Лихие девяностые - Сергей Юрьевич Нечаев

Европейское сообщество. Парад суверенитетов оборачивается войной, от которой страдают все, в том числе и его инициаторы. Распад экономических связей, усиление сепаратизма, рассогласованность союзных и республиканских законов… И, как следствие, – повседневный паралич власти и всеобщая неразбериха.

Российская газета. 11 декабря 1990 года

Российская литература 90-х годов

16 июля 1990 года в Риге умер писатель Валентин Пикуль, автор многочисленных исторических романов. Еще при жизни общий тираж его книг, не считая публикаций в журналах и зарубежных изданий, составил примерно 20 млн экземпляров.

В Ригу Валентин Пикуль переехал в 1962 году. В родном Ленинграде у него не складывались отношения ни с критиками, ни с историками и «маститыми» писателями, которые не принимали его успех у широкой читательской аудитории. Да и жил он в коммунальной квартире, на последнем этаже. Отдельную квартиру ему не дали, и писатель с женой обменяли свою мансарду на двухкомнатную квартиру в Риге. Планировали года на три-четыре, а получилось, что навсегда.

▪ ▪ ▪

Надо сказать, что в 90-е годы многообразие культурной жизни России ярче всего проявилось именно в литературе. С проникновением рынка в книгоиздательское дело прилавки книжных магазинов заполнила развлекательная литература самого разного качества: детективы, фантастика, «женские романы».

Среди мастеров детективного жанра самыми продаваемыми были Виктор Доценко (цикл «Бешеный»), Фридрих Незнанский («Марш Турецкого»), Александра Маринина (серия романов о следователе Каменской), «примадонна иронического детектива» Дарья Донцова. С конца 1990-х годов большим спросом стало пользоваться творчество мастера интеллектуального детектива Бориса Акунина.

На смену научной фантастике, популярной в 60–80-е годы, пришел жанр фэнтези, родоначальником которой в мировой литературе принято считать английского писателя Джона Толкина. Русское фэнтези было представлено произведениями Марии Семеновой (серия романов «Волкодав»), Ника Перумова и др.

Значительное явление в литературе представлял постмодернизм (Виктор Пелевин). В национал-патриотическом течении выделялись произведения Александра Проханова и Эдуарда Лимонова.

Писательница Дарья Донцова на встрече с читателями в Доме книги на Арбате. 2008

© Алексей Никольский / РИА Новости

Скандальную известность приобрел писатель Владимир Сорокин своим нашумевшим романом «Голубое сало», опубликованным в 1999 году. Его сюжет вращается вокруг так называемого голубого сала – вещества уникальной структуры, которое вырабатывают клоны русских писателей, а действие разворачивается в двух временных пластах: во второй половине XXI века (в Сибири и в Москве будущего) и в 1954 году (в сталинской Москве и в гитлеровском Рейхе).

А вот широко печатавшаяся с конца 80-х годов проза Александра Солженицына уже не находила массового читателя.

В 90-е годы русской литературе было тяжело. В 1992 году раскололся Союз писателей СССР на либеральный Союз российских писателей (Алесь Адамович, Булат Окуджава, Анатолий Рыбаков и др.) и отстаивающий путь национальной самобытности Союз писателей России (Юрий Бондарев, Валентин Распутин, Александр Проханов, Станислав Куняев и др.). Резко упали тиражи литературных журналов, лишившихся государственных дотаций, а сами журналы утратили былую интеллектуальную авторитетность. Например, к 1993 году тираж знаменитого еще недавно «Нового мира» с 2,71 млн экземпляров упал в 10 раз.

Критика старой советской школы, близкая к литературоведению и ориентированная на глубокий анализ текста, отошла на второй план, уступив место утилитарной функциональной критике, помогающей читателю сделать выбор: что сейчас модно, а что нет. По сути, критика превратилась в один из инструментов маркетинга, в способ продвижения книги на рынке (по принципу: заплати, а мы тебя похвалим). Таковой она остается и сейчас.

Рост инфляции, падение жизненного уровня людей, особенно работников гуманитарной сферы, засилье «массовой» культуры… Это не могло не сказаться на выпуске серьезной литературы: политической, философской, экономической, исторической и т. п. Вместе с тем отмена цензуры привела к исчезновению многочисленных социальных, политических, идеологических и языковых табу. Как итог, на книжный рынок вывалились тонны «массовой литературы». «Гламур стал не только стилем, но больше: новой идеологией российской жизни, пронизывающей все ее сферы, определяющей существование многих типов культуры».

Серьезная литература превратилась в занятие для посвященных (избранных интеллектуалов), а внимание массового читателя переключилось с литературы на визуальные искусства – кино и преимущественно телевидение с его бесконечными сериалами.

По сути, вся система ценностей российского общества вступила в длительную полосу социальной, экономической, технологической и культурной модернизации, и этот процесс не мог не отразиться на российской литературе, которая в 90-е годы все еще находилась под влиянием перестройки и гласности, к которым добавилось еще одно глобальное историческое потрясение: развал СССР и сверхнасыщенная «повестка» каждого дня. Начался один из самых специфических периодов в развитии русской литературы: на читателя хлынул поток запрещенной советской властью литературы (авторов Серебряного века, писателей-эмигрантов, модернистов и постмодернистов), а также еще больший поток (настоящее море) всевозможной низкопробной беллетристики. Многочисленные «женские романы» и «детективы-однодневки» заполнили книжные развалы и стали обязательным спутником эпохи 90-х. Но и в этом жанре появились свои звездные авторы, запоминающиеся сюжеты и вполне качественные тексты. Они, кстати, издаются до сих пор.

Проект «Марина Серова»

Для литературы 90-х годов было характерно использование работавших за копейки «литературных негров», но даже в этом сегменте книжного рынка были свои рекордсмены. Типичный пример – Марина Серова. Согласно легенде, это выпускница юрфака МГУ, которая работала в Генеральной прокуратуре, была сотрудницей одной из спецслужб и участвовала в боевых операциях… При этом она написала более 450 повестей объемом 200 страниц каждая, и в 1998 году ее суммарный тираж превысил 1 млн экземпляров. Через год тираж составил 4 млн, а через 10 лет – 10 млн экземпляров.

В реальности такой писательницы никогда не существовало. Это так называемая литературная маска, созданная литературной фабрикой «Научная книга», владельцем которой с 1993 года был Сергей Потапов. Именно он придумал и организовал конвейер «поп-халтуры», издавая книги в бумажных обложках: «Дамская вендетта», «Мир крутых мужчин», «Чудовищный сговор», «Автограф убийцы», «Проклятое сокровище» и т. д.

Кто же такой этот Сергей Потапов? Родился и вырос он в Саратове. После окончания Саратовского медицинского университета в 1985 году работал врачом-педиатром в местной клинической больнице, затем был научным сотрудником в институте противочумных исследований «Микроб». В 90-е годы сменил область деятельности, став главным редактором, а впоследствии управляющим «Научной книги».

Сам он рассказывал об этом так: «Однажды в Саратове собрались на предмет взаимоподдержки штанов безработные гуманитарии. Каждый обладал своим, отдельно взятым достоинством. Кто-то сыпал темами, кто-то ловко свинчивал фабулы… Примерно тогда же производители всех видов массовой культуры, наконец, догадались, что внеконкурсный потребитель их продукции – женщина. Телевидение зарастало слезоточивыми сериалами и ток-шоу. Тиражи глянцевых журналов заткнули за пояс каноническую толстую периодику