Игорь Тихоненко - Рюрик

— Ничего, сынок, скоро ты вырастешь, станешь сильным, и будешь защищать свою маму. Никому не дашь меня в обиду.

Мальчик внимательно её слушал, и вдруг спросил:

— Мама, а кто хочет тебя обидеть? Давай скажем папе. Он возьмёт и поколотит этого обидчика.

— Нет, сынок, — возразила Ангельда, вытирая ладонью со лба пот, — про этого обидчика, мы нашему папе говорить не будем.

— Ну, тогда, давай я его поколочу, — предложил малыш, и согнул свою правую руку в локте, напрягая свой детский крошечный бицепс размером с небольшой кулачок. — Вот, смотри какие у меня мышцы. Я уже тоже сильный, как папа.

Княгиня добродушно засмеялась и нежно поцеловала Братислава в лоб.

— Защитник ты мой, — ласково произнесла Ангельда. — Не волнуйся, сынок, я и сама справлюсь с этим обидчиком. А ты, пока, иди спать. Тебе надо набираться сил. Нам скоро в дорогу отправляться придётся. Я сейчас уйду по своим делам, и пришлю сюда Раднера. Так ты слушайся его, если он будет тебе что-то говорить. Хорошо?

— Мама, а ты скоро вернёшься? — спросил Братислав.

— Скоро, — пообещала княгиня.

Ангельда завернула мальчика в простынь и отнесла в постель. Затем прикрыла его одеялом и сказала:

— Закрывай глазки и спи. Помнишь, как мы с тобой играли? Глазки спят, ручки спят, ножки тоже спать хотят.

Братислав послушно закрыл глаза и тут же по-детски быстро уснул.

Княгиня подошла к своим вещам, порылась среди одежды и достала маленький пузырёк с тёмно-зелёной жидкостью.

— Ну, вот и угощение для короля Эрика, — со злорадством подумала Ангельда. — Хорошее варево получилось. Я сюда столько дурмана бухнула, что король точно потеряет свою голову. Ну, что же сейчас посмотрим, какая власть сильнее, королевская или колдовская?

Ангельда взглянула в окно. Над крышами домов виднелась макушка заходящего солнца, которое из последних сил пыталось удержаться на небе, цепляясь за него своими лучами. Княгиня спрятала пузырёк с зельем в рукаве своего платья и направилась в покои короля Эрика, где должен был состояться их совместный ужин.

На первом этаже Ангельда увидела своего телохранителя. Он разговаривал с норманнским воином. Заметив Ангельду, Раднер тут же попрощался со своим собеседником и поспешил к княгине.

— Госпожа, мне сопровождать Вас? — спросил Раднер.

— Нет, не надо, — ответила Ангельда. — Иди в мою комнату, там спит Братислав. Будешь возле него, на всякий случай. Никому не разрешай приближаться к нему. Никому. И никуда его из комнаты не выпускай. Никуда и ни с кем, даже, если будут говорить, что это я послала за ним. Я сама приду к вам, когда смогу. Но, если я не вернусь до завтрашнего утра, то выведи моего сына из этого города, и доставь его к князю Вадиму, чего бы это тебе не стоило. Всё понял?

— Всё, госпожа, — уверенно ответил Раднер. — Сделаю всё по вашему слову. Но, лучше, возвращайтесь живой и здоровой. Я не хочу, чтобы с Вами что-нибудь плохое приключилось.

— Вот чудак, я и сама этого не хочу, — произнесла Ангельда. — Думаю, что всё будет в порядке. Мне и не такие дела удавалось делать.

Княгиня повернулась и направилась в дальнее крыло дома, где располагались покои короля.

45. Деловое соглашение

Ангельду провели в помещение, где должен был состояться ужин с королём Эриком. Посреди просторной комнаты стоял большой стол, сервированный на две персоны. На ужин подали жаркое из оленя, вяленую медвежатину, запечённую рыбу, пироги с разнообразной начинкой, стоялый мёд и красное греческое вино. Возле стола находились два человека, которые должны были прислуживать во время ужина.

На княгине по случаю необычной встречи с королём, и в соответствии с задуманным планом, было надето роскошное платье из заморской парчи, которое плотно облегало соблазнительную фигуру Ангельды и отчётливо подчёркивало всё её женские достоинства. Комната освещалась масляными лампами, и это создавало уютный полумрак, располагающий к спокойному и интимному разговору. Лишь только княгиня села на предусмотрительно отодвинутый для неё слугой стул, в помещение сразу же вошёл король. Эрик улыбнулся, занял своё место и сказал:

— Не знаю, как вы, дорогая Ангельда, а я ужасно проголодался. Если вы не против, то я предпочитаю сначала поесть, а уж потом, обсудить наши с вами дела.

— Здесь Вы хозяин, Ваше Величество, — скромно произнесла Ангельда и потянулась вперёд, чтобы взять кубок для вина. При этом княгиня немного наклонилась, и её пышная грудь явно обозначилась в довольно откровенном декольте платья. Ангельда заметила, что король на мгновение задержал свой взгляд на ней, но тут же принялся за вяленую медвежатину. Княгиня недовольно поморщилась такому невниманию к её женским прелестям. Слуга наполнил мёдом кубок короля, Эрик поднял его вверх и торжественно произнёс:

— За наше с вами взаимопонимание.

После этих слов король выпил содержимое чаши до дна. Ангельда только пригубила красного вина и попробовала жаркое из оленины. Ужин проходил в полном молчании. Княгиня взглянула на Эрика и подумала: «Так дело не пойдёт. Пора мне брать инициативу в свои руки. А то, кроме того, что я здесь вкусно поем, никакого другого толка не будет. В конце концов, не ужинать же я сюда пришла. Да и применить зелье я смогу только сейчас во время еды».

— Если Ваше Величество позволит, — попросила Ангельда, поправляя свои шелковистые русые волосы рукой, — я бы хотела сама прислуживать Вам за ужином.

Эрик перестал есть и с неподдельным удивлением посмотрел на княгиню. Он явно не ожидал такой просьбы от Ангельды, всегда слывшей гордой и надменной.

— Не удивляйтесь Ваше Величество, — как будто отгадав мысли короля, проговорила княгиня, — просто то, что я хочу Вам сказать, лучше говорить наедине. Скоро Вы сами согласитесь со мной, что нам надо остаться вдвоём.

Король взглянул в ту сторону, где стояли слуги, и приказал:

— Покиньте комнату, коль княгиня просит об этом. Вот видите, дорогая Ангельда, я уже и выполняю Ваши пожелания. Надеюсь на взаимность и с вашей стороны.

Слуги вышли из помещения. Король продолжил ужин.

— Я тоже хочу произнести тост, Ваше Величество, — нарушила молчание Ангельда. — За взаимное доверие и искренность в наших взаимоотношениях.

— Хороший тост, — одобрил король, — я с удовольствием выпью с вами за это. Вот только кубок мой пуст.

— Позвольте, я налью Вам красного греческого вина, — предложила княгиня. — И пусть, наши с Вами взаимоотношения будут такими же крепкими, как это вино.

— Ну, тогда лучше я выпью мёда, — проговорил король. — Мёд крепче, чем вино. И потом я не люблю эти греческие напитки, от них у меня изжога. Не понимаю, как эти греки их только пьют?