Рафаэль Сабатини - Игрок

Мистер Лоу пригласил их обратиться к методам ведения банковских дел в Голландии, которые привели страну к процветанию.

— Я надеюсь, что господа члены Совета знакомы с ними, — рискнул предположить он, — надеюсь, что остальные господа, являющиеся профессиональными торговцами и банкирами, знакомы с ними еще лучше. Именно в этих методах я открыл основу для моих собственных теорий.

Он утверждал, что если он прав и причиной кризиса служит нехватка наличных средств, то первым делом необходимо увеличить количество денег в обороте. Если все вокруг считают это невозможным, так это только потому, что они постоянно думают лишь о монетах, отлитых из благородных металлов, и совершенно упускают из виду, что золото и серебро вовсе не являются необходимыми для этого. Бумага не только способна занять их место, но она имеет и ряд явных преимуществ перед металлами, так как легко складывается, ее просто перевозить и заменять по мере изнашивания.

Тут Вильруа взорвался:

— Бумага — эквивалент золота и серебра! Боже милостивый! Это же полная чушь. Луидор, даже если с него стереть все надписи, все равно сохраняет ценность как кусок золота. А бумага?

— Нет. Но если про бумагу будет известно, что она может быть обращена в золото по требованию, то цена ее будет точно такой же.

Он развил дальше свою точку зрения, утверждая, что единственное, что необходимо, это обеспечить доверие к бумажным деньгам, и перешел к своему предложению, как это организовать. Нужно создать государственный банк по модели знаменитого голландского банка, но более совершенный и с более широким полем деятельности. Такой банк будет обладать привилегией выпуска бумажных денег, которые можно было бы назвать банкнотами[16]; он будет учитывать векселя, открывать счета для торговцев, будет переводить деньги из одного города в другой, поддерживать торговлю и сельское хозяйство ссудами, собирать налоги, и таким образом прекратит порочную и невыгодную систему сбора податей, обеспечит получение королевского налога и, став местом хранения золота и серебра, явится гарантом бумажных денег.

— Таким образом, — закончил мистер Лоу, — может быть установлен всеобщий кредит, который обеспечит развитие всех частей страны.

Сделав паузу, он увидел почти на всех лицах скептическое выражение, а на некоторых даже выражение испуга. Казалось, что это предложение было слишком нереальным, слишком революционным для сидевших перед ним.

Ноай отодвинул свои наброски и смотрел теперь на мистера Лоу с нескрываемым презрением. Но произнести вслух общее мнение выпало Руйе дю Кудре, который в качестве директора финансовой палаты был главным помощником Ноая, и мнение это звучало издевательски:

— Вы очень вольно обращаетесь со словом «кредит». Я хотел бы знать, какой точный смысл вы в него вкладываете. Это было бы интересно услышать.

— Кредит — это, по сути, вера, — был простой ответ.

— Ах, вера, — Кудре шумно рассмеялся. — Это искусство — верить в то, что не может быть доказано. Вы ожидаете, что французские торговцы будут тронуты этим?

— Нет, если ограничиться только вашим определением. Доверие — еще один термин для веры, и я определенно ожидаю, что торговцы пойдут на это. Мы легко даем деньги в долг человеку, если уверены, что он их возвратит, точно так же мы можем ссудить деньгами какое-нибудь предприятие, веря в то, что оно принесет в будущем прибыль. Возможно, вы знаете — как люди, связанные с финансами, — что капиталы банкиров и торговцев удесятеряются, если они пользуются доверием, что снимает необходимость немедленных выплат. А то, что под силу каждому торговцу, вполне доступно и государству. Если государство станет универсальным банкиром и централизует все ценности, то общественное богатство будет сходным образом удесятерено, и ваши затруднения легко преодолены. Но позвольте мне еще немного расширить мое определение кредита. Это — предвидение будущего, и оно само находится в обращении как ценность. Другими словами, это простое ощущение ценностей, которые еще не пробуждены к жизни, не мобилизованы, но которые, тем не менее, существуют и в которые мы верим. И эта вера может усиливаться; это факт, что кредит обладает преимуществом над звонкой монетой: в то время как ценность звонкой монеты не может изменяться со временем, кредит может вырасти почти безмерно.

Насмешливый голос дю Кудре был бескомпромиссен в своем суждении:

— Рассуждения игрока.

— Именно так, черт побери! — согласился старый Вильруа с усмешкой отвращения на своем блеклом лице. — И это еще слабо сказано, — и он щелкнул крышкой коробки с нюхательным табаком как бы для того, чтобы добавить своим словам побольше злости.

Канцлер д'Агессо попросил слова:

— Позвольте, Ваше Высочество, — его мягкий голос звучал очень обдуманно. — Оставляя в стороне вопрос о деньгах, хотелось бы также выяснить, до какой степени и каким способом будет осуществлена мобилизация — кажется, так выразился господин барон — тех источников, которые он только что открыл в нашем государстве?

— Вы ответите, господин Ла? — спросил регент.

— Без труда. Цель должна быть такой: сформировать центральный совет, который бы направлял и контролировал все крупные коммерческие начинания, а также обеспечивал занятость для бедных, — точнее будет сказать, для рабочих, — поддерживая развитие шахт, рыболовства, мануфактур и всего остального. С другой стороны, он должен существенно снизить размер процентов по кредитам.

Трескучим от возмущения голосом старый маршал резко спросил:

— Тогда король превратится в банкира и торговца, так, что ли? Возможно такие вещи могут произойти в стране господина Ла, но это Франция… — он запнулся, слова были бессильны передать его отвращение.

Этот укол заставил регента ответить резко:

— Не король, господин маршал. А государство. Постарайтесь увидеть разницу.

— Его покойное Величество, — пробормотал Вильруа, — не видел разницы. Мы под его владычеством запомнили, что король и есть государство.

Проигнорировав эту реплику, регент кивнул канцлеру, который взглядом снова просил слова.

— Мнение, монсеньер, которое я считаю своим долгом высказать, — сказал д'Агессо, — состоит в том, что строить систему финансов на предлагаемой основе означает ввергнуть государство, а следовательно и всю нацию, в риск коммерческих спекуляций без каких-либо гарантий успеха. Но ведь только решительные и смелые люди занимаются подобными делами. А как будет со всеми остальными? Содержание лавки и управление государством слишком разные вещи, чтобы их объединить.