Ши Юй-Кунь - ТРОЕ ХРАБРЫХ, ПЯТЕРО СПРАВЕДЛИВЫХ

Итак, девушка окликнула Ни Цзи-цзу и сказала:

— Второпях забыла об одном деле! Если спасете отца, передайте ему вещицу, с которой я никогда не расставалась.

С этими словами девушка вложила в руку Ни Цзи-цзу небольшой предмет.

Возвращаясь из сада, Цзян-чжэнь вдруг свернула к подземелью: она решила освободить запертую там Ма Цяном девушку.

— Можешь ты где-нибудь спрятаться? — отперев дверь, спросила Цзян-чжэнь.

— Могу. Здесь поблизости живет моя тетка.

— А дорогу знаешь?

— Знаю!

Когда подошли к воротам, Цзинь-нян поблагодарила свою спасительницу и скрылась в темноте. Цзян-чжэнь предалась размышлениям. «Если узнают, что я натворила, мне несдобровать. Да и Ма Цян, этот злодей, может сделать со мной все, что пожелает. Так уж лучше умереть, чем постоянно терпеть страх». Девушка вернулась в подземелье, развязала пояс, сделала петлю и накинула на шею…

Надобно вам сказать, что красота Цзинь-нян, когда ее привели на «Подворье для достойных», всех поразила, особенно Фан Дяо по прозвищу Соперник Фан Шо.

И вот, только стемнело, Фан Дяо незаметно выскользнул из дома и пробрался в подземелье. Там он увидел повесившуюся, которая еще была жива, взвалил ее на плечо и побежал в сад. Миновав ворота, он прошел без остановки больше четырех ли и у оврага натолкнулся на грабителя. Грабитель напал было на Фан Дяо, но тот изловчился и сбил грабителя с ног. Грабитель растерялся, потом вскочил и бросился бежать.

Вдруг дорогу ему преградил богатырского вида удалец.

— Ты что здесь делаешь?

— Господин, — упав на колени, запричитал грабитель, — спасите! Там разбойник, он отобрал у меня узел с вещами!

Храбрец с Севера — а это был он — обнажил меч и бросился в указанном направлении. Фан Дяо, который, избавившись от грабителя, спокойно продолжал путь, неожиданно был остановлен грозным окриком:

— Эй ты! Живо клади узел!

Фан Дяо опустил девушку на землю и с дубинкой в руке ринулся в бой. Храбрец поднял меч, и одного взмаха было достаточно, чтобы дубинка разлетелась пополам.

Грабитель принялся благодарить Храбреца, а тот в свою очередь сказал:

— Ну-ка веди меня к своему узлу!

Обрадованный грабитель бросился к дереву, но «узел» вдруг зашевелился. Тут даже прославленный Храбрец вздрогнул от испуга.

— Кто здесь?

— Я, бедная девушка, — послышалось в ответ. — Меня унес злодей.

Храбрец с Севера схватил грабителя за руку.

— Так вот оно что! И как только ты осмелился лгать мне?

— Пощадите, господин, нужда заставила! — взмолился грабитель. — Дома у меня мать-старуха!

Храбрец с Севера вновь обратился к девушке:

— Какая же с тобой беда стряслась?

Цзян-чжэнь все рассказала без утайки и попросила:

— Помогите, господин! Мне даже укрыться негде.

— У тебя действительно есть мать? — спросил Храбрец грабителя.

— Я бы не посмел солгать вам.

— Ты где живешь?

— В двух ли отсюда.

— Отнесешь девушку к себе домой, — приказал Храбрец, — а дальше я скажу, что делать.

Грабитель осторожно поднял девушку и двинулся вперед. А теперь вернемся к Ни Цзи-цзу и его слуге.

Они пробежали около двух ли, и, когда остановились перевести дух, Ни Цзи-цзу сказал:

— Знаешь что за вещицу мне передала девушка? Лотос из белой яшмы. Не пойму я только, как он к ней попал. Уж очень он похож на тот, что хранится у меня.

— Спрячьте его хорошенько, — посоветовал слуга, — после все выясним. Девушка спасла нам жизнь, и ее просьбу непременно надо выполнить.

Они долго брели и скоро сбились с пути. Вдруг позади послышались крики и конское ржание, замелькали факелы.

— Беда, за нами погоня! — переполошился Ни Чжун. — Бегите, господин, а я буду биться насмерть!

И слуга побежал в сторону факелов. Не успел он пробежать и половину пути, как увидел, что факелы движутся в северо-восточном направлении, где находилась большая дорога.

Ни Чжун передохнул и отправился разыскивать своего господина. На его зов откликнулся чей-то старческий голос, и вскоре Ни Чжун разглядел в темноте человека.

— Я помогу вам искать вашего друга, — предложил незнакомец.

Но поиски оказались тщетны.

Сколько они ни кричали, никто не откликнулся. Тогда Ни Чжун спросил незнакомца:

— Позвольте узнать, почтенный, что привело вас в эти края?

— Племянницу моей жены увели какие-то люди, вот я и ходил разузнать, где она.

— А мы с моим попутчиком спасались от опасности и потеряли друг друга. Простите, я не спросил, как ваша почтенная фамилия.

— Моя фамилия Ван, имя — Фын-шань. А вас как прикажете величать?

— Зовите меня просто Ли. Неплохо бы нам сейчас где-нибудь отдохнуть.

— Видите, в той стороне мерцает огонек? — оглядевшись, сказал старик. — На него и пойдем.

Они поднялись вверх по склону, увидели небольшой дом и постучались.

— Нельзя ли у вас на ночь укрыться? За нами гонятся грабители.

— Я сейчас, — ответила женщина.

Вскоре ворота отворились, и путники вошли в дом. В нем было три комнаты: две светлые и одна темная, Не найдется ли у вас чашечка кипятку? — спросил Ни Чжун.

— Кипятку нет, а вот вино найдется, — ответила женщина.

— Тем лучше! — обрадовался Ван Фын-шань.

Женщина подогрела вино и подала гостям. Те выпили залпом, и вдруг Ван Фын-шань воскликнул:

— Ой, плохо дело! У меня перед глазами все вертится!

— И у меня все кругом идет, — пробормотал Ни Чжун.

Через несколько минут оба с пеной на губах в беспамятстве повалились на кровать.

— Ну как, хорошо я вам услужила? — злорадно усмехнулась женщина.

Но в это время кто-то крикнул снаружи:

— Отпирай, живо!

— Наконец-то! — ответила женщина. — Где тебя носило, бессовестный? Давно пора дома быть!

Ворота открылись, женщина посветила фонарем, увидела, что с мужем пришел еще кто-то, и прикусила язык. Храбрец с Севера, эт0 и был он, запер ворота и велел женщине вести их в дом. Чжу Цзян-чжэнь сразу уложили в постель. Увидев валявшихся на полу в беспамятстве двух гостей, Храбрец грозно спросил:

— Ты можешь их привести в чувство?

Грабитель и его жена упали перед Храбрецом на колени:

— Сжальтесь, господин, пощадите! Сейчас мы напоим их холодной водой, и они очнутся.

Храбрец налил в чашку воды, отдал грабителю и скомандовал:

— Ну, делай, что нужно! Живо!

Злодей влил в рот холодной воды вначале Ни Чжуну, потом старику.

Те сразу пришли в себя. Храбрец с Севера посмотрел на них и воскликнул:

— Так ведь это Ни Чжун!

— Он самый, — поддакнул слуга.