Неожиданные контакты - Александр Борисович Михайловский

— Императорский титул у меня такой же настоящий, как у вас должность президента Российской Федерации, — заверил я, ощутив щекотку в темечке. — Только это не наследственная синекура, а крайне серьезные обязательства перед людьми, вверенными моему попечению. Впрочем, это только конец истории, а начинать нужно с исходных данных. Мое настоящее имя, данное мне при рождении — Серегин Сергей Сергеевич, крайнее звание в родном мире — капитан сил специального назначения. Однако три года назад мне пришлось выполнять одно ответственное задание, носившее крайне необычный характер: нашей группе поручили найти и уничтожить чрезвычайно опасную деструктивную сатанинскую секту, связанную с Украиной. В конце своего существования сектанты превратились в банду безжалостных отморозков. До нас за это дело брались смежники из Конторы, то есть, простите, ФСБ, но не преуспели, а только понесли потери.

— Мне докладывали о подобном случае, — сухо произнес президент, — насколько я помню, группа армейского спецназа свою задачу выполнила и полностью уничтожила банду, но при этом и сама исчезла бесследно. Как мне сказали, следы просто оборвались, будто отрезанные. Только это случилось не три, а четыре года назад.

— Наша группа не исчезла, а провалилась в магическую межмировую воронку, открытую лидером секты, чтобы спастись от нас в том самом нижнем мире, где до недавних пор обитал сынок нашего Сатаны. Однако эта тварь опоздала — к тому моменту мы ее уже догнали. Но прикончил слугу Нечистого не один из бойцов моей группы, а прикомандированный к нам священник-инквизитор, обладающий талантом на расстоянии чуять разные порождения зла. Сказал честный отче: «Изыди, Сатана!», с небес ударила молния — и от бывшего главаря секты остались только лужа вонючей жижи.

— А я и не знал, что наши священники так умеют, — усмехнулся президент. — Насколько я помню, такими способностями обладал только Иисус Христос, а после него ничего подобного никто не показывал.

— Иисус Христос — это воплощение Бога-Сына, а отче Александр вместе со священническим саном принял на себя обязанности аватара Бога-Отца, — пояснил я. — Аватар — это глаза и уши, а также Голос Творца в те моменты, когда ему это требуется. Также Аватар способен быть проводником Божьей Воли, и именно это произошло в нашем случае. Опознав через отца Александра слугу Врага Рода Человеческого, Всемогущий Боже врезал по нечисти со всей возможной яростью. Надо сказать, что и нашему батюшке это событие далось нелегко. До места первого привала в том мире мои бойцы, можно сказать, тащили его на руках, как раненого. Священников в нашей православной церкви, способных нести такую тяжкую ношу, немного, но они есть, а вот у католиков, и тем более у протестантов, подобный контингент отсутствует, так как его появлению препятствует господствующая на Западе этнокультурная доминанта.

— Да, — сказал президент, — рассказ интересный, и, самое главное, он не противоречит тому, что мы знаем. Если вам стал доступен в ощущениях один параллельный мир, значит, их, этих миров может быть бесчисленное множество, и среди них — тот, о котором вы только что рассказали. Однако, наверное, путь в тот мир закрылся навсегда, и вы не можете представить нам доказательства его существования?

— Да почему же? — пожал я плечами. — Попасть туда, как и в любой из известных нам миров, мы можем в любой момент, хоть с вами лично, хоть с вашим доверенным человеком. Запрета на видео и фотосъемку тоже нет, так что материальные доказательства не проблема. Кстати, хотите живого детеныша индрикотерия в московский зоопарк? Правда, взрослую особь тащить будет затруднительно: как-никак двадцать пять тонн массы — настоящий живой танк, можно сказать, только в легкой весовой категории.

Президент Путин посмотрел на меня обалделым взглядом и спросил:

— А почему именно индрикотерия, товарищ Серегин?

— А остальные тамошние экзотические твари слишком опасны, — ответил я. — К примеру, еще в самом начале нам «повезло» лично поконфликтовать с хищным кабаном энтелодоном. Уложить его удалось только пулеметной очередью сбоку в грудную клетку и почти в упор. С любых других ракурсов стрелковое оружие против туши весом в тонну оказалось бессильно. Немного позже, потроша зверя, мы нашли в его желудке полупереваренные останки человека, скорее всего, местного охотника. Еще там водятся гиенодонты — собакоподобные звери размером с рыцарскую лошадь. И добыча у них должна быть соответствующей, кроликами такого зверя не прокормишь. Из безобидной ныне вымершей фауны можно предложить эогиппусов — это далекие дикие предки нашей домашней лошади. Только их даже вблизи сложно отличить от обычных осликов, так что никакой экзотики они не представляют.

— Скажите, Сергей Сергеевич, а мамонтов у вас в запасе случайно нет? — усмехнулся президент.

— Как же, имеются, — кивнул я. — Есть один дикий мир, примерно соответствующий периоду сорок тысяч лет назад, где в Европе еще водятся и мамонты, и пещерные львы, и пещерные же медведи, и даже неандертальцы. Обычно я по подобным местам не лазаю, ибо изыскания на фоне доисторической природы не моя стезя, но как раз в том мире у меня неожиданно обнаружились союзники и соседи с фланга. Впрочем, Владимир Владимирович, это длинная и относительно недавняя история, и к нашим нынешним делам почти не имеет отношения.

— Тогда скажите, что к нашим делам отношение имеет? — спросил Путин. — А то я как-то не очень понимаю смысл и цель вашего визита.

— Прямое отношение к нашим делам имеют Врата, связывающие вас с другим миром, а также угроза из космоса, которая дамокловым мечом висит над всеми вариантами человеческой цивилизации. Только в большинстве случаев эта угроза далеко, а у кого-то она уже буквально нависла над головой.

— Да, господин президент, — подтвердила Риоле Лан. — Наша цивилизация диких кланов эйджел по отношению к вам, хумансам, крайне завистлива и подозрительна. Нам Древним за просто так было дано все, а хумансам ничего, но вы сами выдернули себя из дикости и начали подниматься вверх, а мы уже сто тысяч лет бегаем по кругу на своем пятом цивилизационном уровне, имея только территориальное расширение. Среди моих коллег-социоинженеров бытует мнение, что, вырвавшись в Галактику, а этот момент уже недалек, вы оставите от нашей цивилизации только прах и пепел, истребив нашу расу до последнего детеныша. Поэтому, когда угроза с вашей стороны наберет такую силу, что станет осязаемой физически, наша цивилизация может решиться на вооруженное вторжение, чтобы отбросить вас обратно к порогу Каменного века. И