Сторожевой корабль - Джеймс Л. Нельсон

к его дому, и не было никакой защиты, которую могла бы предложить колония. Джорджу казалось, что он стоит на лужайке совершенно голый.

А потом ему пришла в голову еще одна мысль, и он почувствовал, что краснеет от гнева. — Но где морская охрана? Где великий Марлоу и его маленькая драгоценная банда? Похоже, это же его компетенция.

— Сегодня утром морская охрана спускалась вниз, и сражалась с пиратами, около часа. Не знаю, что случилось, но теперь она стоит в Джеймстауне.  Они просто сидят там.

— Ну, почему же им никто не прикажет идти воевать с этими разбойниками?

— Я предложил то же самое губернатору. Губернатор сказал, что Марлоу никому не подчиняется.

— Верно. Что ж, этого и следовало ожидать. Марлоу такой же пират, как и любой из этих ублюдков. Несомненно, к концу недели он сам разграбит всю сельскую местность.  Его нужно увалить.

— Я в этом не сомневаюсь, если останется кого уволить. Но видишь ли, твой отец реквизировал много припасов пороха, дроби, стрелкового оружия у городской стражи. Наверное, он заранее думал, что такое может случиться.  Я думаю, он готовится к какой-то защите. Как только мы соберем здесь людей, мы отправимся на вашу плантацию и, может быть, сможем задержать их там или загнать обратно в реку.

— Надеюсь, вы правы, — сказал Уилкенсон, садясь в седло. — Я поеду прямо на нашу плантацию и посмотрю, что можно сделать.

Это было равносильно тому, что мчаться в бой по знакомой извилистой дороге из Уильямсбурга на плантацию Уилкенсона. Солнце скрылось за деревьями на западе, а южную часть неба заволокло огромное облако дыма, поднимавшееся столбами из нескольких мест и окрашенное в красный, розовый и желтый цвета.

Самым дальним темным столбом была плантация Зеблеров. Уилкенсон мог определить это по местонахождению дыма.  Следующей была Нельсонов. В третьей он не был так уверен; это могла быть мельница, которая стояла на той дороге. Не было похоже, что дом Пейджей горел, и это, скорее всего, означало, что пираты не добрались до плантации Уилкенсона.  Еще нет.

Такая логика мало помогала уменьшить абсолютную панику, которую Джордж чувствовал, когда спешил к своему дому. Он был в ужасе от мысли об опасности, с которой может столкнуться его семья, когда на них нападут мародеры. Он был еще больше напуган опасностью, в которой находился он сам, хотя и не признавал этого.

Едкий запах пожаров стал более явным, когда Джордж преодолел последние полмили до плантации Уилкенсона. Он мчался по длинной дороге, ведущей к дому, сгорбившись над шеей лошади и съежившись от чего, он не знал.

Дорога была темной, теряясь в длинных тенях деревьев, окаймлявших путь. Он почти не заметил группу рабов Уилкенсонов, полевых рабочих, стоявших у большого дуба в сотне футов от дома. Каждый из них держал холст с несколькими вещами, связанный в узел. Они выглядели очень испуганными.

Он остановил свою лошадь: — Что вы здесь делаете?

Вперед вышел старик: — Мы боимся оставаться в наших бараках для рабов из-за пиратов, но мастер Уилкенсон говорит, что мы должны оставаться на плантации.

Джордж Уилкенсон посмотрел на кучку жалких людей, сгрудившихся под деревом. Он думал, что ему с ними делать.

Его первой мыслью было вооружить негров, чтобы они могли участвовать в защите плантации, но мысль о вооруженном рабе пугала его даже больше, чем мысль о мародерствующих пиратах. Ничто не помешает рабам убить всех белых людей в доме и присоединиться к пиратам. Если бы они подумали об этом, то поняли бы, что им лучше поступить именно так.

— Ты знаешь, где находится плантация Королевского озера? Ты знаешь, как туда добраться?

— Да, мастер Джордж.

— Хорошо. Я хочу, чтобы ты повел туда всех этих людей. Когда доберетесь туда, расскажи надзирателю, что здесь происходит. Вам следует находиться в безопасности, и мы пошлем за вами, когда все это закончится.

— Да, мастер. Но, мастер Джейкоб, это… ваш отец сказал…

— Не обращай внимания, просто иди. И помни, я скоро буду искать вас. Если у вас возникнет мысль бежать, я распоряжусь, чтобы вас всех выследили и наказали, будьте уверены!

Джордж поймал себя на том, что выкрикивает предостережение уже рабам в спину, когда люди, вздохнув с облегчением, пробежали мимо него и поспешили вверх по дороге. Последние сто ярдов до дома он проехал со скоростью плантатора и спрыгнул с седла. Он сам накинул вожжи на перила так, как конюх уже был в четверти мили вниз по дороге вместе с остальными, и поднялся по лестнице к входной двери перепрыгивая по две ступени за раз.

Сцена, представшая перед ним за дверью, была очень похожа на ту, что он увидел под дубом, но лица у всех были бледные, одежда прекрасна, а немногочисленное имущество стоило больше, чем накопленные богатства всех негров в Вирджинии. Мать Джорджа, две его сестры, его тетя и дядя, которые по несчастью выбрали этот месяц, чтобы приехать из Мэриленда, а также его бабушка и дедушка по материнской линии находились там, в широком фойе. Все они были одеты для путешествия. Все они выглядели как пойманные в ловушку и испуганные животные. Он чувствовал их близкую панику, и это также привело его на грань замешательства.

— Что здесь происходит? — спросил Джордж. — Где Отец? Почему вы все еще здесь?

— Твой отец в библиотеке, — сказала миссис Уилкенсон. Она выпрямилась, стараясь не выглядеть сердитой или испуганной. — Он приказал нам оставаться, так как считает, что нам ничего не угрожает.

— Никакой опасности…? — Джордж недоверчиво уставился на свою мать. Она никогда не могла открыто бросить вызов своему мужу, как и Джордж не мог бросить ему вызов, и поэтому они подошли к порогу бегства и остановились.

Спорить с ней было бесполезно. Он повернулся и помчался по коридору к кабинету отца.

Джейкоб Уилкенсон сидел в кресле с подлокотниками, у него на коленях лежала раскрытая книга. Он поднял глаза, когда Джордж ворвался в комнату.

— Ты забыл постучать? — спросил Джейкоб.

— Что, во время всего этого столпотворения, ты делаешь, сидя здесь, как будто тебе нет дела до того, что происходит в мире? Ты что, не видел дым? Ты ничего не знаешь о разбойниках, которые опустошают плантации.

— Я знаю о них все, и я недвусмысленно скажу им, что это недопустимо. У нас не было такого соглашения. Возможно я