Майкл Гир - Люди Волка

— Бабушка… — в ужасе позвала Багряная Звезда.

— Я здесь, деточка, — отозвалась Обрубленная Ветвь.

— Возьми меня за руку… Я боюсь…

— Не думай об этих призраках, деточка… Сила Волчьего Сновидца держит их в узде. Нам ничто не грозит… Ничто.

Удары прекратились; скрежет наверху затих.

Издающий Клич неуверенно кивнул. Ему хотелось бы в это верить. На всякий случай он задержал дыхание, чтобы никакой злой Дух вместе с воздухом не вынул невзначай душу из его тела и не унес к себе во тьму.

Через час или два они вновь отдыхали, тесно прижавшись друг к другу. Издающий Клич поймал себя на том, что глядит на юношу, который некогда звался Бегущим-в-Свете. Да неужто это правда? Неужто они и впрямь идут через Великий Ледник? Идут из одного мира в другой? Шкура Дедушки Белого Медведя блестела в свете лампы. Волчий Сновидец на каждой остановке заново наполнял ее мороженым жиром.

В тусклом свете Издающий Клич различил и лицо Пляшущей Лисы. Оно было так же холодно, как лед вокруг них, — и так же беспощадно. А когда взгляд ее случайно падал на Волчьего Сновидца, в глазах ее вспыхивали боль, горе и неразделенная страсть. Издающий Клич вздохнул и прижал к себе Зеленую Воду, радуясь их счастью.

Только тут до него дошло, что Пляшущая Лиса идет последней в колонне. В самом опасном месте, дальше всего от света… Уж не хочет ли она достаться на прокорм какому-нибудь чудищу? Заметив, как блестят ее глаза, он отвернулся. Что она такое, эта Пляшущая Лиса? Что с ней произошло? Когда-то Кричащий Петухом разлучил ее с человеком, которого она любила. А теперь этот человек стоит в двух шагах от нее, но. между ними стена, которую ей не под силу сломать. И она, судя по глазам, понимает это. Издающий Клич поежился при этой мысли.

Шаг за шагом они двигались, время от времени делая привал, а затем снова пускаясь в путь, то и дело огибая нагромождения камней, страшные дыры и провалы. Кожаные подошвы с треском ступали по неровным валунам, эхо голосов смешивалось с гулом призраков, подстерегающих души. Но люди научились держать злых Духов в узде и словно преобразили это место тьмы и страха.

«Сюда», «Смотри, куда идешь», «А вот здесь поосторожнее». Это все стало таким привычным, что Издающий Клич мог бы позабыть, где он, собственно, находится и куда идет. И только бормотание Обрубленной Ветви напоминало ему о том, что превыше всех них:

«Волчий Сон, Волчий Сон»… Вновь и вновь отзывались эти слова в его сознании — одни среди темноты.

И вот они уснули.

Пробуждение. Тьма. Слышно пощелкивание, отдающееся повсюду, — словно призраки затеяли какой-то страшный труд во льду. Но светильник Волчьего Сновидца горит. Что ж, засыпай снова, Издающий Клич, —Волчий Сновидец стережет тебя от Духов.

Сколько времени прошло? Издающий Клич потерял счет часам и дням. Стало чуть светлее. Они озирались — растерянно, сначала не веря своим глазам.

— Свет! — воскликнул Поющий Волк. — Это же свет!

— Нет, — покачал головой Издающий Клич. — Это звезды. Блаженный Звездный Народ. — Он указал рукой вверх.

— Теперь вниз, — сказал, обернувшись, Волчий Сновидец. — Смотрите-ка, мы отсюда можем различить наверху края трещины… — И дрогнувшим голосом добавил:

— Мы прошли Ледник.

От облегчения и радости у Издающего Клич подкосились ноги. Он упал на колени и, прижав к себе Зеленую Воду, прошептал:

— Мы прошли Ледник.

— Конечно, муженек. Я же говорила тебе: Сон Волчьего Сновидца — верный.

