Орел пустыни - Хайт Джек

– Тогда что мне делать? – стиснув зубы, спросил Джон. – Я должен оставить женщину, которую люблю? Оставить своего ребенка, чтобы его вырастил другой мужчина?

Фарида кивнула:

– Если ты действительно любишь Зимат, то должен сделать все, чтобы защитить Зимат и ребенка.

– И что произойдет, когда ребенок родится? Что, если у него будут голубые глаза и светлые волосы?

– Молись, чтобы этого не случилось.

Апрель 1158

Телль Башир

Джон стоял на башне над воротами Телль Башира и наблюдал за дорогой, ведущей в Алеппо. Влажная одежда липла к телу, струи дождя стекали по лицу. Он держал длинный кусок кожи, который методично наматывал на правую руку и разматывал. Два мамлюка, стоявшие на страже, съежились под своими плащами.

– Как ты думаешь, что за дьявол преследует неверного? – прошептал один из них.

– Может быть, он проиграл в кости.

– Может быть, он лишился разума.

Джон слышал слова, но обращал на них внимания не больше, чем на дождь. Прошло семь месяцев с тех пор, как он покинул Алеппо, и почти девять с того момента, как Зимат рассказала ему о том, что у нее прекратились месячные и она ждет ребенка. Джон со дня на день ждал известия о его рождении, вот почему он стоял здесь, у ворот, всякий раз, когда у него появлялась такая возможность, и смотрел на извивающуюся дорогу, ведущую в Алеппо.

Джону показалось, что он увидел там какое-то движение, и прищурился, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть за завесой дождя. Потом он повернулся к стражникам:

– Кто-то приближается. Сообщите эмиру и приготовьтесь открыть ворота.

Стражники побежали к замку, а Джон снова стал следить за приближающимися всадниками. Когда они подъехали ближе, он увидел, что их пятеро. Они скакали по грязной городской мостовой, разбрызгивая воду, потом приблизились к городским воротам. Первый всадник снял капюшон, и Джон узнал младшего брата Юсуфа, Селима.

– Откройте ворота! – крикнул он. – Я прибыл с важными вестями.

Джон наблюдал, как Селима впустили внутрь и повели внутрь цитадели. Наклонив голову, он глубоко вздохнул.

– Прошу тебя, Господи, – прошептал он. – Пусть у ребенка будут темные глаза.

Джон спустился со стены и зашагал через мокрый двор к цитадели. Он вошел как раз в тот момент, когда Юсуф целовал брата в обе щеки. Туран с улыбкой стоял рядом.

– Джон! – воскликнул Юсуф. – Селим привез хорошие новости.

– Да? – спросил Джон, с огромным трудом стараясь сохранять спокойствие.

– Ты помнишь мою сестру, Зимат? У нее родился сын!

– Сын, – хрипло прошептал Джон и повернулся к Селиму: – Ты видел мальчика? – Селим кивнул. – И какой он?

– Здоровый ребенок.

– И на кого похож? – нетерпеливо спросил Джон. – На свою мать?

Селим нахмурился, смущенный интересом Джона.

– Ну, он еще совсем маленький, но у него глаза отца.

Джон с облегчением вздохнул.

– Иль-Хамдуллах, – пробормотал он. – Благодарение Господу.

Глава 17

Октябрь 1161

Телль Башир

Юсуф видел, как пар от его дыхания белыми облачками поднимается в воздух. Он и Джон сидели на своих лошадях на вершине небольшого холма в окрестностях Телль Башира. Они выезжали проверить урожай. Наступила осень, и на полях колосилась золотая пшеница. Рабы двигались между стеблями, и их серпы сверкали на солнце. Налетел внезапный порыв ветра, и Юсуф поплотнее запахнул меховой плащ. Он подумал о пантере, которую они с Джоном выследили в горах над Баальбеком. Сколько лет с тех пор прошло? Юсуф принялся считать на пальцах.

– О чем ты думаешь? – спросил Джон.

– О времени. Прошло девять лет с тех пор, как мы покинули Баальбек.

Джон кивнул и указал в сторону жнецов.

– Я помню, как был рабом на полях твоего отца. Кажется, это было вчера.

– Ты меня завораживал, – усмехнулся Юсуф. – У тебя был такой необычный вид.

