Майкл Гир - Люди огня

Вдруг все исчезло куда-то в круговороте его распадавшегося сознания. Он оказался внутри Спирали и вращался, не в силах достичь центра. Его терзала издевательская усмешка на самодовольном лице Кровавого Медведя, направленное на него острие дротика в любой момент было готово лишить его жизни, беспощадные глаза леденили его душу, и все в нем дрожало мелкой дрожью.

А сквозь все эти образы Волчья Котомка звала его к себе… Ее присутствие продолжало ощущаться в самом воздухе, будто слабый аромат цветов. Хрупкие пальцы памяти ласкали его душу. Прикосновение к Волчьей Котомке, такой привычной и родной, напомнило ему детство. То же чувство тепла, то же чудесное ощущение близости Силы охватило Маленького Танцора. Он почти наяву увидел себя в своей постели. Мать с отцом спят в глубине вигвама. Если он протянет руку вверх, то коснется разрисованной кожи, сможет развернуть ее и ощутить успокаивающее тепло волчьей шкуры, предохраняющей Волчью Котомку.

Он невольно поднял руку, но пальцы ощутили пустоту. Он поднял глаза и увидел чернильно-синие очертания своих пальцев. Над ними простиралась в бесконечность лишь одна Звездная Паутина.

— Волчья Котомка, — хрипло прошептал юноша.

В ответ ему из ночной темноты раздался устрашающий волчий вой. Он становился все громче, все глубже проникал в душу… Юноша задрожал. В его существе образовалась пустота: какая-то его часть понеслась в прозрачном воздухе вслед за тоскливо-мрачными звуками…

Над горами взошла луна, осветив белыми лучами каньон, посеребрив кусты шалфея, рассыпав светлые точки по шуршащей сухой траве… Причудливые черные силуэты деревьев закачались в призрачном свете.

Маленький Танцор застыл на месте, глядя на запад, где на небе высоко вздымались клубы туч. Из-за них на него смотрел мужчина, из глаз которого исходил свет, как от луны. Волосы зашевелились на затылке Маленького Танцора, дрожь побежала по всему телу, будто тысячи крохотных лапок насекомых.

— Кто… ты… такой?

— Видение Волка.

Казалось, что слова сами собой звучат в воздухе.

— Твое время еще придет. Ты пока не готов. Круги еще не повернулись.

Он сглотнул, всматриваясь в темноту.

— Я не гожусь для этого, — настойчиво произнес он с бешено колотившимся от страха сердцем.

В слабом шелесте деревьев послышались слова его матери, поплыв по воздуху, будто оборванная паутинка: «Я запрещаю тебе это». Маленький Танцор сморщился от боли: власть этих слов так же глубоко врезалась в его душу, как древний знак в стену пещеры Белой Телки.

— А каково твое желание, юноша? — раздались слова — глубже и глуше, проникая до самого дна души.

Он зажмурился и вздрогнул как от прикосновения. По земле скользнула какая-то тень. В лунном свете перед ним стоял огромный черно-серебристый волк. Его пронзительные желтые глаза сверлили юношу.

— Я… — Слова замерли у него на губах.

— Ты знаешь Следящего, — продолжал тот же голос. — Он пришел вслед за тобой. Ты связан.

Огромное животное подошло ближе, опустив голову и открыв пасть. Яркий свет луны сверкал на белых клыках, будто солнце на льду.

По всему телу Маленького Танцора побежали вибрирующие волны страха. Он застыл, не в силах сделать ни малейшего движения.

Волк чуть отошел назад.

— Спираль почти завершила Круг. Круги меняются, равновесие смещается. Способность исправить это Видением принадлежит только тебе Сила живет в тебе, Маленький Танцор. Тебе пока что ни к чему делать выбор. У тебя есть время познать жизнь… познать смысл человеческого существования. Однажды ты будешь призван. А пока живи… и учись. Когда Видения будут пылать у тебя в голове и ты ни о чем другом и думать не сможешь, разыщи Белую Телку. Она теперь все понимает. Она прислушается к твоим словам, и обучит тебя.

Облака, из которых складывался образ мужчины, засверкали и засветились светом множества молний. Лицо мужчины стало сверхъестественно-белым, задумчивым, углубленным…

Маленький Танцор, раскрыв рот, на краткий миг отвел глаза от Следящего. Когда он снова посмотрел на землю, животное уже исчезло в ночи — лишь трава колыхалась там, где стремительно проскользнул волк. Юноша дрожащими пальцами притронулся к обломанным стеблям. Ему показалось, что они хранят тепло от прикосновения к зверю.

Над горами пронеслись глухие раскаты грома — голоса Силы. Маленький Танцор с трудом сглотнул и посмотрел на клубившиеся тучи. Гроза изменила их форму: там, где он видел лицо мужчины, теперь виднелась огромная морда волка. Оглушительный бас грома снова послышался с небес и эхом прокатился по каньонам.

Он долго просидел неподвижно, не в силах тронуться с места. Его сердце упруго билось в такт громовым раскатам, уносившим его душу в вечность.

— Позднее время года для грозы.

От неожиданности Маленький Танцор подскочил и испуганно вскрикнул.

— Напугал я тебя? — спросил Два Дыма, подходя поближе и усаживаясь.

За его спиной, будто тень, шла Волшебная Лосиха.

— Этой ночью действует Сила. Это чувствуется. Знаешь, такое ощущение, будто наступило затишье перед сильной бурей.

Сердце юноши по-прежнему стучало, как большой барабан.

— С тобой все в порядке?

— Волка, Следящего… ты не видел?

— Мимо нас волк не пробегал. Но вокруг действует Сила. Мурашки по коже бегут. А если принюхаться, то и учуять ее можно.

Маленький Танцор, тяжело дыша, уронил голову на колени. Внезапно его забила дрожь, а Два Дыма продолжал, притворяясь, что ничего не замечает:

— Белая Телка попросила нас тебя разыскать. Я вроде бы должен отвести Три Пальца и всех остальных в такое место, где они смогут поселиться. Можешь отправиться к ним или остаться здесь. Тебе решать. Сегодня был хлопотливый день. Голодный Бык уходит к ним. Мне кажется, он хочет пожить некоторое время со своими друзьями, с людьми своего племени.

Тот, для кого он говорил, все старался утихомирить свое разогнавшееся сердце.

— Готов спорить, что и Стучащие Копыта уйдет с ними, — продолжал Два Дыма. — Как мне кажется, ей в общем ни к чему возвращаться к Красной Руке. Кровавый Медведь постарается отравить ей жизнь. Белая Телка считает, что будет полезно, если она расскажет Низким Людям Бизона об образе жизни Красной Руки.

— Я здесь тоже не останусь.

Два Дыма кивнул. Выражение его лица в темноте было не разглядеть.

— Она так и думала.

Юноша смущенно взглянул на друга:

— Она ведь не приказала мне остаться?

Два Дыма медленно покачал головой:

— Мне этого не понять, но она почти настаивает на том, чтобы ты ушел… вместе с Волшебной Лосихой. Она улыбалась, когда говорила об этом, раскачивалась взад и вперед и вообще казалась… гм… довольной, что ли.