Орел пустыни - Хайт Джек

Одна из служанок вышла из комнаты и вернулась с белой шелковой чадрой, и Азимат тут же ее надела. Она распахнула дверь, за которой ждал таваши.

– Я хочу выйти в сад, – сказала ему Азимат.

– Конечно, хатун, – ответил евнух.

Он громко хлопнул в ладоши, и через мгновение в коридоре появилась дюжина евнухов-стражников. Они окружили Юсуфа и Азимат, все вместе вышли из дворца и через открытое пространство внутри цитадели направились в сторону садов. Азимат молча шла впереди Юсуфа. Она даже не повернула головы, чтобы посмотреть на тренировавшихся на площадке мамлюков. Наконец они вошли в сады, и Азимат выбрала тропинку, идущую через апельсиновую рощу, где росли розы различных сортов, всех оттенков красного, белого, желтого, розового и оранжевого. Евнухи-охранники остались стоять у входа.

Азимат остановилась у куста с ароматными розовыми цветами, сорвала розу и понюхала ее.

– Дамасская роза. Их впервые вырастили в Дамаске. Эти цветы всегда напоминают мне о детстве.

– Я тоже в детстве часто проводил время в Дамаске, – ответил Юсуф. – Моя семья жила в Баальбеке, но у нас был дом в городе, рядом с главной мечетью.

– Я хорошо знаю это место, – сказала Азимат. – Мне редко позволяли покидать дворец. Так что я изучала город из окон своей комнаты. Она выходила на мечеть. Я часто наблюдала за людьми на рыночной площади и думала о том, каково это – быть такой, как они.

– Неужели вас не устраивает ваше место в жизни? Ведь вы замужем за величайшим правителем Востока, возможно, даже всего мира.

Азимат вздохнула и уронила розу.

– Нет, я не сожалею о своем месте, – сказала она и снова зашагала по тропинке. – Однако я помню, как однажды побывала во фруктовых садах Дамаска, где собирала плоды манго. Должно быть, мне тогда было пять или шесть лет. Меня принесли в сад в паланкине, и я увидела двух детей моего возраста, игравших возле дороги. Они показались мне такими счастливыми.

– Я тоже бывал в тех садах, – сказал Юсуф. – Они красивые – настоящий рай. Но люди там не так уж счастливы. У них трудная жизнь.

Азимат кивнула:

– Я скучаю по Дамаску. И увидеть его снова, после стольких лет, было трудно. Я уехала оттуда, когда вышла замуж. Давно, еще до осады христиан.

– Сколько вам было лет?

– Четырнадцать, я едва стала женщиной. Нур ад-Дин более чем в два раза старше меня. Он вызывал у меня ужас. Я просила отца не отсылать меня, но это был важный союз. Он не мог ждать. – Она улыбнулась. – Я боялась напрасно. Нур ад-Дин добрый человек.

– Тем не менее он говорит, что вы несчастливы.

– Я не смогла подарить ему сына, – объяснила Азимат. – Ты слышал Нур ад-Дина вчера вечером. Это мой единственный долг, как жены, но я не сумела его исполнить.

– Вы все еще молоды.

Азимат покачала головой:

– Прошло восемь лет – на что мне надеяться? Я приносила дары в мечеть, просила Аллаха, но он глух к моим молитвам. Боюсь, они так и останутся без ответа. – Они молча шагали по усыпанной гравием тропинке, пока не дошли до самого конца.

– А как живешь ты? – спросила Азимат. – У тебя есть жена?

– Пока нет.

– Тебе нужно жениться. – Азимат развернулась и пошла по тропинке обратно. – Мужчине необходимы сыновья, чтобы было кому передать наследство.

– Пока мне еще нечего передавать.

– Но ты эмир Телль Башира и доверенный советник Нур ад-Дина.

Юсуф покачал головой:

– Я ничего не добился. Мои отец и дядя начинали, не имея ни земли, ни имени. Ширкух стал атабеком армий Нур ад-Дина, а мой отец – правителем Дамаска.

– Нур ад-Дин прав: тебя ждут великие дела. Я вижу, что ты во многом на него похож.

Юсуф посмотрел ей в глаза.

– В самом деле?

– В тебе есть такая же уверенность и жажда величия. И у тебя обязательно будет шанс на успех в ближайшие годы. Нам предстоит война с франками. Если ты уцелеешь, то достигнешь высот власти.

Юсуф улыбнулся:

– Я не собираюсь умирать.

