Пантеон и царский культ в Коммагене. Эпоха Митридата I Каллиника и Антиоха I Теоса. Историко-археологическое исследование - Сергей Владимирович Обухов

упомянутом труде, вышедшем в 1939 г.[63] В ней излагаются иранские религиозные доктрины, составляющие одну из основ царской идеологии и царского культа Антиоха I. Кроме того, в ней содержатся отрывочные, но весьма ценные данные о культах Коммагенского царства. В III столбце надписи имеются указания на существование в Коммагене представлений о «беспредельном времени» – религиозной категории, характерной для зерванистских (или предзерванистских?) верований. Там же говорится о локальном культе богини Аргандены[64].

Надписи из другого культового центра Коммагены – Арсамеи на реке Нимфей изданы Ф.К. Дёрнером[65]. Они имеют сходство с нимруд-дагским законом и отчасти с надписью из Арсамеи-на-Евфрате. Надпись из Софраз-Кея – одного из центров царского культа Коммагены – была опубликована Й. Вагнером[66]. Она содержит информацию о культах царских божеств Аполлона-Гелиоса и Артемиды Диктинны, почитание которых характерно для начального периода правления Антиоха I. Это заставляет признать, что примерно до середины 60‑х гг. I в. до н. э. в официальной идеологии этого коммагенского царя наблюдался приоритет эллинских или скорее малоазийско-эллинских богов над греко-иранскими, которые в нимруд-дагских надписях выступают в качестве царских. Впрочем, после смерти Антиоха I и его сына Митридата II (36–20 гг. до н. э.) в царской идеологии властителей античной Коммагены фиксируется определенный возврат к старым культам, в том числе и к культу Аполлона-Гелиоса. Это связано с процессами провинциализации и «квазиэллинизации» в рамках Римской империи.

Большинство надписей Коммагены служат основой для реконструкции царского и династического культа Антиоха I Коммагенского. Особенно ценны в этом отношении надписи Нимруд-Дага – посвящения предкам с Западной и Восточной террас этого святилища (OGIS. I. 388–402) и «Закон Антиоха», освещающий культ властителя во всех подробностях. Остальные надписи – из обеих Арсамей, Самосаты, Адийамана и других центров – являются более или менее подробными копиями указанного манифеста. В постановлениях по-разному расставлены акценты: если в большой нимруд-дагской надписи упор сделан на культ Антиоха I, то, например, в надписи из Арсамеи-на-Нимфее говорится преимущественно о почитании предков царя. Уникальной можно назвать надпись из Арсамеи-на-Нимфее, где сообщается о зачатках царского и династического культа при отце Антиоха I – Митридате I Каллинике, основателе первого в Коммагене царского мавзолея.

Наряду с эпиграфическими памятниками, большое значение для изучения культов коммагенского пантеона имеет археологический материал. Первыми к изучению древностей эллинистической Коммагены обратились уже упомянутые турецкие исследователи О. Хамди Бей и О. Эффенди. В 1882 г. они провели раскопки на горе Нимруд-Даг, описав их результаты в обобщающем труде, опубликованном в 1883 г. Правда, характер публикации ими нимруд-дагских древностей носит во многом предварительный и общий характер ввиду недостаточной тщательности, проявленной при обследовании этого памятника. Часть найденных барельефов и статуй божеств была атрибутирована ими неверно, неправильно датирован и сам памятник – временем Антиоха IV (38–72 гг. н. э.)[67]. Впрочем, это можно объяснить и низким уровнем развития техники археологических раскопок в ту эпоху.

