Вольф Серно - Странствия хирурга: Миссия пилигрима

— Спасибо, кирургик, мои мужчины меня нечасто хвалят.

Джованни-старший запротестовал:

— Ну что ты, жена, если бы мы нахваливали твою кухню, как она того заслуживает, у нас не осталось бы времени на еду. Верно, парни?

Все засмеялись, и после настойчивого требования мужа Карла тоже села за стол.

— Ах, знаете, кирургик, иногда мне так хотелось бы иметь не только сыновей, но и пару дочек, чтоб было кому помочь у плиты.

Витус отложил в сторону ложку, которой как раз пробовал куриный паштет.

— То, что у тебя одни сыновья, показалось мне необычным. Или это вина ч… — Он осекся. В конечном счете его совсем не касалось, почему у хозяйки нет дочерей, и упоминать чуму, владевшую всеми его мыслями, во время еды было неуместно.

Карла подвинула блюдо с паштетом поближе к гостю.

— Нет, нет, кирургик, чума не украла у меня ни одного из моих детей. Просто Господь всемогущий послал мне одних сыновей. — Она перекрестилась. — Вы ведь врач. Вам, наверное, будет интересно, что три года назад, когда чума нагрянула в Венецию, у нас на Сан-Эразмо не было ни одного покойника. Может, потому что мы живем уединенно.

Витус задумался.

— Извини, я не хотел направлять беседу в серьезное русло, — сказал он извиняющимся тоном. — Но ты наверняка ошибаешься, утверждая, что на острове не умер ни один человек. Такого просто не может быть.

— И тем не менее, это так, кирургик. Никто не молился так истово Деве Марии, как мы с моими соседками. Мы собирались каждый день в деревянной часовне и молились о защите и благословении для нашего острова. Мы, женщины, уверены: только поэтому черная смерть пощадила наш прекрасный остров.

— Да брось ты! — Джованни подавил отрыжку. — На других островах женщины точно так же молились — и на Виньоле, и на Бурано, и на Мурано. По мне, так это только потому, что у нас тут практически нет крыс. Любой ребенок знает: там, где крысы, там чума. Если бы удалось уничтожить всех крыс во всем мире, и чуму бы сразу укокошили.

— Что ты говоришь! — Витус с огромным интересом слушал хозяина. — А ты знаешь, что такое есть в крысах, что с их появлением сразу приходит чума?

— Нет, этого я не знаю. К сожалению. Насколько мне известно, они довольно чистоплотные твари. Хотя и живут часто в мусоре, и в грязи, и в гнилых стоках, но все время чистят себя. Может, их дыхание распространяет чуму?

— Не исключено. — Витус откинулся назад. Он съел гораздо больше, чем собирался. — Думаю, нам пора поблагодарить хозяев за превосходный ужин. Давно не ел так много вкусных овощных блюд. — Он поднялся. — Желаю всем вам доброй ночи. Да пошлет вам Всевышний приятных сновидений.

— И вам того же.

Друзья вышли на улицу, в звездную ночь. Поодаль был виден склад, залитый серебристым лунным светом, и примыкающий к нему домик сторожа — их новое жилище. Они не спеша подошли к сараю и проверили замок. Он выглядел солидно и несокрушимо.

— Знаете, что мне пришло в голову? — прищурившись, спросил Магистр. — По-моему, на этом острове вообще нет воров. Монтелла просто хотел оказать нам любезность и предоставил дешевое жилье. Какой тактичный человек!

— Ты высказал мои мысли, — подхватил Витус. — Монтелла как никто другой знает, сколь мало у меня осталось наличных денег, после того как я по долговому обязательству частично оплатил наш вояж. Он стал нашим истинным другом. Если ему удастся выгодно продать туфли, я буду рад и за него, и за сиди Моктара.

Магистр засопел:

— Я уже мысленно вижу всю Северную Италию, разгуливающую в желтых тапках! Но будем справедливы, они действительно очень удобны. Единственное, что мне не нравится в этих шлепанцах, это их козлиный запах.

— Так выстави их за дверь! — рассмеялся Витус. — Пошли в дом. Я, честно говоря, устал: день тянулся безумно долго.

И это была истинная правда. Они получили столько впечатлений и познакомились со столькими людьми!

Поближе рассмотрев две маленькие скудно обставленные комнатки, друзья не придали этому особого значения. Каждый соорудил себе ложе из соломы, и вскоре все мирно заснули.

На следующее утро, явившись к Карле ни свет ни заря, друзья все же не застали Джованни с сыновьями. Доверху нагрузив паром ящиками с овощами, те еще до восхода солнца отправились в Венецию: Безмятежная привыкла, чтобы ее окружали заботой, как королеву.

Доброе материнское сердце Карлы опять позаботилось об обильном столе, и опять друзья съели больше, чем нужно. После небольшой прогулки для улучшения пищеварения Витус вновь взялся за перо и чернила.

Сан-Эразмо, 29-й день августа A.D. 1579

Вчера, в пятницу, мы прибыли на Сан-Эразмо. Это остров в Венецианской лагуне, таящий для посетителей множество сюрпризов. Хотя по величине он сравним с островом Сан-Марко, его население насчитывает всего сто человек. Местные жители зарабатывают на жизнь, выращивая овощи и фрукты. Джованни, паромщик и крестьянин в одном лице, регулярно возит их на рынок Риальто. Благодаря гостеприимству его и его жены, мы сыты. Вчера вечером Джованни высказал мнение, что повсюду, где есть крысы, появляемся чума. И якобы черная смерть пощадила Сан-Эразмо потому, что на острове нет крыс.

Интересное утверждение, на мой взгляд. Тем более что схожие наблюдения старых врачей я встретил и в книге «De morbis».

Впрочем, от этого знания мало толку до тех пор, пока остается неясным, что же такого скрыто в крысах, что они приносят людям страшную заразу? Хотелось бы подробнее это исследовать. Как только опять окажемся на Большой земле, куплю крысу и препарирую ее…

Вечером вернулся Джованни с сыновьями. Одновременно с ними прибыли еще два парома с крестьянами, также торговавшими овощами. Поездка, как всегда, была утомительной. Прежде чем вытолкнуть лодки на берег, они, повязав рты и носы платками, вытащили на землю большие котлы.

— Что это вы привезли? — полюбопытствовал Витус, подошедший с товарищами, чтобы поздороваться, и тут же сморщил нос. Зловоние, исходившее от котлов, было красноречивей любого ответа: там были фекалии.

Джованни засмеялся под своим платком.

— Тут мы, так сказать, имеем дело с обратной стороной Безмятежной, и она не такая красивая. Но очень полезная. Этим мы удобряем свои поля. Трижды в неделю мы проходим по Большому каналу и по более мелким, заменяем баки в отхожих местах и с тяжелым грузом возвращаемся назад. Благодаря дерьму, с позволения сказать, наши овощи прекрасно растут. Когда они созревают, мы везем их на рынок, где их покупают, съедают, переваривают и снова… сами понимаете, что с ними потом случается. Такой вот круговорот веками происходит в нашей лагуне.