Ши Юй-Кунь - ТРОЕ ХРАБРЫХ, ПЯТЕРО СПРАВЕДЛИВЫХ

После Ма Цяна снова привели Ма Чао-сяня.

— Твой племянник во всем признался! Что ты теперь скажешь? Будешь по-прежнему упорствовать?

— Ничего подобного никогда не было, — стоял на своем Ма Чао-сянь. — И если шапка окажется в доме моего племянника, я готов принять любую кару.

Когда Ма Чао-сяня увели, Вэнь Янь-бо снова обратился к Аи Ху:

— Тебе известно, кто ограбил твоего господина и при каких обстоятельствах?

— Я прислуживал господину на «Подворье для достойных»… — стал рассказывать мальчик.

— Что за подворье такое? — удивился Вэнь Янь-бо.

— Это большой зал в усадьбе господина, — пояснил Аи Ху. — Там жили все его друзья. Однажды господин привел ученого сюцая, а после оказалось, что это новый правитель округа. Еще с ним был старик слуга. Обоих посадили в пустой дом и заперли. Потом они сбежали. Господин устроил погоню. Сюцая поймали и бросили в подземелье.

— Какое подземелье?

— Обыкновенное, вроде бы погреб. Не угодит кто господину — его сразу сажают в подземелье. Сколько людей там поумирало!

Чэнь Линь усмехнулся.

— У него даже подземелье было! И этого сюцая твой господин убил?

— Хотел убить, но кто-то его выпустил. В тот вечер, во вторую стражу, явился какой-то удалец с войском, и госпожу и господина связали. Люди на подворье, как услышали об этом, побежали их спасать. Но удалец тот всех разогнал, такой был сильный.

— Не помнишь, в какое время твоего господина увели?

— Вроде бы в пятую стражу, так управляющий сказал. Вэнь Янь-бо обратился к сановникам:

— А в жалобе сказано, что грабеж был учинен на рассвете. Значит, Оуян Чунь здесь ни при чем!

— С этим погодите, — вмешался Чэнь Линь. — Главное сейчас — разобраться с делом Ма Чао-сяня.

— Но дело Ма Чао-сяня связано с ограблением усадьбы, — возразил Вэнь Янь-бо. — Надо выяснить все и доложить государю…

Он велел привести Яо Чэна. Но служители доложили, что Яо Чэн сбежал. Видимо, испугался, узнав, что господина его обвинили в похищении государевой шапки.

— Раз сбежал, значит, виноват! — заметил Вэнь Янь-бо. — Так и доложим государю!

На следующий день вышел высочайший указ отправить людей в Ханчжоу, взять под стражу разбойников с «Подворья для достойных», найти шапку девяти драконов и доставить в столицу. Через несколько дней временный правитель округа прислал шапку. Доставили в столицу и госпожу Го.

Итак, сановники, собравшиеся в храме Правосудия, прежде всего потребовали шапку и, убедившись, что она и б самом деле принадлежит императору, распорядились ввести госпожу Го.

— Каким образом императорская шапка оказалась в вашем доме?

— Мне ничего об этом не известно, — отвечала женщина.

— В каком месте была найдена шапка?

— В пагоде, в средней нише.

— Ты сама видела?

— Сама видела, — подтвердила госпожа Го.

Ду Вэнь-хуэй дал ей подписать показания и распорядился ввести Ма Цяна.

— Твоя жена заявила, что шапка была спрятана в пагоде, — сказал Фань Чжун-юй. — Ты отрицаешь? Пусть женщина подтвердит показания!

— Где нашли эту шапку? — спросил Ма Цян у жены.

— В пагоде, в средней нише, — ответила госпожа Го.

— Она действительно там была?

— Ты еще спрашиваешь?! Кто мог ее туда положить, кроме тебя?

— Признаюсь! — воскликнул Ма Цян и поклонился.

