Юлия Белова - «Бог, король и дамы!»

Карл привычным жестом откинул перед маленькой фройлен портьеру, и Агнеса сделала шаг вперед. И резко остановилась.

Восемь мужчин и две женщины… Впрочем, нет. Людей в комнате было гораздо больше. Человек пять лакеев, две камеристки, пританцовывающие на месте, в тщетной попытке разглядеть что-либо из-за спин господ, два ухмыляющихся, вовсю усатых пажа в синем, скучающий офицер и два солдата на часах. Неожиданно Агнеса поняла, где находится. Там, за спиной офицера, была королевская прихожая, потом его кабинет и спальня, а здесь…

Принцесса глубоко вздохнула, стараясь унять внезапное сердцебиение. Еще раз окинула взглядом комнату. Заметила дюжего лакея, с ворчанием заворачивающего в платок окровавленную руку. Валявшиеся на полу синий с красно-белыми галунами плащ, узкую пажескую курточку, синие же шоссы. И пажа, которому все эти вещи принадлежали.

У Агнесы Релинген потемнело в глазах. Восемь мужчин, две женщины и обезумевший от ужаса мальчишка. «Случись это в Релингене!..» — с неожиданным ожесточением подумала принцесса.

— Господа! — принцесса-графиня вскинула голову. С досадой обнаружила, что ее голос дрожит. — Господа…

— А, мадам, присоединяйтесь, — фамильярно обратился к принцессе один из дворян. Агнеса узнала голос придворного, приказавшего лакею «приготовить блюдо». — У нас весело! Давайте веселиться вместе!

— Вы с ума сошли, сударь! — негодующе воскликнула принцесса.

— Кто эта простушка? — довольно громко осведомилась одна из дам. Собравшиеся расхохотались.

— Лош… графиня де Лош, — сквозь слезы отозвался другой дворянин и уцепился за стену.

— Как, разве Жорж женился?! — пьяно удивилась вторая дама, очень красивая, очень юная и весьма мало прикрытая. — Вот глупый!

Аньес почувствовала, что ее трясет. Надменно вскинула голову. Краем глаза заметила холодный оценивающий взгляд Карла.

— Но это же дурно, господа! — Слова принцессы потонули в новом приступе хохота придворных. Аньес беспомощно оглянулась на Карла.

— Вы что, мадам, с Луны свалились? — бесцеремонно поинтересовался первый дворянин, явно бывший предводителем пьяной кампании. — Да этот щенок принадлежит всем — мне, вам, ему, — придворный ткнул пальцем куда-то за спину. — Это наша законная добыча… наш забавник… турчонок, если хотите…

— Держу пари, она не понимает ни слова! — со смехом перебила речь придворного полуодетая девчонка. — Мадам, забудьте вы свою провинциальную добродетель! Вы же не в деревне, вы при дворе!

Дамы и господа согнулись от хохота, вцепились в портьеры и друг в друга, в тщетной попытке удержаться на ногах. Оба великовозрастных пажа с ухмылками зашептались, указывая на Аньес пальцами. Даже на лицах лакеев и камеристок явственно отразилось презрение к умственным способностям недалеких провинциалок.

Карл сделал шаг вперед, оглянулся на свиту фройлен, пересчитал взглядом участников забавы, повернулся в пол-оборота к хохочущим господам.

С силой отчаяния мальчишка рванулся из держащих его рук, но лакеи ловко перехватили пажа, стиснули мертвой хваткой, так что мальчик застонал, швырнули на игорный стол лицом вниз.

— Ваше сиятельство? — лакей почтительно обратился к предводителю знатной банды и торопливо задрал на паже рубашку. Мальчик несколько раз всхлипнул и сжался.

— Прекратите, господа… — голова Аньес пылала, к горлу подступала тошнота. Принцессе казалось, что еще немного — и она разразится слезами.

— Да, бросьте, мадам, — один из дворян оторвался от стены и погрозил Аньес пальцем. — Не хотите развлекаться — не надо… Мы не настаиваем. Можете катиться ко всем чертям. Мы вас не держим… Вы вообще никого не держим, кроме него, — со смехом добавил придворный.

Карл нахмурился и положил руку на эфес шпаги. Свита принцессы в точности скопировала этот жест. Скучавший офицер немедленно встрепенулся и взялся за клинок, готовый навести порядок, в случае, если господам взбредет в голову устроить драку чуть ли не на пороге королевских покоев.

Аньес опомнилась. Схватка в двух шагах от прихожей короля могла закончиться весьма плачевно для всех участников. Принцесса бросила на верного телохранителя недовольный взгляд, повернулась к пьяным мерзавцам и медленно произнесла, выделяя каждое слово.

— Но. Это. Паж. Его. Величества.

— Так что с того?! — с трудом проговорил его сиятельство, еле оправившись от очередного приступа веселья. — Его величество не препятствует развлечениям своих людей. Можешь не бояться, крошка.

Аньес вздрогнула, несколько раз глубоко вздохнула и, наконец-то, почувствовала, как к ней возвращается ясность мысли. Неожиданно улыбнулась. Офицер с явным облегчением отпустил эфес и вновь прислонился к косяку двери. Что поделать, но его сиятельство был прав. Уж если король Карл взирал на развлечения придворных с полнейшим равнодушием, то не ему, простому лейтенанту, было ссориться с благородными господами.

— Хорошо, господа, я остаюсь, — почти спокойно произнесла принцесса. — Развлекаться так развлекаться. Почему бы и нет?

— Браво, мадам, ваша очередь за нами! — со смехом выкрикнула юная фрейлина. — Не бойтесь, мы вам все покажем!

— Однако, господа, — возвысила голос Аньес, делая вид, что не замечает пьяную девчонку, — я не люблю ждать. И делиться я тоже не люблю. Ни с кем.

— Что вы хотите этим сказать, мадам? — с недоумением поинтересовался его сиятельство. — Вы пришли последней… на готовенькое.

— И что же? — вопросом на вопрос ответила принцесса Релинген.

— А нам пришлось гоняться за щенком… выслеживать… — возмутился еще кто-то.

— Мой лакей пострадал! — с горячностью добавил граф.

— Он у вас на службе, — невозмутимо отмела все претензии его сиятельства Аньес. — Это был его долг.

— А я придумал подстеречь щенка здесь! — гордо вылез еще один дворянин.

Аньес внимательно вгляделась в лицо придворного, запоминая. Кивнула Карлу.

— А я принцесса, — спокойно возразила она. — Должны же быть у принцев какие-то привилегии!

— Что-то я не пойму, — капризно протянула юная фрейлина. — Разве Жоржа сделали принцем?! Когда?!

— Не помню… — пожал плечами его сиятельство. — По-моему, он такой же граф, как и я…

— Нет-нет, подождите, — вмешался в разговор еще один придворный, тот самый, что предложил Аньес убираться ко всем чертям. — При чем здесь принцы?! Мы все здесь благородные люди и наше дворянство ничуть не хуже, чем у короля…

Аньес вскинула голову. Воистину, эти скоты не понимали ничего.

— Ну что ж, господа, коль скоро все вы благородные люди…