Народ вокруг ликовал. Люди плясали и оглашали воздух радостными кличами.

А вокруг стало рассветать. Облака посерели.

Волчий Сновидец осторожно задул огонек, который так много значил для них во время странствия во тьме.

— Ох! — вдруг закричала Смеющаяся Заря, скорчившись.

Поющий Волк бросился к ней:

— Что?

Она тяжело сглотнула слюну:

— Пришла пора, я рожаю.

Обрубленная Ветвь восторженно взвизгнула:

— Волчий Сон! Дитя рождается! Рождается в Новом Мире, к новой жизни, как и весь Народ. Ха-ха! Волчий Сон! Новая жизнь! Мы рождены вновь!

Издающий Клич улыбнулся, чувствуя, как обняла его Смеющаяся Заря. Он увидел светящиеся лица соплеменников… А потом его взгляд упал на Пляшущую Лису. И радость его угасла, когда он заметил безмерную пустоту в ее глазах.

47

Не могу поверить, — качал головой Поющий Волк, глядя на бегущие по сугробам стада животных. Стайка длиннорогих бизонов стояла всего в одном броске копья от них и с любопытством, шевеля ушами, вертя хвостами, глядела на вновь прибывших гостей.

Гребень, на который они поднялись, на юге переходил в белое скопление холмов и ветвящиеся каналы. Вокруг стояли черные ели. Их косматые ветви покачивались на ветру, проносившемся по вершине гребня.

Русло Большой Реки к западу отсюда изгибалось. Узкое ущелье уходило в сердцевину огромных, увенчанных льдом гор. Вершины громоздились как зубы великана, пропадая в серых, стремительно несущихся по небу облаках. Великий Ледник тянулся на несколько дней пути к востоку. Горизонт с этой стороны терялся в тумане. Едва они забрались на продуваемую ветром вершину гребня, сразу почувствовали, как пробирает по коже холодный северный ветер.

Карибу, которые прежде подходили и с любопытством смотрели на них, невозмутимо паслись на проталинах. На их макушках пробивались первые рога.

— А вот первые следы мамонтов, — счастливо улыбнулся Издающий Клич.

— Волчий Сон. Здесь нет Других, — улыбнулся Поющий Волк. — Как не хочется возвращаться назад! Издающий Клич застыл на месте:

— Возвращаться назад? Подожди-ка минутку… Ты, кажется, сказал: «Возвращаться назад»?

Поющий Волк строго поглядел на своего родича:

— Волчий Сновидец хочет идти за другим отрядом. Думаю, Бизонья Спина уже привел своих людей…

— Возвращаться назад? То есть туда, откуда мы пришли?

— Да. Хотя Смеющуюся Зарю и ребенка я, конечно, оставлю здесь. Если мы не вернемся, Другие перебьют Народ с той стороны Ледника, как оленей на охоте.

— И ты собрался возвращаться? Да ты с ума сошел! Тебя задел луч от сияния Детей-Чудищ. С чего это нам…

— Кто-то еще должен убедить их, кроме Волчьего Сновидца. Ему многие не верят, с тех пор как…

— Это правда.

За спиной у них, неожиданно для обоих, раздался голос:

— Мне нужны вы оба.

Издающий Клич обернулся. Волчий Сновидец стоял перед ними и глядел каким-то рассеянным, невидящим взором. Белая медвежья шкура скрывала его с ног до головы, напоминая о его Силе. Казалось, длинные белые волосы жили собственной жизнью, переливаясь в лучах неяркого солнца, колыхаясь на ветру.

— Оба?

— Вороний Ловчий… — отсутствующим голосом прошептал Волчий Сновидец. Глаза его смотрели куда-то в пространство, губы дрожали. — Я… я чувствую, что всем нам грозит опасность. Обновление… я должен погрузиться в Сон. Я не знаю, что затеет Вороний Ловчий. Но я…. я чувствую неладное. Кровь.