– Думаю, да, – улыбнулась в ответ Азимат. Они подошли к тому месту, где их поджидали евнухи, Азимат остановилась и повернулась к Юсуфу: – Я должна принести извинения за грубость. Я получила удовольствие от беседы с тобой, Юсуф. Надеюсь, это не последний наш разговор?

– Если на то будет воля Нур ад-Дина, моя госпожа.

– Ну, тогда до встречи. – Азимат махнула рукой стражникам, евнухи окружили ее, и она направилась к дворцу.

Юсуф поднял брошенную розу и начал рассеянно обрывать лепестки, глядя вслед уходящей Азимат. Она прошла половину пути до дворца, когда неожиданно остановилась и обернулась через плечо. Юсуф улыбнулся, поднес розу к лицу и вдохнул ее аромат.

– Азимат, – прошептал он.

Юсуф все еще улыбался, когда вернулся в свои покои, где его ждала Фарида. Она стояла у окна и смотрела на окрестности цитадели. На ней был тонкий халат, очерчивающий контуры спины и ягодиц.

– Я видела, как вы гуляли вдвоем, – сказала она, не поворачиваясь к Юсуфу.

Юсуф подошел к ней сзади, положил руки на талию и поцеловал в шею.

– Неужели ты ревнуешь меня к Азимат?

– Конечно нет. – Фарида отстранилась от него и села на кровать. – Я обязана тебе жизнью и ни о чем более не прошу. Я знала, что у тебя будут другие женщины. – Она заглянула Юсуфу в глаза. – Но Азимат жена твоего повелителя.

Юсуф сел рядом с ней.

– Я не глупец, – сказал он.

Фарида коснулась его плеча.

– А я не слепа. Я видела Азимат. Она красива и молода.

Юсуф засунул руку под халат Фариды и нежно провел рукой по ее груди.

– Тебя нельзя назвать старой.

– Но я не могу рожать детей, а ты скоро захочешь иметь сына.

Юсуф коснулся щеки Фариды и повернул ее лицо к себе. В ее глазах стояли слезы. Он стер их и поцеловал ее.

– Тебе всегда найдется место в моем доме, Фарида.

– А в сердце? – прошептала Фарида. Юсуф кивнул. – Тогда я больше ни о чем не прошу. – Она поцеловала его, обняла и потянула к себе. Он развязал халат и начал целовать ее грудь.

В дверь громко постучали, и Юсуф отстранился. Фарида села и запахнула халат.

– Что такое? – резко спросил Юсуф.

Дверь распахнулась, и вошел Джон.

– Извини, Юсуф. Я должен с тобой поговорить. – Он посмотрел на Фариду. – Наедине.

– У меня нет секретов от Фариды, – ответил Юсуф и встал. – Что произошло?

– Твой брат, Туран. Он виновен в нарушении супружеской верности с женой Хальдуна, Надирой.

– Муж Зимат, – прошептал Юсуф и, сжав зубы, подошел к окну. Снова Туран. Этот глупец уничтожит их семью. Интересно, любит ли он Надиру или просто мстит Хальдуну за то, что тот получил Баальбек. Впрочем, это не имело значения. Юсуф повернулся к Джону: – Откуда ты знаешь?

Юсуф отвел глаза в сторону.

– Я не могу тебе сказать.

– Не можешь сказать? Я твой господин! – рявкнул Юсуф. – Ты скажешь.

– Я свободный человек, – тихо ответил Джон. – И я тебе не скажу.

Юсуф прищурился:

– Значит, Зимат? – Джон не ответил, и Юсуф подошел к нему вплотную. – Я скажу лишь однажды: Зимат – моя сестра. Если ты бросишь тень на ее честь, я сам тебя убью.

– Я понимаю.

Юсуф кивнул и принялся расхаживать по комнате.

– Пошли за Тураном, – сказал он Джону. – Я узнаю правду от него.

– Его нет в цитадели. Я утром видел, как он ее покинул.

Юсуф застыл на месте.

– Ты думаешь, он направился к… – Джон кивнул. – Седлай мою лошадь. Я еду в дом Хальдуна.

– Буду ждать в конюшне, – сказал Джон и вышел.

Фарида подошла к Юсуфу и обняла его сзади.

– Что ты собираешься сделать? – спросила она.

Юсуф взял ремень с мечом и затянул его у себя на поясе.

– Я не знаю.

– Откройте! – крикнул Юсуф и принялся стучать в ворота виллы Хальдуна. Джон стоял у него за спиной, держа на поводу лошадей. – Я Юсуф ибн Айюб, пришел повидать Хальдуна. Откройте ворота!

Ворота со скрипом приоткрылись на пару футов – внутри стояли два стражника-евнуха.