Империя Рюриковичей (V-XVI вв.). Русская экспансия - Сергей Владимирович Максимов

владимирского князя не смутил альянс с речными разбойниками. В конце концов, они были для него гораздо более близки, чем чуждые булгары-нехристи.

Случилось так, что из-за суровой зимы муромо-рязанские полки опоздали к назначенному сроку и разорять Булгарию отправился только Мстислав Андреевич (сын Боголюбского) с владимирской дружиной.

Это обстоятельство спасло жизни многим булгарам, но, увы, далеко не всем. Шесть сел и один город были атакованы Мстиславом Андреевичем. Владимирцы вырезали всех мужчин в зоне нападения, а женщин и детей увели на Русь для продажи813.

Как знать, сколько еще разорительных походов совершил бы Андрей Боголюбский на Нижнюю Волгу, если бы не его насильственная смерть.

В заговоре против князя была замешана его жена – булгарская принцесса. Досужий ум, возможно, увидит в этом знак тайного участия Булгарии в убийстве князя Андрея. Поди угадай, сколько в этом предположении правды, а сколько вымысла.

Андрей Боголюбский играл в опасные игры и многих настроил против себя. Я бы вовсе не удивился, узнав, что собственная жена предала его и встала на защиту родного края, против которого князь Андрей действовал с непримиримой жестокостью.

Но все это, конечно, только догадки.

Тысяча сто восемьдесят четвертый и его продолжение

После убийства Боголюбского великим владимирским князем стал Всеволод III.

Он дважды отказался выполнять требования булгар о наведении порядка на Волге и защите речной торговли. Однако после карательного похода на Муром, который организовали рассерженные булгары, Всеволод Юрьевич словно очнулся от спячки и срочно вступил в военный альянс против Булгарии с киевским князем Святославом.

Еще недавно Всеволод III жаловался булгарам на свою неспособность приструнить речных пиратов. Теперь же у него нашлось все необходимое для войны: множество ратников, десятки знатных бояр и дюжина князей, готовых сообща обрушиться на «нечестивых» булгар, ибо они, как всем известно, «суть вельми богаты»814.

В том-то и была скрыта заводная пружина готовящегося ратного «подвига», чтобы в очередной раз поживиться за счет этих богатств.

Еще несколько месяцев назад великий князь Всеволод III не захотел приложить и сотой доли усилий, чтобы привести в спокойствие восточные границы Руси. Он также не пожелал заблаговременно собрать сильное войско, а не задним числом, как вышло на деле, посылать на булгар куцый отряд в несколько сот человек. Никто не выставил на Волге дальние дозоры, чтобы предупредить население Мурома и Рязани о возможном нападении.

В полноценном государстве такая халатность расценивалась бы наравне с изменой. Но Залесский край полноценным государством не являлся. Объединить конфликтующие интересы русских князей (да и то на короткое время) могла только какая-нибудь экстравагантная идея. Например, грабительский поход на Волжскую Булгарию с ее нехристианским населением и слабо защищенными городами.

Святослав киевский одобрил план войны против булгар и прислал к «брату» Всеволоду войско во главе с сыном. Своих людей прислали на Клязьму Ярослав черниговский и Игорь северский, лично явился Давид переяславский, прислал сына Мстислава с войском Давид смоленский815.

Собирались неспешно, при встрече обильно пировали, понимали, что добыча от них не уйдет, и только в конце мая выступили одновременно по воде и по суше. Когда прибыли на место, невзначай наткнулись на половцев, но враждовать с ними не стали, а, наоборот, объединились для общего грабежа816.

Булгары не позаботились о защите. Наверно, им казалось невозможным, что едва ли не вся Русь прибудет к ним мстить за приволжских разбойников.

Конечно, разорение Мурома было чрезмерным наказанием, но ни Киеву, ни Чернигову со Смоленском, ни даже Переславлю с Владимиром не было нанесено никакого ущерба. В конце концов, русские сами частенько нападали друг на друга, и Муром не единожды страдал от вторжения русских князей.

С точки зрения булгарской торговой верхушки, их действия по искоренению речного каперства осуществлялись в общих интересах. Но, как говорится, у каждого своя правда в этой жизни.

Все, что имелось в распоряжении булгар, – это слабые передовые отряды, но их русичи смяли в первой же стычке.

Для булгар наступил момент истины – угроза была для них столь колоссальной, что царь Булгарии немедленно выступил с предложением о мире. В течение десяти дней, пока великий князь Всеволод III стучался в ворота булгарских городов, царские вельможи повторяли ему мирное предложение817.

И вот случилось чудо!

Всеволод III согласился прекратить смертоносную войну. Согласно летописной версии, он сделал это из-за смертельной раны, нанесенной Изяславу Глебовичу переяславскому.

Что ж, может быть и так. Но булгарам пришлось заплатить за смерть переяславского князя богатейшими дарами. Можно только догадываться, насколько увесистыми были сундуки с подарками для Всеволода III. И ни слова о торговле, ни слова о границах или зонах влияния между Владимиром и Биляром. Просто получили выкуп и ушли.

Единственным благородным поступком Всеволода III было освобождение соплеменников, томившихся в булгарском плену818. Впрочем, благородные порывы не помешали князю на обратном пути страшно разорить земли заокской мордвы 819, с которой он находился в союзнических отношениях.

Два года булгары благодарили Аллаха и удивлялись своему чудесному спасению. Но во Владимире, Ростове и Суздале царили совершенно иные настроения. Там никак не могли взять в толк, почему великий князь проявил к «бахмитам» такое милосердие?

Да и Всеволоду III быстро наскучила роль благородного миротворца, и в 1186 г. он снова вспомнил о Булгарии и приказал готовиться в поход. Вместе с военными в Булгарию отправилось множество «городчан» – явление редкое, но случавшееся на Руси, когда добыча казалась легкой, а опасность незначительной.

Видит бог, булгары не сделали ровным счетом ничего, чтобы навлечь на себя гнев великого князя. Тем не менее воеводы Всеволода III и примкнувшие к ним городские обыватели разорили и разграбили северные булгарские провинции. Множество булгарских сел было предано огню и мечу.

Летописи не сообщают о сопротивлении булгар. Следовательно, русское войско воевало с мирными жителями и занималось циничным разбоем и грабежом населения. Не случайно летописец указал, что домой ратники и горожане возвратились «со многим имением и полоном»820.

В новый век со старыми привычками

Период между 1186 и 1205 гг. в отношениях между Северной Русью и Волжской Булгарией ознаменовался временным затишьем.

В это время булгарские негоцианты даже перестали жаловаться на речных пиратов, а русские князья словно позабыли о богатых булгарских городах. Если и случились тогда какие-то инциденты на Волге, то вести о них не достигли ушей летописцев. Не известно о них и иностранным источникам.

Но в 1205 г. сцена вновь оживилась, и мрачные тучи снова сгустились над Волго-Камским междуречьем.

Немолодой уже князь Всеволод III решил