Эсташ Черный Монах - Виталий Дмитриевич Гладкий

прибыть в Дувр, притом под английским флагом, что и было сделано – Большой Готье всегда отличался исполнительностью. Черный Монах решил разбавить команды галер архидьякона своими людьми, чтобы испытанные в боях пираты навели там порядок…

Его опасения оправдались, притом самым страшным образом. Абаль и дочь были похищены и увезены в неизвестном направлении. Виллу похитители сожгли, охрану перебили, но Эсташу здорово повезло. В полуразрушенной конюшне прятался хромой, горбатый конюх, которого Черный Монах приютил из жалости.

Узнав своего господина, он выбрался на свет божий из норы, куда забился от страха, и разрыдался как ребенок. Ему здорово повезло, что похитители первым делом набросились на охрану виллы.

Конюх в это время сладко почивал в яслях после кувшинчика вина и проснулся лишь тогда, когда бандиты начали выводить лошадей. Он быстро нырнул в яму, куда сбрасывали лошадиный навоз, и просидел там, укрывшись пучком соломы, до тех пор, пока похитители госпожи и девочки не убрались восвояси.

– Рутьеры[77], это рутьеры! – взволнованно лепетал конюх, пожимая плечи.

Он видел, что господин в ярости, и опасался, что тот смахнет ему своим мечом голову с плеч.

– Почему так думаешь? – хриплым от бешенства голосом спросил Эсташ.

В этот момент он и впрямь готов был убить конюха, потому как в голове у него мелькнула мысль: а не горбун ли привел на виллу бандитов? Вполне возможно. Если уж Иуда позарился на тридцать сребреников и продал своего Учителя, то что говорить о несчастном бедном хромце, у которого нет ни кола, ни двора. Эсташ знал, что конюх очень жаден до денег, и все свое жалованье копит и где-то прячет, а сам питается, чем Бог пошлет, и ходит в чужих обносках, немыслимом рванье.

– На одежде у них нашит белый лоскут с красным клином!

Да, это точно были рутьеры-наемники. Обычно они шли в бой под белым флагом, а белые тряпки нашивали на одежды, чтобы узнавать своих.

Это были бандиты, головорезы, причем они не знали ни Бога, ни закона, ни жалости, ни страха. Своих нанимателей-баронов они зачастую просто шантажировали, угрожая напасть на их земли за неуплату жалованья в срок. Во время военных действий рутьеры грабили захваченные территории, и победы нередко завершались драками за добычу между рыцарями и наемниками.

Босые, оборванные, плохо вооруженные банды рутьеров, признающие лишь своих командиров, формировались по большей части из пришлого люда, чужого в тех краях, где велись боевые действия, и имели, с военной точки зрения, два больших преимущества. Во-первых, они были известны своим абсолютным презрением к смерти, так как терять им было нечего. Во-вторых, ими не жалко было жертвовать. Поэтому именно из них формировались ударные армейские подразделения.

У мирного населения рутьеры вызывали безграничный ужас; эти безбожники устраивали оргии в церквях, издевались над образами святых. Не удовлетворяясь грабежами и насилиями, они резали и мучили просто так, удовольствия ради, развлекались поджариванием детей на медленном огне или расчленением трупов.

Из-за своей бесчеловечности рутьеры считались как бы вне закона, тем не менее все имели в них нужду. Если для рыцарей война означала, прежде всего, возможность прославиться и отстоять свои более или менее возвышенные интересы, то для простого люда она означала рутьерский террор. Иногда в ходе боя рутьеры внезапно начинали убивать даже своих союзников.

Рутьера боялись, как бешеного пса, но и обращались с ним, как с собакой, причем не только неприятели, но и собственные хозяева. Одно имя «рутьер» служило объяснением всем жестокостям и святотатствам; он воспринимался как живое воплощение ада на земле.

Услышав про белый лоскут на одеждах похитителей, Эсташ застонал от отчаяния и обхватил голову руками. О, Бог мой, за что?! – возопил он мысленно. На миг представив, что могут сделать рутьеры с Абаль и малюткой, он едва не потерял сознание. Собрав всю свою волю в кулак, Черный Монах выпрямился и спросил горбуна сквозь зубы:

– Это все, что ты можешь сказать?

Тот посмотрел в его белые от бешенства глаза и, мертвея, залепетал:

– Нет, нет, о нет! Я знаю имя их предводителя!

– Говори!

– Рутьеры обращались к нему Эврар…

Эврар! Нормандец-бастард, правая рука Рено де Даммартена! Он все-таки выследил, где бывший сенешаль свил себе гнездышко и разорил его со своей бандой. Притом не только разорил, но еще и похитил самое дорогое, что было у Эсташа, – жену и ребенка.

Гнусная ищейка! Тварь! Мерзкий бастард!

Эсташ бросил горбуну несколько золотых монет и молвил:

– Поди прочь! Но если я узнаю, что это ты привел сюда Эврара с рутьерами, то достану тебя даже из-под земли, и тогда пребывание в аду покажется тебе раем. Долой с моих глаз!

Горбун метнулся в сторону с потрясающей для хромца прытью и исчез среди развалин. Он уже не чаял остаться в живых, хотя не чувствовал за собой никакой вины. Тем не менее горбун понимал господина и не осуждал. Горе Эсташа было безмерным.

Оказавшись в своей норе, обустроенной вполне прилично (ему достались кое-какие вещи из разграбленной и сожженной виллы), горбун зажег свечу и долгое время с благоговением смотрел на монеты, тешась их маслянистым золотым блеском. А затем спрятал их в засаленный мешочек, висевший у него на шее, под одеждой, и принялся жевать какой-то корешок. Горбун был неприхотлив во всем, в том числе и в еде. Увы, все съестное рутьеры забрали…

Эсташ был в отчаянии. И хуже всего было, что посоветоваться было не с кем. Жоффруа остался в Дувре вместе с Готье, а больше довериться некому. Где искать Эврара и его рутьеров? Эсташ не думал, что он отвез Абаль и дочь в замок Рено де Даммартена. Это было бы чересчур.

Граф – похититель детей! Таким позором Рено просто не мог запятнать свое имя. А что, если Абаль и малютку растерзали рутьеры?

Нет, нет, только не это! Они убили бы их во время нападения на виллу. Горбун утверждал, что наемники отнеслись к госпоже достаточно вежливо. Они усадили ее и дочь вместе с кормилицей в экипаж и уехали в сопровождении десяти конников во главе с Эвраром. Остальные занялись грабежом и в конечном итоге подожгли виллу и хозяйственные постройки.

Значит, у Эврара был приказ не причинять жене Черного Монаха вреда… Почему? И кто приказал?

Ну, почему Абаль побоялись обижать, понятно. Эврар точно знает, что знаменитый пират Черный Монах, Бич Проливов, не даст спуску похитителям и будет мстить им до гробовой доски, тем более что Эсташ обладает большими возможностями, деньгами и имеет под рукой людей, готовых пойти за него в