– А я тебя ненавидел. Тогда я ненавидел всех сарацин. – Джон вздохнул. – Мы были такими молодыми.

– Мы и теперь еще не старые.

– Но мы стареем. – Джон вытащил из седельной сумки книгу, переплетенную в мягкую черную кожу, и протянул ее Юсуфу.

– Что это?

– Подарок. Сегодня тебе исполнилось двадцать три года.

Юсуф нахмурился:

– Это самый обычный день. – Он попытался вернуть книгу, но Джон отказался ее взять.

– Открой.

Юсуф открыл книгу в случайном месте и увидел на страницах изящную арабскую вязь.

– «Если царство разделится само в себе, не может устоять царство то, – прочитал Юсуф. – И если дом разделится сам в себе, не может устоять дом тот».

– Это Новый Завет, часть нашей священной книги.

Улыбка тронула уголки рта Юсуфа.

– Ты хочешь обратить меня в свою веру, Джон?

– Нет. Я хочу, чтобы ты знал своего врага.

Некоторое время Юсуф смотрел на книгу, потом положил ладонь правой руки на сердце и склонил голову.

– Благодарю тебя. – Он спрятал книгу в седельную сумку. – Я принимаю твой подарок.

Они оставили поля за спиной и поехали в цитадель. Во дворе дюжина молодых мамлюков тренировалась под присмотром Каракаша, и Юсуф придержал лошадь, чтобы понаблюдать за ними. Мальчики ездили по кругу и пытались поразить стрелами мишень, висевшую на одной из стен. Пока в цель попала только одна стрела, но со временем они научатся стрелять метко. Каждому было не больше десяти лет – их совсем недавно купили в далеких турецких степях. К тому времени, когда мальчикам исполнится восемнадцать и их освободят, они превратятся в умелых воинов.

Юсуф спешился и передал поводья Джону.

– Встретимся во время обеда после вечерней молитвы, – сказал он, входя в цитадель и поднимаясь по лестнице в свои покои.

Когда Юсуф распахнул дверь, его глаза широко раскрылись. Обнаженная Фарида лежала в его постели, и все ее тело было покрыто узорами, начертанными хной. Ей было уже за тридцать, и она стала еще более пышной, чем в те дни, когда Юсуф ее встретил, бедра стали шире, а тело мягче. Однако волосы оставались такими же огненно-рыжими, а лицо – гладким. «Пожалуй, – подумал Юсуф, – сейчас она еще красивее».

– Ид милад саид, – промурлыкала она. – С днем рождения.

– Я не франк, Фарида. Мой народ празднует день рождения совсем в другое время.

Фарида изогнула изящную бровь.

– Значит, ты не хочешь получить подарок? – И она накинула на себя одеяло.

Юсуф подошел к постели, стянул с Фариды одеяло и указательным пальцем провел по узорам, начертанным на ее теле, потом его палец спустился по животу вниз. Фарида застонала, и Юсуф улыбнулся.

– Аллах сказал, что самое большое наслаждение получает дающий.

Он начал ее целовать, когда послышался стук в дверь. Фарида встала и вышла в свои покои.

– Войдите! – крикнул Юсуф.

В комнату вошел Туран с письмом в руке.

– Послание из Алеппо. – Юсуф взял письмо и отошел к окну, где сломал печать. – От Нур ад-Дина? – спросил Туран.

Юсуф кивнул.

– Король Балдуин умирает. Нур ад-Дин призывает меня в Алеппо, чтобы помочь подготовить кампанию против франков.

– Тогда ты должен ехать. Я скажу Каракашу и Джону, чтобы они готовились к отъезду. – Туран направился к двери.

– Подожди, брат, – позвал Юсуф. – Должен признать, что у меня были сомнения, когда я сделал тебя своим помощником, но ты верно служил мне все эти годы. Теперь я прошу тебя о чем-то большем.

– Говори, брат.

– Война с франками может продлиться много лет. Я хочу, чтобы ты остался здесь, в Телль Башире, когда я уеду.

Туран нахмурился:

– Я бы предпочел сражаться рядом с тобой.

– Я знаю, но ты мне нужен здесь, чтобы наши земли и дальше процветали.

Туран колебался всего несколько мгновений, а потом кивнул. После смерти Надиры он очень сильно изменился.

– Хорошо.

– Спасибо, брат. – Туран вышел, и в комнату вернулась Фарида.