Нацизм. Третий рейх. Сопротивление - Борис Львович Хавкин

Постепенно Соня включилась в работу. Со временем Рихард стал давать ей все более и более сложные поручения. Она обрабатывала поступающую информацию, переводила документы с английского языка на немецкий, фотографировала материалы. Соня получала почту и донесения, встречалась с китайцами, которые не могли приходить к ней на квартиру, начала заниматься вербовкой, постигала основы конспирации. Соня вспоминала: «Конспирация стала моей второй натурой, поскольку товарищи, которых надо было уберечь, действовали в условиях постоянной опасности. Забота о них вошла у меня в плоть и кровь, так же, как и забота о моем маленьком сыне». (Зимой 1931 г. у супругов Гамбургер родился сын Миша).

Соня пока еще не знала, на кого работает. Она выполняла партийную работу, ее соратниками были коммунисты – этого было достаточно для нее.

Основной проблемой были отношения с мужем. Несмотря на свои левые убеждения, Рудольф, как только они приехали в Китай, упрашивал Урсулу отказаться от партийной работы, чтобы не подвергать риску себя и ребенка. Так что конспирироваться пришлось в первую очередь от мужа. В течение всех трех лет их жизни в Шанхае Рудольф так и не узнал ни о разведывательной работе своей жены, ни о том, что их квартира использовалась для нелегальных встреч.

В разведгруппу Зорге, посещавшую шанхайскую квартиру семьи Гамбургер, входили: помощник Зорге Карл Римм, известный Соне под именем Пауль; Макс Шенк (настоящее имя Макс Клаузен), который впоследствии работал радистом Зорге в Японии; Гриша, он же Джон, владелец фотоателье, делавший микрофильмы разведывательных донесений; японский журналист и информатор Зорге Ходзуми Одзаки (он был казнён в Токио вместе с Зорге 7 ноября 1944 г.). К ним Соня относилась как к боевым товарищам. Зорге принёс ей на хранение чемодан с рукописными и печатными материалами, а затем и второй, с оружием. Однажды Зорге поручил Соне отнести объёмистый пакет его знакомому Фреду. С ним у Сони сразу возникли доверительные отношения. Она рассказала ему о себе всё, даже советовалась, не разойтись ли с Рудольфом. Много лет спустя Соня узнала о Фреде как о герое гражданской войны в Испании. Это был Манфред Штерн, знаменитый генерал Клебер, герой Мадридского фронта. Позже он был отозван в Москву и расстрелян как «враг народа».

В декабре 1932 г. Зорге внезапно покинул Китай. Новым руководителем Сони стал Пауль. К тому времени Урсула уже знала, что она работает на Советский Союз. Летом 1933 г. ей предложили поехать в Москву на учебу. Это предложение означало, что в случае согласия она станет штатным сотрудником Разведывательного управления Генштаба Красной армии. Соня согласилась.

В разведшколе в Москве Соня, получившая фамилию Людвиг, провела полгода. Она изучала радиодело, основы агентурной работы, правила конспирации и вербовки. Новое назначение, не менее опасное, чем её прежняя работа, Соня получила в Манчжурию, в Мукден. К этому времени она твердо решила расстаться с мужем. Сына она оставила у себя.

Соня была направлена в Мукден в качестве представителя шанхайской книготорговой фирмы. На задание она поехала с новым напарником. Им стал молодой немецкий коммунист, бывший моряк Иоганн Патра (подпольный псевдоним Эрнст). Совместная работа давалась им нелегко – слишком разными по психологии и культуре были женщина из семьи профессора и пролетарий Иоганн, человек с непростым характером: обидчивый и деспотичный, но обстоятельный и серьезный. Соню обрадовало, что Эрнст не возражал против того, чтобы она взяла с собой ребенка. Они отправились в путь на итальянском пароходе из Триеста.

«На пароходе я разгуливала в белом платье без рукавов и вместе с Эрнестом плавала в бассейне, а длительное путешествие с его тёплыми днями и ясными ночами создавало атмосферу, которой трудно было противостоять. – Мне было двадцать четыре года, Эрнсту двадцать семь… Я далеко не была уверена, что желаю лишь “товарищеских отношений” между нами», – вспоминала Соня. Конечно, случилось то, что должно было случиться. Рудольф спокойно и с достоинством принял появление Урсулы с её новым спутником. У него было одно желание: сохранить сына и хотя бы видимость семьи. Он принял Эрнста как боевого товарища и помог отправить в Мукден оперативный багаж – огромное старинное кресло, в сидении которого была спрятана рация.

Задание у Эрнста и Сони было опасное: передавать в Москву разведданные, а кроме того, работать с манчжурскими партизанскими отрядами. Они должны были осуществлять связь между партизанами и СССР, передавать информацию и запросы отрядов, консультировать партизан и, если нужные рекомендации не мог дать Эрнст, запрашивать их из Москвы. Разведчики проработали в Мукдене почти год. В апреле 1935 г. один из хорошо знавших их китайских товарищей был арестован японцами. Надо было срочно уезжать из Мукдена. Соня покинула Китай. Янина, дочь ее и Иоганна Патры, родилась уже в следующей ее загранкомандировке – в Польше. Соня вспоминала: «Когда я почувствовала, что у меня будет второй ребенок, меня не покидали сомнения: а возможно ли это при моей опасной работе? …И тогда я сказала себе: дети придают силы, вселяют уверенность и делают жизнь веселой. Лучше быть веселым разведчиком, чем грустным, спокойным, чем нервным. А там, где висят пеленки, вряд ли кто ожидает встретить разведчика. И я решилась».

По странной прихоти судьбы в Польшу ей предложили ехать с ее первым мужем Рудольфом, который к тому времени тоже стал работать на советскую разведку. Московское начальство ничего не знало о нюансах их отношений, а Рудольф был готов по-прежнему заботиться о ней и её детях. Они поселились в Варшаве. Одно время Соня была радисткой у Николы Попова (псевдоним «Черный»), затем некоторое время вместе с детьми жила в Данциге, работая с местной антифашистской группой. Но потом работы стало мало, ее отозвали и почти сразу направили в Швейцарию.

В 1937–1938 гг. Соня дважды ездила в Москву на учёбу. В Кремле «всесоюзный староста» М.И. Калинин вручил ей орден Красного Знамени. Она носила его лишь один день. Когда уехала, он остался в Генштабе. Вообще пребывание в Центре для Сони, в отличие от других разведчиков, было сведено до минимума, необходимого для переподготовки – она резко отрицательно относилась к разлуке с детьми, которых брать с собой в СССР было нельзя.

Следующим место ее командировки стала Швейцария, куда Соня поехала уже в качестве резидента, руководителя хоть и маленькой, но собственной группы. К тому времени все ее немецкие родственники, спасаясь от нацизма, перебрались в Лондон; там же были и дети. Заехав туда по пути, Урсула, во-первых, привлекла к работе на советскую разведку отца, брата и одну из своих сестер, а