Морозных степей дочь - Александр Анфилов

Рэй поинтересовался, какова природа вестников, каковы цели, как их одолеть?

— Где они сейчас, в конце концов?

Однако та безмолвно покачала головой.

— Сольвейг! Почему ты мне не доверяешь? Какую роль в этой истории играешь ты?!

— У меня нет роли, — сказала она неестественно ровным голосом. — А мои ответы не имеют для тебя никакого значения. У тебя даже нет геройского таланта. Для тебя вступить в бой с одним из вестников — приговор. Забудь и думать. Сильнейшие герои, чья сила множилась чудесными предметами, а порой и вкупе с людскими армиями — вот в каком случае можно было уравнять силы в бою с единственным вестником. Их пронзали копьями отряды всадников, засыпали стрелами, жгли в огне и топили в ледяных озерах, но эти черные воины выдерживали всё. Не зная жалости, они сокрушали всех живущих в этом мире. Словно во исполнение воли богов. Тебе нет смысла и думать о том, чтобы вступать в это древнее противостояние. Наслаждайся жизнью, покуда ты жив. Покуда они еще спят.

«Тебя, бездарного и лишенного всего, никто не осудит за бездействие», — опять будто прошептал на ухо господин Светл-О-Бай.

— Нет, — тихо, но решительно заявил Рэй. — Никакая они не божественная воля. Это я, мы, герои, есть воля богов! Воля на спасение человечества. Где сейчас вестники?

— Их не встречали в этом мире, с тех пор как… — оборвалась она неожиданно.

— С тех пор, как что? Ведь получается, первые герои провалили миссию.

— Это неправда! — вскинулась она, но сразу опустила голову. — Первые… они радели за свое дело. Не жалея жизни, они сражались за чужой для них мир, за людей, что далеко не всегда были к ним добры. Многие вестники были уничтожены их рукой. Но ни одна битва не давалась бескровно, число героев уменьшалось с каждым сражением. Не имея более сил, герои остановили последних четырех вестников с помощью божественного колдовства. Однако сила, которую применили герои, видимо, скоро растает. Одно твое существование — тому доказательство. Этому миру… недолго осталось, — закончила она, да вот этих ее слов Рэй уже не слышал.

В глазах девушки отразился призрачный и до боли знакомый зеленый свет! Пару секунд герой всматривался в этот божественный блеск. Рэй обернулся, пытаясь угадать источник, как вдалеке, над густыми кронами берез ударил в небо столб зеленого света.

Коридор призыва был открыт. В мир стремился новый герой.

* * *

Холодный, тусклый свет падал на интерьер прибранной, но очень мрачной комнаты. Он сидел за широким столом. И вдруг за спиной возник еще один источник света.

* * *

— Нет, слишком далеко, — возразила Сольвейг, тряхнув головой. — Это кажется, что близко, но сквозь лесную чащу тут идти часа четыре. И вообще, — повернулась она к Рэю, — какое тебе дело?

— Свет призыва словно маяк для всех, кто хочет разжиться геройским серебром. Так бандиты нашли меня, подстроив «случайную» встречу. Если бы Светл не подарил мне божественную страховку, скорее всего, я бы не дожил и до своего суда в Бересте. Спорить готов, мейстер Иоахим уже приметил новый барыш.

— Кто? Ты про лиходеев, что напали на тебя? Точно, ты рассказывал, но я не особо слушала. Так что там произошло?

* * *

Юноша не сразу обратил внимание. Лишь в ответ на призывный голос он обернулся, и зеленая сфера отразилась в гладких линзах его очков.

* * *

— Во-от оно что, — отозвалась лисица в ответ на повторный рассказ Рэя о прибытии в мир. — Да-а, от вашего племени можно ожидать подобной подлости. И ты правда туда собрался? — преследуя героя, спросила она. — К этим головорезам? Да один этот Яким убьет тебя, едва увидит. У тебя только синяки сошли!

— Черт, отсюда уже не видно, — разыскивая нефритовое свечение меж ветвей, выругался Рэй.

Он подтянул лямки рюкзака и, не сбавляя шага, поспешил сквозь плотную смешанную рощу.

— Человеку не стоит сломя голову нестись сквозь лес, — предостерегла она, ступая следом.

— Соль, — резко остановился он. — Ты ведь отлично видишь в темноте. Помоги.

— Подумай же о себе! Решил, что пострелял разок из лука и стал героем? У тебя нет сил, чтобы драться всерьез!

— Значит, придется поднапрячься! — твердо сказал он. — Сольвейг, я уже не такое пережил, а там беззащитный новичок, который понятия не имеет, во что его втянули! Если бандиты доберутся до него…

— Опять свою мораль включил? Если тебе было мало в первый раз, то во второй они тебя не пожалеют. Сначала реши свои проблемы.

— Я его не оставлю. И пойду с тобой или без тебя.

— Бесишь, — отвернулась она. — Ладно, только потом не жалуйся, будем идти всю ночь.

Она взяла его за руку.

Рэй вдохнул дремлющий лес, и чувства их будто слились воедино! Тьма чащобы вмиг растаяла пред ним.

* * *

Не испытывая страха, ведомый лишь любопытством, он приблизился, изучая вибрации на поверхности сферы. Он вновь услышал призывный голос и коснулся твердой, резонирующей поверхности, не сомневаясь в выборе.

* * *

— Сольвейг, — спросил на ходу Рэй, — тогда, на берегу реки, ты начала говорить: Великий Герой Горицвет дал тебе имя. Получается, Горицвет — твой прежний хозяин?

Рэй ожидал характерного для гордой лисы ответа вроде «премудрая луми-кетту никому не принадлежит!», однако услышанное породило только больше вопросов. Вкрадчиво и без пояснений, она шепнула в сторону:

— Да.

* * *

— Талант? — спросил он, встряхивая мокрые от холодной воды волосы.

— Некоторым разрешается выбрать, — нежно изрекла она, и в глазах ее отразилась вся Вселенная. — Пожелай чего угодно!

* * *

Ночью заметно похолодало.

Пасмурный лес стоял, укутанный туманом. Лачуга на холме окружена океаном из горячего молока. Геройская артель. Ах, с какой скверной в душе Рэй вспоминал это место. Спустя месяцы он вернулся в точку, из которой начал путь. Сколько героев до него простились тут с жизнями? Этому до́лжно положить конец. Праведная месть переполняла сердце.

Солнце еще не взошло: предрассветный, самый тихий час. Но солнечной погоды сегодня не будет: за ночь ясное небо оказалось надежно закрыто тучами.

Герой крепко держал ее руку. Пальцы другой руки, сжимавшей древко лука, онемели от холода, в ногах — холод росы. Взгляд сосредоточен на доме. Приблизившись, Рэй собирался выпустить ее руку и поспешить вперед, но Сольвейг подхватила за локоть, предупредительно покачала головой. Дверь в хижину приоткрыта. Если ловушка захлопнулась, дверь должны были запереть изнутри. «Неужели опоздал?!»

Несколько секунд пара наблюдала за покосившейся от зим лачугой. Крик прорвался изнутри! И Рэй, не разбирая, ринулся вперед, тревожа сонный туман.