Уилбур Смит - Неукротимый, как море

Ознакомительный фрагмент

По традиции любой заглянувший в машинное отделение, включая капитана, должен был известить старшего механика, но Ник подошел к раздвижным дверям и нырнул в кондиционированную прохладу центрального поста управления, оставив позади душный, жаркий зал, пропитанный запахом машинного масла.

Винни Бейкер в компании с одним из электриков стоял на коленях у открытого шкафа, набитого цветными проводами и транзисторными коммутаторами, и о чем-то горячо спорил. Не успел долговязый стармех разогнуться и подняться с колен, как Ник оказался у пульта управления.

Он разозлился не на шутку, губы сжались в прямую жесткую линию, густые темные брови сдвинулись над пронзительными зелеными глазами и крупным, слегка крючковатым носом.

— Вы отменили мою команду и держите двигатели на семидесяти процентах, — бесстрастно высказался Ник, сдерживая ярость.

— Это именно то, что я называю «верхней границей». В такой шторм восемьдесят процентов болтика на болтике от судна не оставят.

Винни замолчал. В это время «Колдун», задрав корму, перевалил очередной гребень, лопасти замолотили воздух, и пост управления содрогнулся от тряски.

— Видали? Ну что, добавить оборотов? — ухмыльнулся Винни.

— «Колдун» рассчитан на такую нагрузку.

— Да в этих условиях все, что угодно, полетит к черту!

— Значит, так: блокировку снять, — по-прежнему ровным голосом сказал Ник, ткнув в сторону хромированного рычага, которым стармех управлял двигателями и мог отменить любую команду, поступившую с мостика. — Я не тороплю, у вас есть целых пять секунд.

— Проваливай отсюда. И чтоб я тебя больше не видел рядом с моим хозяйством!

— Хорошо. Тогда я сам, — кивнул Ник и потянулся к рычагу.

— Убери руки! — взревел Винни и схватил гаечный ключ со стола. — Слушай, ты, замороженный британский хлыщ, только тронь машину, и я тебе все зубы пересчитаю!

Ник удивленно замер — его настолько поразил эпитет, что он едва не расхохотался. «„Замороженный“. Так вот, значит, каким я выгляжу со стороны», — подумал Ник и спокойно ответил, взявшись за рычаг:

— Мы пойдем на восьмидесяти процентах, хотя бы и через труп бундабергского какаду.

Теперь опешил Винни Бейкер, уж очень неожиданно прозвучало типично австралийское прозвище, которым награждают пропойцу, проспиртовавшего мозги местной маркой рома. Он отбросил гаечный ключ, звякнувший при этом о палубу, спрятал очки в задний карман и, поддернув комбинезон, объявил:

— Обойдусь без этого. Гораздо приятнее разорвать тебя голыми руками.

Только сейчас Ник сообразил, насколько старший механик высок и крепок. На его жилистых руках, привычных к физическому труду, змеились сухие упругие мышцы, кулаки со сбитыми костяшками не уступали размером девятифунтовым молоткам. Винни встал в боксерскую стойку и легко двинулся на сильных длинных ногах по раскачивающейся палубе.

Первый удар, нанесенный стармехом от пояса, Ник едва не пропустил, успев лишь слегка отклониться. Кулак пролетел рядом со скулой и содрал кожу возле брови, в уголке глаза. Включились рефлексы, и Ник на встречном движении мощно впечатал кулак в подмышку Винни, так что у самого зубы лязгнули. Стармех зашипел, сбился с дыхания, но тут же выстрелил с левой, угодив шкиперу в плечевой сустав. Кулак сорвался и зацепил висок.

Удар вышел скользящим, но Нику показалось, будто он ударился головой о дверь, в глазах потемнело, в ушах зазвенело. Он качнулся и медвежьей хваткой вцепился в поджарое тело стармеха, стараясь выиграть несколько мгновений, чтобы очухаться и прогнать шум из головы.

Винни сместился, и Ник с трудом удержал его, поразившись силе, заключенной в этом жилистом теле. В следующее мгновение он понял, что должно произойти. На лбу стармеха, под треугольником жиденьких песочных волос — «вдовьим клином», который, если верить примете, предвещает раннее вдовство, — белело с полдюжины шрамов. И эти шрамы, оставшиеся от прошлых драк, многое сказали Нику.

Винни Бейкер отклонился, как готовящаяся к броску кобра, и резко боднул головой, целясь Нику в лицо. Классический прием портовых хулиганов — попади удар точно в цель, и нос шкипера превратился бы в лепешку, а с половиной зубов можно было бы распрощаться. Но Ник ожидал его и успел прижать подбородок к груди. Стармех и капитан встретились лбами. Раздался треск, как от сломанного дубового сука.

Удар вынудил Ника разжать руки, и противники разлетелись в разные стороны. Винни Бейкер схватился за голову и завыл, как собака на луну.

— Нечестно дерешься, — возмущенно простонал он и привалился спиной к металлическим шкафам, стоявшим у дальней стены. Перепуганный электрик меж тем забился под пульт управления, рассыпав по палубе инструменты.

Винни Бейкер полежал немного, собираясь с силами, и когда «Колдун» накренился, переваливая через гребень волны, вскочил, выставил голову, как бодливый бык, и ринулся вниз по наклонной палубе, целясь Нику в грудь.

Тот развернулся, пропустил голову Винни под рукой, зажал шею в замок и, разгоняясь вместе с противником, устремился вперед. Голова стармеха, утяжеленная весом обеих тел, тараном врезалась в армированную стеклянную перегородку.

Старший механик очнулся от того, что кок прокалывал иглой толстый лоскут рассеченной на макушке кожи. Винни принялся размахивать кулаками, но Эйнджел прижал его к койке своей волосатой ручищей.

— Тише-тише, милый. — Продев иглу сквозь кровоточащие края раны, кок затянул стежок.

— Где этот ублюдок? Где он? — промычал стармех.

— Успокойся, дружок, все позади. Везучий ты: он приложил тебя всего лишь темечком, а мог ведь и серьезно ушибить, — утешил его Эйнджел и, сделав второй стежок, вытянул и завязал нитку.

Винни поморщился.

— На кой ляд он к моим дизелям сунулся? Ничего, я его проучил как следует.

— Да-да, он очень испугался, — ласково подхватил кок. — А сейчас глотни вот этого и полежи спокойно часиков двенадцать. Будь послушным, не заставляй меня сидеть с тобой у кроватки.

— Мне пора в машину, — заявил Винни и уважительно присвистнул, опрокинув в рот стаканчик бурой спиртовой жидкости.

Эйнджел повернулся, подошел к телефону и бросил в трубку несколько слов. Пока стармех неуклюже копошился на койке, пытаясь встать, в каюту вошел Ник и кивнул коку:

— Спасибо, Эйнджел.

Тот выскользнул за дверь, оставив их наедине.

— Пока ты корчил из себя примадонну, Жюль Левуазан отыграл у нас около пятисот миль, — тихо сказал Ник, и Винни, который начал было открывать рот, так и замер, не издав ни звука. — Я строил этот буксир специально для таких случаев, а ты пытаешься лишить всех нас серьезных денег. Забыл, что за спасение платят премию?