Орел пустыни - Хайт Джек

– Ты готов? – спросил Джон, входя в комнату.

Юсуф быстро отвернулся от зеркала.

– Да. Давай не будем заставлять нас ждать.

Юсуф повел его через дворец в гарем. Их уже ждали, и таваши проводил друзей до комнаты Азимат. Он постучал, и через мгновение одна из служанок появилась на пороге. Юсуф и Джон вслед за таваши вошли в покои.

– Моя госпожа, – объявил евнух. – Ваши гости.

Он вышел и аккуратно закрыл за собой дверь. Служанка вернулась в угол комнаты, к прялке.

Азимат сидела, скрестив ноги и положив столик для письма на колени. Ее перо застыло над бумагой. Она подняла голову и улыбнулась.

– Юсуф! И кого же ты ко мне привел?

– Моего друга Джона, – с легким поклоном ответил Юсуф. – Вы за нами посылали.

– О да, цивилизованный франк, которого, как ты утверждаешь, ни одна женщина не может очаровать, – насмешливо сказала Азимат, и Джон покраснел. – Заходите и садитесь, – продолжала она. – Я рада, что вы пришли. Я хотела с вами встретиться до вашего отъезда.

Юсуф нахмурился, когда они с Джоном усаживались напротив Азимат.

– До нашего отъезда? Я не собираюсь покидать Алеппо.

– Тем не менее скоро вам предстоит уехать.

– И куда же?

– В земли франков. Нур ад-Дин расскажет вам завтра на совете.

– Вы информированы лучше меня, хатун.

– Конечно, ведь я жена Нур ад-Дина. Вы встречаетесь с ним только на совете или на охоте. А все остальное время он мой, – сказала Азимат и подмигнула Юсуфу.

– Быть может, тогда вы расскажете мне, что я буду делать среди франков.

– Я уже и так рассказала слишком много. Остальное вы узнаете завтра. – Азимат перевела взгляд на Джона. – Верно ли то, что ты никогда не был с женщиной?

Джон вздрогнул:

– Верно.

– Это связано с твоей религией?

– Нет, хатун.

– Значит, ты не любишь женщин?

– Нет – то есть да, – Джон смутился. – Мне нравятся женщины.

– Понятно, – задумчиво сказала Азимат, слегка склонив голову. – И если бы ты имел женщину и узнал, что она изменила тебе с другим мужчиной, как бы ты поступил?

Джон отвел взгляд.

– Я не знаю.

– Ты бы ее убил?

– Нет, моя госпожа, – тихо ответил Джон.

– А что бы ты сделал? Представь, что ты обнаружил женщину, которую любишь, в объятиях другого мужчины. Как бы ты поступил?

Джон нахмурился и стиснул зубы.

– Я… я не знаю.

– Вижу, мои вопросы тебя смущают, – сказала Азимат. – Ты можешь идти.

– Благодарю вас, хатун.

Азимат посмотрела вслед уходящему Джону, а потом ее взгляд снова обратился на Юсуфа.

– Усама ошибся. Складывается впечатление, что твой друг в глубине души остается франком. Он не обладает нашим представлением о чести.

– Возможно, Джон прав.

Азимат выгнула бровь.

– Что ты хочешь сказать?

– Вы слышали, что случилось с женой Хальдуна, Надирой?

– Которую забили камнями?

– Это моих рук дело, – с горечью признался Юсуф. – И в нем не было чести.

– Тебе не следует винить себя, Юсуф. Таков наш закон.

Щека Юсуфа дернулась, когда он представил себе изуродованное лицо Надиры.

– Вы когда-нибудь видели, как женщину забивают камнями?

– Да, – тихо ответила Азимат. Некоторое время они молчали, а потом лицо Азимат просветлело. – Давай поговорим о других вещах. Я позвала тебя, чтобы сообщить благую весть: Аллах благословил меня. У меня будет ребенок.

Юсуф с удивлением обнаружил, что разочарован, что он ревнует к Нур ад-Дину. Опустив глаза, он заставил себя успокоиться.

– Благодарение Аллаху, – тихо пробормотал он, с трудом улыбнувшись.

Казалось, Азимат не заметила, что он не обрадовался.

– Нур ад-Дин доволен. Теперь он постоянно рядом со мной. За мной ухаживают три лекаря, в том числе еврей, который говорит, что знает тебя. Его зовут Ибн Джумэй.

– Я помню его с тех пор, как был ребенком, и готов доверить ему свою жизнь.

– Он говорит, что мне не следует пить вина, пока я беременна, – обиженно сказала Азимат, но потом улыбнулась: – А как ты? Ты уже нашел невесту? – Юсуф покачал головой. – Тебе пора жениться, Юсуф. Быть может, мне поискать для тебя подходящую девушку?