Германские ученые К. Хуманн и О. Пухштейн в 1883 г. скрупулезно и с большой тщательностью описали нимруд-дагское святилище, расчистив часть его террас и дав его подробное описание. Они описали и другие царские святилища Коммагены, в том числе в Арсамее-на-Евфрате. В их фундаментальном труде, наряду с эпиграфическим материалом, большое место отведено археологии; подробно рассматриваются статуи богов, барельефы, на которых изображен царь, пожимающий руку царским божествам. Больше половины их труда посвящено памятникам Нимруд-Дага, хотя в нем говорится и о других изваяниях и барельефах, обнаруженных на месте бывших центров царского культа. Труд К. Хуманна и О. Пухштейна до сих пор остается ценным эпиграфическим и археологическим пособием для изучения различных сторон религиозной и культурной жизни Коммагенского царства[68].

Новый этап археологических исследований в Коммагене начался после Второй мировой войны. В 1950–1970‑е гг. американо-германская экспедиция под руководством Т. Гелль и Ф.К. Дёрнера провела полномасштабные раскопки многих коммагенских памятников. Особенно тщательно изучались центры царского и династического культов. Т. Гелль вела работы в Нимруд-Даге и практически раскопала это царское святилище, а Ф.К. Дёрнер активно занимался исследованиями крупнейшего центра царского и династического культов в Арсамее-на-Нимфее, фактически открыв этот памятник. В 1961 г. Ф.К. Дёрнер при обследовании окрестностей современного турецкого города Адийамана обнаружил скальную гробницу одной из представительниц коммагенского царского дома, датирующуюся, вероятно, временем Антиоха III (17 г. до н. э. – 17 г. н. э.). При входе в гробницу была изображена сцена рукопожатия царя и царицы (или его дочери). В центре композиции 12‑лучевая звезда, а под ней полумесяц. Изображение подобной символики позволило по-новому поставить вопрос об астральном апофеозе в царском и династическом культах властителей античной Коммагены. Возможно, это свидетельствует и о наличии у ее царей династической символики. Результаты этих исследований публиковались в ряде научных и научно-популярных изданий[69].

В начале 1970‑х гг. в местечке Софраз-Кей на северо-востоке Коммагены обнаружили и исследовали новый теменос – «священный участок» святилища, построенного Антиохом I. В манифесте об установлении царского и династического культов, установленном в этом месте, читаются имена двух богов, в честь которых коммагенский царь возвел это святилище – Аполлон-Гелиос и Артемида Диктинна[70], о которых исследователи применительно к Коммагене до тех пор не имели сведений.

Часть археологических материалов опубликована в историко-археологическом сборнике Antike Welt за 1975 г., который полностью посвящен Коммагене от эпохи хеттов до начала III в. н. э. Особенно следует отметить уже упомянутую статью Й. Вагнера о новых находках скульптуры, барельефов и надписей за 1960–1970‑е гг.[71], статью Э. Дёрнер о новых раскопках в Нимруд-Даге[72], любопытную статью В. Хаазе о сущности царского культа в Коммагенском царстве[73], статью Ф.К. Дёрнера о династическом культе Антиоха I Коммагенского[74], работу В. Хёпфнера о коммагенской архитектуре[75] и статью того же Й. Вагнера о римском присутствии на Верхнем Евфрате после 72 г. н. э.[76] В настоящее время в археологическом отношении Коммагена обследована достаточно хорошо, что дает возможность исследователям, в том числе и местным турецким, составлять компендиумы общего характера о памятниках Коммагены. Работы турецких археологов Г. Ачара[77], М. Чобана[78] и Н. Башгелена[79] в научно-популярной форме суммируют результаты археологических работ. К этой же категории работ можно отнести и книгу Ф.К. Дёрнера об археологических и эпиграфических древностях Коммагены[80]. Из старых работ, основанных на материалах археологии, следует назвать разделы о Коммагене в трудах Ф. Сарре[81], Д. Шлюмберже[82], Р.М. Гиршмана[83], Э. Акургаля[84], где характеризуются по преимуществу древности Нимруд-Дага.

Археологические работы продолжались на территории исторической Коммагены и в последующее время. В 1980–1990‑е гг. частично раскапывалась Самосата – столица Коммагенского царства[85]. В ходе ее исследования