Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750 - Чарлз Ральф Боксер

Сан-Луиса по причине растущего соперничества между двумя городами. В отсутствие поддержки от Пара протест Мараньяна был легко подавлен после прибытия нового губернатора, который казнил двух зачинщиков в ноябре 1685 г. Неудавшийся мятеж 1684 г. смог убедить иезуитов пойти на компромисс с колонистами, которые требовали в большей степени, чем ранее, использовать принудительный труд. В результате в 1686 г. был опубликован королевский указ Regimento das Missoes do Estado do Maranhao e Grao-Pard. Этот указ, с некоторыми изменениями и дополнениями, определил основные правила миссионерской деятельности и использование труда индейцев в штате Мараньян – Пара. В 1750–1755 гг. произошла секуляризация миссии.

Одно из принципиальных положений закона 1686 г. предусматривало постепенное замещение в будущем эксплуатируемых индейцев неграми-рабами из Гвинеи. В целях этого было даже решено основать компанию для работорговли. В результате эта компания осталась мертворожденной, и все так же оставалась потребность в индейской рабочей силе. Как было оговорено в окончательном варианте указа 1718 г., эта рабочая сила обеспечивалась двумя путями: мирным и насильственным. Мирные экспедиции готовили миссионеры, их задачей было убедить проживавших в джунглях индейцев из еще непокоренных племен, что условия их существования станут гораздо лучше, если они поступят как «разумные люди» и переедут на жительство в деревни миссии. Они, как правило, располагались поблизости от белых поселений и находились под управлением суперинтенданта иезуитов или других религиозных орденов. Давшие добровольное согласие на переезд в миссию индейцы не будут ни в коем случае превращены в рабов. Они будут получать за свой труд регулярную и справедливую плату; за любую работу на колонистов они будут обеспечиваться пропитанием и одеждой. В деревнях, где они поселятся, за два года их обучат основам христианской веры и цивилизованной жизни, прежде чем они получат работу у белых людей.

Второй, насильственный, метод применялся против тех диких племен, представители которых ходили полностью обнаженными, не признавали ни короля, ни власти и предавались самым чудовищным порокам, таким как инцест и каннибализм. Этих варваров, по крайней мере так уверяли короля ученые-теологи, можно было насильственно переселить в деревни-миссии при двух условиях. Во-первых, следовало прибегнуть лишь к минимальному насилию и только после того, если мирные уговоры не подействуют на дикарей и они возьмутся за оружие, чтобы защитить свой животный образ жизни. Во-вторых, тех, кого насильно переселят в деревни, но они убегут обратно в джунгли, чтобы вернуться к нецивилизованной жизни, следует преследовать и ловить, но ни в коем случае не убивать. Экспедиции, поставившие перед собой такие цели, считались законными и оборонительными войнами. Но их не следовало организовывать без предварительного одобрения религиозных орденов и высших представителей королевской власти. Колонистам строго запрещалось совершать самочинные рейды.

Деревни-миссии в том виде, в каком они сложились к началу XVIII в. после объединения иезуитов и францисканцев провинции Санту-Антониу и францисканцев провинции Пиедаде, кармелитов и мерседариев, были поделены на четыре основные категории. К первой относились те, которые были созданы исключительно для осуществления задач конкретного монашеского ордена. Вторая категория была представлена деревнями-миссиями короны, жители которых были рабочей силой для выполнения общественных работ, таких как строительство укреплений, судостроение, обслуживание солеварен и рыболовство. Жители третьей категории деревень-миссий работали на тех колонистов, которые нуждались в рабочих руках в своем домашнем хозяйстве, для работ на плантациях и сахарных заводах, в качестве гребцов на каноэ. Четвертая, и последняя, категория включала в себя собственно поселения-миссии во внутренних областях страны, население которых не имело никакого контакта с белыми мирянами, где единственной целью миссионеров было обратить индейцев в христианство и цивилизовать их. Все эти типы деревень (aldeias) были, в принципе, в экономическом отношении самодостаточны, и ими управляли миссионеры ордена, которому они принадлежали. Ни один мирянин не имел права посещать миссию без разрешения настоятеля, и все просьбы колонистов о предоставлении им рабочей силы должны были направляться миссионерам в конкретной местности.

Принципы управления подобными деревнями ордена иезуитов и правила поведения их обитателей были разработаны падре Антониу Виейрой в 1660 г. и действовали без значительных изменений вплоть до секуляризации миссий-деревень почти век спустя. Мне неизвестно, имелись ли подобные правила в миссиях францисканцев, кармелитов и мерседариев, но можно предположить, что они не сильно расходились с правилами Виейры. Среди прочих требований иезуитам особо напоминали о важности ежедневной молитвы и о необходимости совершения «духовных упражнений», разработанных основателем ордена. Частые путешествия миссионеров в каноэ по рекам с медленным течением предоставляли им возможность для благочестивых размышлений и для чтения святоотеческой литературы. На этих каноэ обычно устраивался переносной алтарь, имелись песочные часы и небольшой колокол. На борту было также огнестрельное оружие для самообороны во время плавания в опасных районах.

Как правило, жителями деревни были два миссионера, которые были обязаны исповедоваться, по крайней мере один раз в месяц. В домах, где жили эти иезуиты, «не дозволялось ночевать ни одному слуге-индейцу, и в каждом доме полагалось иметь не больше четырех или пяти слуг». При каждой из основных миссий была устроена больница или изолятор, где лечили больных индейцев при помощи лекарств и различных снадобий. «Насколько позволяла это сделать наша бедность», – уточняли иезуиты. Гостевой дом имелся в каждой деревне-миссии, но путникам не разрешалось оставаться там на ночь. Гостеприимство оказывалось только монашествующим лицам и мирским «представителям власти». В некоторых деревнях (называемых aldeias de visita) в отдаленных районах отсутствовали постоянные миссионеры, и тогда время от времени их посещали священники из деревень, где были миссионеры-резиденты (aldeias de residencia). В таких случаях приезжали два иезуита, при этом во время визита их всегда должны были видеть вместе.

Излишки сельскохозяйственной продукции, произведенной в деревнях-миссиях, торговцы-миряне продавали на рынках Белена и Сан-Луиса. Прибыли поступали в соответствующую миссию и шли на содержание церкви и больницы и на разные потребные для жителей вещи, которые можно было приобрести в этих городах. Резидентам-миссионерам было запрещено приобретать что-либо стоимостью больше одного крузадо, им не было позволено залезать в личные долги, и от них требовалось, чтобы долги их миссии не превышали 10 крузадо, в противном случае только при специальном разрешении настоятеля.

День начинался с утренней мессы для жителей деревни. Затем читали вслух «Отче наш», «Аве Мария», Десять заповедей и краткое наставление в вере. Большинство из тех, кто присутствовал на мессе, затем шли на полевые работы и на плантации. Но наиболее способные отправлялись на занятия в школу миссии, где их обучали чтению, письму, пению и инструментальной музыке, а также изучали полный катехизис. На заходе солнца проводилась вторая служба, первоначально в целях религиозного образования детей. По завершении уроков они обходили деревенскую площадь в процессии, распевая Символ