Ма Чао-сянь, увидев шапку, тоже больше не упорствовал, и вместе с Ма Цяном его увели. Оставили только госпожу Го, которую Вэнь Янь-бо стал расспрашивать об ограблении усадьбы.

Неожиданно у ворот послышались крики и шум. Появился служитель, встал на колени и доложил:

— Какой-то старик пришел. Требует, чтобы его впустили, хочет подать жалобу на обидчиков правителя Ни Цзи-цзу.

— Впустите его! — распорядился Чэнь Линь.

Старик вошел, опустился на колени и, плача, протянул прошение. Вэнь Янь-бо принял бумагу, прочел и передал сановникам.

Те тоже прочли и в один голос заявили:

— Вот что поможет расследовать государево дело!

— Совершенно верно! — поддержал их Чэнь Линь и обратился к старику. — Тебя зовут Ни Чжун?

— Да, Ни Чжун, — ответил старик.

О том, что сообщил суду Ни Чжун, вам расскажет следующая глава.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

Ни Цзи-цзу восстанавливают в должности, и он завершает брачную церемонию. Бай Юй-тан во время наводнения ловит «чудище».

Итак, Ни Чжун рассказал судьям про то, как его господин дважды был схвачен Ма Цяном.

— Показания Ни Чжуна в точности совпадают с показаниями Ни Цзи-цзу, Оуян Чуня и Аи Ху. Вот только с ограблением не совсем ясно, — заявил Вэнь Янь-бо и приказал ввести Оуян Чуня и Ни Цзи-цзу.

— Когда вы с Оуян Чунем условились схватить Ма Цяна я в какое время его доставили в ямынь? — спросил Вэнь Янь-бо.

— Служители, которым было велено схватить Ма Цяна, пришли в усадьбу во вторую стражу, а на рассвете Ма-Цяна доставили в ямынь, — ответил Ни Цзи-цзу.

— Если вы схватили Ма Цяна во вторую стражу, почему доставили в ямынь лишь на рассвете? — обратился Вэнь Янь-бо к Оуян Чуню.

— Схватить-то мы его схватили, — отвечал Храбрец, — а с приспешниками его и слугами дрались чуть ли не до утра. Они хотели его отбить у нас.

Привели госпожу Го.

— Кто увез твоего мужа? Опознаешь?

— Рыжебородый богатырь, — отвечала женщина. — Он и меня взял.

— В какое время его увезли? Не помнишь?

— В пятую стражу.

— А ограбили когда?

— Перед рассветом.

— Один человек не мог унести все вещи, которые значатся в списке, — продолжал Врнь Янь-бо.

— Да там не один был — целая толпа.

— Вам ясно, господа? Грабеж учинили разбойники, а вину свалили на Оуян Чуня.

После того как императору был представлен подробный доклад с приложенными к нему показаниями обвиняемых, последовал указ:

«Ма Чао-сяня и Ма Цяна обезглавить, Ни Цзи-цзу восстановить в должности. Оуян Чуня считать к делу непричастным. Аи Ху от наказания освободить».

Когда Ни Цзи-цзу явился поблагодарить императора за милость, Сын Неба поинтересовался, каким образом Чжу Цзян-чжэнь его спасла, и повелел ей сочетаться с Ни Цзи-цзу браком.

Тао Цзуна и Хэ Бао, некогда сгубивших отца Ни Цзи-цзу, государь велел найти и предать смертной казни. Что же до Сянъянского князя, то о нем в указе не было ни слова. Ведь он приходился Сыну Неба дядей, а старших должно почитать. И все же государь все чаще с тревогой вспоминал о своем дяде — Сянъянском князе. А тут еще из года в год случались наводнения, гибли люди и посевы, о чем ко двору неизменно поступали доклады. Сколько денег было израсходовано на постройку дамб и плотин — все тщетно. И вот однажды Сын Неба, посоветовавшись с Бао-гуном, велел Янь Ча-саню проверить исправность плотин и дамб, а в помощь ему, по его просьбе, дал Бай Юй-тана и Гунсунь Цэ.