Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750 - Чарлз Ральф Боксер

на что в 1661 г. жаловался падре Антониу Виейра, сменились временем сотрудничества.

По имеющимся статистическим данным мы можем судить об относительном процветании миссий. В 1696 г. насчитывалось около 11 тысяч новообращенных индейцев только в деревнях иезуитов. К 1730 г. их число возросло до 21 031 человека, несмотря на периодические эпидемии оспы, которой особенно были подвержены местные жители. Эти индейцы проживали в 28 деревнях. У нас нет соответствующих данных ни о 26 миссиях францисканцев, ни о двух других орденах. Мы лишь знаем, что число деревень, находившихся в ведении всех монашеских орденов, в 1750 г. равнялось 63, и представляется весьма правдивой оценка Жуана Лусиу де Азеведу, что в этих деревнях проживало около 50 тысяч индейцев до вспышки эпидемии оспы в 1743–1750 гг.

Труды миссионеров не ограничивались катехизацией и приобщением к белой цивилизации своих новообращенных. Иезуиты, в частности, занимались выращиванием какао, кофе (ввезенного в 1727 г. из Кайенны) и хлопка в больших масштабах, имели животноводческие фермы на острове Маражо. Они также предприняли серьезные усилия по акклиматизации и выращиванию всевозможных пряностей из Вест-Индии, при этом использовали свой прежний опыт выведения разных сортов корицы и перца в Байе. Если иезуиты были, как обычно, впереди в этих практических делах, то это был неизвестный нам монах-кармелит, который спас тысячи человеческих жизней, введя в Амазонии где-то в 1728 г. практику вакцинации.

На протяжении первой половины XVIII в. португальская предприимчивость в форме мирного миссионерского проникновения или экспедиций белых граждан по захвату рабов и последующей торговли ими все больше отодвигала границу с испанской территорией в регионе Амазония. Процесс ускорился в связи с Войной за испанское наследство, когда Испания стала в большей степени полем битвы, чем Португалия, и когда Мадрид неоднократно переходил из рук в руки. Последующий административный хаос в метрополии привел к тому, что испанской короне стало труднее, чем когда-либо прежде, контролировать или даже влиять на события в Южной Америке. Португалия имела преимущество в своем продвижении вверх по Амазонке и ее основным притокам, потому что все требуемые для этого ресурсы поступали из города Беленду-Пара, который находился всего в нескольких месяцах плавания от Лиссабона. Оппоненты португальцев в области Верхней Амазонии, со своей стороны, получали все необходимые грузы и подкрепления (если им удавалось их получать) по труднопроходимой горной тропе, которая вела через Анды из Кито. На это уходили месяцы опасного пути сначала по океану из Кадиса, а затем по суше.

Граница между владениями Испании и Португалии в Южной Америке в общем совпадала с разграничительной линией, проведенной согласно Тордесильясскому договору 1494 г. Эта линия проходила по меридиану, расположенному в 370 лигах к западу от самого крайнего западного острова архипелага Кабо-Верде. Однако в течение более двух с половиной столетий не существовало соглашения между двумя иберийскими державами о месте прохождения этой линии между Амазонией и Ла-Платой. К 1746 г. правители в Лиссабоне и Мадриде с запозданием осознали, что необходимо окончательно решить вопрос о границе. При этом следовало принять во внимание все события, произошедшие за 250 лет в Южной Америке и на Дальнем Востоке. Частная переписка между двумя королевскими семействами показала, что перспективы заключения такого соглашения в данный момент наиболее благоприятны. Начались переговоры дипломатов, которые завершились четыре года спустя заключением Мадридского договора.

Глава 12

Португальская Америка в середине XVIII столетия

Выбор любого года в череде лет в качестве конечной даты в таком историческом труде, как этот, рискует быть до некоторой степени произвольным. Однако 1750 г. во многом знаменует собой конец большой эпохи в португало-бразильской истории. Вслед за смертью дона Жуана V (31 июля 1750 г.) и восхождением на трон дона Жозе последовал приход к власти Себастиана Жозе де Карвалью-и-Мелу, позднее ставшего известным под титулом маркиза Помбала. Он был настоящим диктатором Португалии на протяжении более 20 лет. Именно в 1750 г. было решено упразднить в Бразилии непопулярную подушную подать, и уже тогда было признано, что добыча бразильского золота постепенно сокращается. В 1750 г. заканчивается продвижение выходцев из Сан-Паулу на запад – эпохи бандейраса. Не менее важным событием стало подписание Мадридского договора (13 января 1750 г.), официально признавшего тот факт, что Португальская Америка отодвинула воображаемую разграничительную линию Тордесильясского договора и обрела границу, которая соответствует в основном ее современным границам.

Историю подписания Мадридского договора подробно описал в одной из своих работ португальский историк Жайме Кортезан. Достаточно вспомнить, что осада Сакраменто в 1735–1737 гг. и начавшаяся в 1739 г. «война из-за уха Дженкинса» между Англией и Испанией были двумя главными причинами, которые побудили дворы Лиссабона и Мадрида достичь соглашения о границах их территорий на Южно-Американском континенте. Другим мотивом co стороны Португалии, хотя господин Кортезан не упоминает об этом, вполне могла быть критическая ситуация, в которой оказалась Португальская Индия в 1737–1740 гг. В те годы маратхи захватили Васай и плодородную «Провинцию Севера», и Гоа едва избежало той же участи. Дон Жуан V был вынужден снаряжать каждый год дорогостоящие экспедиции ему на помощь, но положение по-прежнему оставалось тяжелым, пока дон Педру де Алмейда, граф Асумар и маркиз Каштелу-Нову (позднее получивший титул маркиза Алорны) в его бытность вице-королем в 1744–1750 гг. не одержал ряд побед в войне с противником. Помощь, ежегодно отсылаемая в Индию, была столь масштабна, что было чрезвычайно сложно, если не невозможно, одновременно помочь Сакраменто. В итоге именно англичане получали основные доходы от контрабандной торговли, которая продолжалась, несмотря на блокаду этого аванпоста. Его удержание, как писал в 1737 г. вице-король граф Галвеш из Баии, можно было объяснить «скорее причиной сохранения престижа, чем выгодой».

Цели португальцев при обсуждении условий договора 1750 г. были следующими:

1) разрешить вопрос территориальных притязаний Испании и Португалии, учитывая интересы обеих стран, путем передачи большей части Амазонии Португалии, а Ла-Платы – Испании;

2) добиться бесспорного суверенитета португальской короны над районами добычи золота и алмазов;

3) обеспечить безопасность границы Бразилии, удержав за собой Риу-Гранди-ду-Сул и добившись передачи от Испании территории «Семи редукций» на левом берегу реки Уругвай;

4) обеспечить безопасность границы Бразилии и пути сообщения по рекам с Мараньян – Пара, для чего необходимо удержать в португальских руках навигацию по рекам Токантинс, Тапажос и Мадейра.

С испанской стороны побудительные причины были, вероятно, таковыми:

1) остановить продвижение португальцев в западном направлении, которые уже вторглись на практически испанскую территорию, хотя она и представляла собой в основном девственные джунгли;

2) обеспечить безопасность колонии Сакраменто, которая используется как «черный ход» для незаконной англ о-португальской торговли с вице-королевством Перу и из-за которой Буэнос-Айрес подвергается опасности иностранного вторжения;

3) подорвать англо-португальский союз и тем самым способствовать формированию