Дадли Поуп - Лейтенант Рэймидж

Прямо на него глядели жерла четырех двенадцатифунтовок главной батареи фрегата и четыре меньших орудия, установленных на верхней палубе — прямое доказательство ошибочности его расчетов. Поскольку корпус «Белетты» закруглялся к оконечностям, последние орудия батарей могли быть довернуты гораздо больше: он не принял в расчет это искривление, и вот теперь французские артиллеристы наблюдают, как «Кэтлин» входит в поле их видимости.

— Господи Иисусе! — пробормотал Джексон.

Дуло последней пушки главной палубы «Белетты» полыхнуло красным и выплюнуло облачко желтоватого дыма. Долей секунды позже наверху раздался треск, и Рэймидж увидел, как стеньга «Кэтлин» медленно клонится вниз. Он не мог оторвать глаз от фрегата. Следующее орудие блеснуло и окуталось дымом. Резкий звук, похожий на треск разрываемой парусины, дал понять Рэймиджу, что ядро прошло в нескольких футах от него, но неприятный лязг металла и крики раненых без слов сказали ему, что оно пронеслось вдоль линии карронад по штирборту. Едва лейтенант снова повернулся к фрегату, как выстрелила последняя пушка верхней палубы, через секунду за ней — вторая.

Он ожидал грохота и боли, но вместо этого ярдах в тридцати за кормой куттера раздался всплеск, а следом за ним — зловещий вой, когда ядро, срикошетив от воды, пронеслось над их головами. Второе ядро, должно быть, прошло слишком высоко.

— Пушки верхней палубы наводил один человек, — прокомментировал Джексон. — И кто бы сказал, куда он послал последнее ядро?

Выстрелила третья пушка верхней палубы, почти следом за ней третья с главной батареи. Глухой удар и дождь щепок свидетельствовали, что ядро проломило фальшборт «Кэтлин», но, кинув, взгляд на румпель, Рэймидж убедился, что руль исправен, зато переведя взгляд на матросов у грота-шкота, обнаружил кровавую мешанину тел — ядро упало прямо посреди них.

«Кэтлин» направлялась на северо-восток, и быстро меняла курс. Рэймидж ждал, когда выстрелит четвертое орудие главной палубы. Если повезет, остальные не смогут вступить в дело.

Саутвик уже распорядился послать людей наверх, чтобы разобраться с повреждением стеньги, и теперь вернулся с докладом.

— Стеньгу можно убрать без помех, сэр — больше ничего не повреждено. Сбиты три орудия правого борта. По прикидкам, около дюжины парней убито и где-то две дюжины ранено.

— Хорошо. Проследите, чтобы раненых отправили вниз немедленно.

Кровавая бойня. Но могло быть гораздо хуже. Что дальше? Как, черт побери, ему удастся забрать людей из Башни, если он не сможет использовать фрегат в качестве причала? Ладно, ладно, скомандовал себе лейтенант. Без паники. Подумай, Рэймидж, хорошенько подумай.

Хм… Факт: из пяти орудий правого борта «Кэтлин» осталось только два. Отлично. Если я собираюсь снова атаковать со штирборта, нужно передвинуть на место поврежденных орудия с бакборта. На это нужно время, особенно если учесть крен.

Факт: все три ядра, выпущенных с главной палубы «Белетты», попали в «Кэтлин»: так что если по мне сделают полный бортовой залп, можно предположить, что попадут, по меньшей мере, ядер десять из тринадцати. А десять попаданий превратят «Кэтлин» в руины.

Факт: «Белетта» неуязвима для «Кэтлин» — даже после обстрела картечью ее орудия повели огонь, и причем точный. Прислуга у пушек скорее всего, была перебита, но ее тут же сменили.

Факт: … и тут его осенила мысль: да, «Белетта» неуязвима для «Кэтлин», а для ее бывшего экипажа, засевшего в Башне? Не смогут ли они совершить вылазку и отбить корабль, используя мачты как абордажные лестницы?

Если не брать в расчет абордаж с «Кэтлин», который невозможен, поскольку им не дадут подойти к борту фрегата, это остается единственным шансом. Чем больше Рэймидж размышлял, тем больше убеждался в этом.

Невыясненными оставались два фактора: сколько французов засело на «Белетте» и какие силы осаждают Башню.

Рэймидж подозревал, что в Башне скрывается порядка ста двадцати моряков и морских пехотинцев, и есть основания полагать, что у большинства из них есть мушкеты или кортики. Если он все правильно организует, у команды «Белетты» появится сильный союзник — внезапность. Зачастую этот фактор играет решающую роль в сражении. Орда британских матросов, с воплями и гиканьем неожиданно выскочивших из Башни, может прорвать французский кордон вдвое большей численности. А на самой «Белетте» они получат все преимущества, так как им придется сражаться на хорошо знакомом им корабле, тогда как французы будут чувствовать себя неуверенно.

Значит, решено. Рэймидж потер лоб: как бы донести идею до капитана «Белетты», заточенного в высокой Башне? Такого сигнала в книге нет.

«Кэтлин» тем временем продолжала идти на северо-восток, теряя время. Рэймидж поднял голову, глядя, как матросы опускают последние куски разбитой стеньги на палубу. К нему подошел Джексон.

— Все раненые спущены вниз, сэр. Десять убитых, еще трое не протянут долго.

Тринадцать напрасных жертв, с горечью подумал Рэймидж.

— Сколько всего раненых?

— Пятнадцать, сэр.

Двадцать пять убитых и раненых из экипажа в шестьдесят четыре человека — больше трети, по сути, почти половина. Вполне достаточно, чтобы удовлетворить любого, кто судит о действиях корабля в бою по списку потерь, даже если капитан его все еще под трибуналом.

И все же, ему повезло: Саутвик, Эпплби, Джексон и Эванс — все невредимы.

— Мистер Саутвик, будьте любезны, на минуту.

Мастер примчался тут же. Лицо его по-прежнему выражало оптимизм. «Из тех, кто не боится трудностей», — с благодарностью подумал Рэймидж.

— Когда мы сможем лечь на другой галс? Мы теряем время, уходя в море этим курсом.

— Дайте мне две минуты, сэр. Нужно убедиться, что все фалы движутся свободно, и проверить ванты и штаги.

— Отлично, — ответил Рэймидж и повернулся к Джексону, — книгу сигналов, пожалуйста.

Он пролистал книгу, глядя на номера сигналов в левой части страницы и их значения в правой.

Сначала надо поднять «Приготовиться к бою». Это команда «Белетты» поймет сразу. Они могли разглядеть, какие повреждения получил куттер, и их капитан, без сомнения, гадает, что предпримет Рэймидж дальше.

О! Рэймидж постучал по странице пальцем — ему стоило подумать об этом раньше: «подготовительный флаг», вкупе с сигналом к абордажу. Точное название последнего гласило: «Абордировать противника по мере сближения с ним», но если поднять его с «подготовительным флагом», капитан «Белетты» не станет его выполнять, пока «подготовительный флаг» не спустят.

Он едва успел приказать Джексон набрать сигналы на фал, приготовив их к подъему, как подошел Саутвик, отрапортовавший, что мачта очищена от обломков.