опечатывали. В таком виде пиво продавали, раздавали, использовали в качестве платежа.

Царица ежедневно получала два кувшина пива и десять буханок хлеба. Фараон при женитьбе обязывался обеспечивать невесту этим «прожиточным минимумом» – вынь да положь. Принцесса тоже получала десять буханок, а вот пива – только один кувшин. Даже строителям пирамид полагалось три буханки и пара кувшинов в день.

Рацион египтян был предельно прост: пиво, хлеб, лук, изредка – рыба. Алкоголь пили и дети, и женщины, и старики. Приятного аппетита желали фразой «Хлеб-пиво».

Хлеб, пиво клали мертвым – на дорожку, чтобы душа питалась по пути в загробное царство. Хорошо жили египтяне, да и после смерти чувствовали себя прекрасно.

А вот примерный рецепт египетского хека, найденный на стенах одной гробницы:

«Чтобы сварить пиво, возьми ячмень или другой вид зерна, замочи его или зарой, чтобы началось прорастание. После этого зерно нужно смолоть и сформировать хлеба с добавлением опары. Хлеба немного поджарить, так, чтобы образовалась только наружная хлебовидная корочка. Внутренность должна остаться сырой. После этого нарежь хлеба на куски, сложи в большой чан и залей водой. Так их оставь стоять на один день. На следующий день жидкость перелей через сито в другой чан, где размягченные куски хлеба перетри