Юсуф отвел глаза.

– Вы были бы очень добры ко мне, хатун, – заставил он себя ответить.

– Ну, тогда договорились, – весело сказала Азимат. – Я поговорю с Нур ад-Дином. К тому времени, когда ты вернешься в Алеппо, я найду для тебя жену.

– Ассалам аллейкам, – сказал стоявший на коленях в своей комнате Юсуф и оглянулся через правое плечо. – Ассалам аллейкам, – повторил он и посмотрел налево.

Закончив утреннюю молитву, он скатал молитвенный коврик, подошел к окну и увидел, что солнце уже поднялось над горизонтом – наступило назначенное время. Он вышел из комнаты и направился в Зал советов, который находился наверху самой высокой башни дворца. Нур ад-Дин сказал, что это единственное место, где их никто не сможет подслушать.

Два мамлюка стояли у входа на узкую спиральную лестницу, ведущую в Зал советов. Они проверили, нет ли у Юсуфа оружия, и пропустили его наверх. Он поспешно поднялся по лестнице, на ходу выглядывая в узкие окна. Склон горы, на которой стояла цитадель, резко уходил вниз, и городские здания казались крохотными. Он подошел к толстой деревянной двери, перед которой стоял еще один мамлюк. Стражник кивнул и пропустил Юсуфа внутрь.

Зал советов был круглым, примерно двадцать футов в диаметре, с окнами вдоль стен. Тут же лежали подушки, но полдюжины собравшихся эмиров стояли. Юсуф узнал Усаму, который беседовал с толстолицым евнухом, Гумуштагином. Хальдун с мрачным лицом стоял в стороне, под глазами у него залегли темные круги. Юсуф подошел к нему.

– Салям, Хальдун. Я не видел тебя уже много дней. С тобой все хорошо?

– Да, пожалуй.

– Я сожалею о Надире.

Лицо Хальдуна исказилось от боли.

– Сожалеешь? О чем?

Противоположная дверь распахнулась, и в зал в сопровождении Ширкуха вошел Нур ад-Дин. Все разговоры смолкли.

– Добро пожаловать, друзья мои, – сказал Нур ад-Дин, пересекая комнату и усаживаясь у стены. – Пожалуйста, садитесь.

Эмиры расселись по кругу в соответствии со старшинством. Усама и Ширкух заняли места справа и слева от Нур ад-Дина. Юсуф оказался напротив короля.

– Я собрал вас сегодня, потому что получил важное известие от двора франков, – сказал Нур ад-Дин и посмотрел на Усаму.

– Когда я возвращался из Иерусалима, – начал Усама, – мне удалось узнать, что король франков Балдуин тайно собирает войска в долине Кадиша. Я проезжал через Триполи и видел множество рыцарей-франков, приплывших из-за моря. Кроме того, до меня дошли слухи о предстоящем рейде против бедуинов, живущих на границе с королевством франков.

– Рейды? – спросил Гумуштагин. – Но это нарушение договора с Балдуином.

Нур ад-Дин кивнул.

– Наконец приближается война. Я отправил послание эмирам и шейхам, чтобы они собирали войска. Мы должны быть готовы нанести удар! – Собравшиеся эмиры согласно закивали.

– И откуда мы начнем наступление? – спросил Юсуф.

– Начнем с Акры, – ответил Нур ад-Дин. – Мы захватим главный порт франков, разрежем их земли надвое, отсечем Иерусалим от Триполи и Антиохии на севере. Как только Акра окажется в наших руках, мы сможем повернуть на юг и взять Иерусалим. Их королевство падет.

– Да будет на то воля Аллаха, – пробормотало несколько эмиров.

Остальные хлопнули ладонями о пол, чтобы показать свое одобрение. Юсуф откашлялся.

– Прошу меня простить, малик, но не останется ли Алеппо без защиты, если мы нанесем удар по Акре?

Эмиры стали бросать на Юсуфа гневные взгляды, но Нур ад-Дин кивнул:

– Ты прав, Юсуф. – Он повернулся к Ширкуху: – Расскажи о нашем плане.

– Мы разделим нашу армию на две части, – начал объяснять Ширкух. – Я буду руководить войсками в Алеппо, Нур ад-Дин поведет основные силы в сторону от Дамаска. Мои воины пересекут долину Кадиша в направлении Триполи, чтобы отвлечь франков и помешать им напасть на Алеппо. Когда франки выступят против нас, Нур ад-Дин двинется к Акре и захватит по пути замок Банияс.