Герой Рима - Дуглас Джексон

кивнул. Его познания о кораблях ограничивались транспортом, доставившим его в Британию, но он достаточно разбирался в капризах ветра, чтобы мириться с задержкой без жалоб. — Так что нам теперь делать? — Он указал большим пальцем на людей, бездельничавших среди тюков вдоль пристани у Тамезис. — Если мы не будем их отвлекать, они начнут проказничать.

— Я доложу префекту лагеря, и вам увеличат паек. Три дня – это немного, и я постараюсь, чтобы вы выполняли легкие обязанности.

— Будь осторожен. Креспо может быть все еще где-то поблизости, — предупредил дупликарий.

— Если Креспо где-то рядом, то это он должен чаще оглядываться.

Через два часа они встретились на пристани, и Валерий собрал вокруг себя легионеров. — Вы освобождены от обязанностей до конца дня. —Новость вызвала небольшое оживление. — Но на меня возложили ответственность за ваше поведение, и завтра до рассвета вы должны построиться для смотра. — Радостные возгласы стихли, когда они поняли, что ночи разврата в тавернах и борделях Лондиниума не будет

Когда мужчины разошлись, Лунарис с хмурым видом подошел к Валерию. — Я послал «мулов» расспросить о Креспо. Знай своего врага, верно? — Валерий кивнул. — Говорят, дней восемь-девять тому назад он уехал, чтобы выполнить грязную работу для прокуратора и увел с собой половину гарнизона.

Валерий присвистнул. — Видимо, это очень грязная работа.

— Это верно, но он, должно быть, закончил ее, потому что большинство из них уже вернулись, вот почему мы не патрулируем стены.

— Кто-нибудь сказал, что это было?

Лунарис колебался. — Только то, что они были где-то в стране иценов.

Валерий замер. Он подумал о Мейв и Киране в маленьком городке Вента.

Если Креспо причинил ей вред…

***

В хижине воняло рыбой.

Мейв, как могла, перевязала разбитое лицо Кирана, но едва могла смотреть на разорванную плоть и расколотую кость, созданные мечом Креспо. Теперь она сидела, прислонившись спиной к соломенной стене, баюкая его голову, пока его тело неудержимо тряслось. У нее было мало медицинских знаний, но достаточно, чтобы понимать, что если он не получит помощь в ближайшее время, то умрет.

Маленькая Банна прижалась к противоположной стене. Ее глаза были закрыты, но Мейв сомневалась, что она спит. Рядом с ней темноволосая женщина тихо что-то говорила, а Росмерта рыдала у нее на груди. Мейв вздрогнула, когда подумала об ужасах, которые они пережили. В конце концов римлянам надоели эти две девушки, но их было так много… Она знала, что они уже никогда не будут прежними.

Она была уверена, что ее убьют, а вместе с ней всех мужчин, женщин и детей Венты. Римским командиром был высокий рябой офицер, похитивший ее, – человек, которого Валерий звал Креспо, – и она знала, что милосердия ждать не стоит. Она смахнула слезу. То, что она перенесла, было ничто по сравнению со страданиями иценов. Когда Креспо в конце концов покинул площадь с большей частью своих людей, она бросилась из своего убежища в сторону Кирана. Безжизненные голубые глаза Энид смотрели непонимающе, но Киран все еще дышал, и каким-то образом ей удалось поднять его на ноги. Римские стражники отводили глаза, пока она поддерживала его, и Мейв почувствовала, что некоторые из солдат с прокуратором стыдятся того, в чем им было приказано принять участие. Это дало ей надежду, что она выживет, но не погасило огонь ее гнева. Позже она вернулась на площадь с небольшой группой женщин, отвязала Боудикку и забрала девочек. Они покинули Венту и отправились на восток, темноволосая женщина повела их тайными тропами в это изолированное поселение среди бесконечных тростниковых зарослей и болот побережья.

Теперь королева сидела одна, с покрывалом на покрытой шрамами спине и груди, и смотрела на юг через открытый дверной проем, ее глаза наполнились пугающей яростью.

Шли часы, жара становилась невыносимой, а непрекращающееся жужжание насекомых наполняло соленый воздух. Темные скопления мух осели на окровавленных бинтах Кирана, и Мейв была занята их смахиванием. В какой-то момент она, должно быть, заснула. Когда она проснулась, королева не сдвинулась с места. Время от времени она слышала свой шепот про себя, искаженную литанию ярости. Мейв смогла разобрать только одно слово. — Андраста.

Ближе к вечеру их насторожили голоса снаружи. Мейв потянулась за кинжалом Кирана, который был их единственной защитой, но вошел владыка иценов, Волисий, в сопровождении сутулой фигуры в темной одежде, молодого человека с бледной, почти прозрачной кожей, прилипшей к костям. его лицо и глаза, которые узнавали тебя в одно мгновение. Он не носил оружия, но носил пояс, усеянный петлями для коротких емкостей из рога крупного рогатого скота, каждый около трех дюймов в длину, с берестой. Он одним взглядом окинул обитателей хижины и сразу же подошел к месту, где сидели Мейв с Кираном.

— Говорят, у меня есть кое-какие целительские способности, — сказал он. — Возможно, вы позволите мне взглянуть на его раны. — Он ловко размотал повязку и без эмоций изучил ицена. — Я думаю, он потеряет глаз, но одного глаза будет достаточно. — Он услышал вздох Мейв и, не оборачиваясь, сказал — Внешность мужчины – всего лишь внешнее украшение. То, что внутри, делает его тем, кто он есть. Наша первая задача – отогнать духов, которые проникнут в него и подожгут рану. — Он полез в одну из емкостей на поясе. — Вскипятите воду и положите в нее это, и когда она достаточно остынет, дайте ему выпить ее до последней капли. — Он вышел из хижины и вернулся через час с матерчатым мешком. — Это припарка, которую ты должна положить на рану. Напиток облегчит его страдания, припарка положит начало процессу выздоровления. Смотри, положи ее вот так. — Он поднес мешок, который был влажным и источал необычный землистый запах, прямо к изуродованному лицу Кирана, стараясь не закрывать рот. Когда он был удовлетворен, он развел небольшой костер в центре комнаты. Затем он откупорил еще один из рогов на своем поясе, вынул горсть чего-то похожего на пыль и бросил ее в пламя, где она зашипела, заискрилась и потрескивала. Мгновенно комната наполнилась удушливым зловонным дымом, от которого у Мейв закружилась голова. Худощавый мужчина склонил голову над огнем и начал распевать ритмичное, звучное заклинание, и Мейв почувствовала, как хижина закружилась вокруг нее. В какой-то момент она была уверена, что ее взяли за руку и увлекли в небо, чтобы посмотреть вниз на землю Британии и всех, кто