Флетчер и Славное первое июня - Джон Дрейк

Когда Слайм наконец закрыл свой блокнот и убрал его, он сделал это с огромным удовольствием. Он был доволен не тем, что рассказала ему Кейт Бут, а тем, о чем она умолчала. Относительно мистера Джейкоба Флетчера он узнал много полезного — например, то, что если мистера Флетчера когда-нибудь и возьмут, то для этого понадобится как минимум шесть человек. Он также узнал, что девушка не знает, где Флетчер. Все, что она знала, — это то, что он сказал, будто едет в Лондон делать состояние. Все хорошо и прекрасно. Лондон был родной территорией Слайма.

Но ничто из этого не наполнило грудь Слайма восторгом. Сделало это нечто, скрытое за словами девушки. Было что-то, что она утаила. Он пару раз чуть не поймал ее на этом, но она уклонялась. Это было что-то, что сделал Флетчер, и чего она не хотела раскрывать. В таком случае, подумал Слайм, что бы это ни было, это было нечто серьезное. Слайм готов был поставить на кон свою репутацию, что где-то там для Флетчера пахнет виселицей.

Собственно, сопоставив это с тем, что он выбил из Солсбери, Слайм задумался, не имел ли грозный мистер Ф. какого-то отношения к исчезновению боцмана Диксона с вербовочного тендера Его Величества «Булфрог»? Может, он выбросил этого ублюдка за борт? Интересная мысль, которую Слайм намеревался развить. Но ближайшей задачей было вытащить мисс Бут из заведения миссис Симпсон и благополучно доставить в Лондон, где ее можно будет допросить как следует.

— Мэм, — сказал Слайм, — вы стали ценным активом в моем расследовании, и если мы хотим найти мистера Флетчера, мне понадобится ваше активное содействие. Могу ли я поэтому просить вас сопровождать меня в Лондон? Мои наниматели, Нок и Мэнтон, покроют все расходы, и, несомненно, вас ждет существенное вознаграждение. — Он сделал паузу и с величайшей осторожностью подобрал следующие слова. — Вы будете хорошо обеспечены, поверьте мне. Вы будете своей собственной, свободной, независимой женщиной.

Слайм был хитер. Он попал точно в цель. Кейт все еще с подозрением относилась к нему и все еще не была уверена в своих чувствах к Джейкобу Флетчеру, в то время как здесь, у миссис Симпсон, ей хорошо платили, хорошо кормили и защищали. Но она знала, как недолговечно ее будущее в этом доме с его высокими стандартами, и боялась неумолимого падения от позолоченной куртизанки до оборванной уличной потаскухи и мерзкой смерти в сточной канаве от какой-нибудь отвратительной болезни.

Риск, связанный с поездкой со Слаймом, был значительным. Но он давал надежду, которой не давала ее нынешняя жизнь. И все же многие девушки цеплялись бы за временную безопасность дома миссис Симпсон. Но Кейт была куда более крепким созданием, чем можно было бы предположить по ее эльфийской внешности.

20

— «Фиандра»! — заорал я. — Эй, на «Фиандре»!

Я рискнул встать в шлюпке и замахать веслом над головой. Океан был огромен и пуст. «Декларейшн» давно исчез, и меня внезапно охватил страх, что «Фиандра» может пройти мимо. Если бы она это сделала, меня и моего полубессознательного спутника ждала бы мучительная смерть от жажды.

Но мне не стоило беспокоиться. «Фиандра» изменила курс и, колыхаясь, пошла ко мне под своими изорванными парусами, с рангоутом, шатающимся, как расшатанные зубы старика, и водой, хлещущей из ее шпигатов, где помпы выбрасывали ее за борт в попытке удержаться на плаву. Она больше походила на потерпевший крушение корабль, чем на военный, и чем ближе она подходила, тем очевиднее становилось, что ее сильно потрепали канониры «Декларейшн».

Я оглядел ее и с изумлением покачал головой. Трудно было поверить, что «Фиандра» все еще рвется в бой, в то время как «Декларейшн» уходит домой. Вскоре я услышал стук и грохот плотницкой команды, занятой устранением боевых повреждений, и даже стоны раненых. Я искал на ее борту знакомое лицо…

— Мистер Сеймур! — крикнул я во всю глотку. — Это Флетчер! Джейкоб Флетчер! Разрешите подняться на борт, сэр?

Сеймур был первым лейтенантом при капитане Боллингтоне, но из «Газетт» я знал, что Боллингтону дали другой корабль после его великой победы у Пассаж д'Арон. Так что я предположил, что Сеймур теперь может быть капитаном. Я оказался прав, и я увидел, как он откинул голову и заревел на своих людей. Он помахал мне тоже, что я счел добрым знаком.

Вскоре громада «Фиандры» нависла надо мной, и она легла в дрейф, положив грот-марсель на мачту, чтобы я мог подойти к ней с подветренной стороны. Они сбросили конец, и я поднялся по борту как мог, по бизань-руслениям. Кто-то спрыгнул в шлюпку, чтобы помочь Брауну, потому что он сам взобраться не мог. (Будет этому паразиту наука, как тыкать в меня ножами!)

Как только я перевалился через борт на шканцы, я ужаснулся повреждениям, которые получила «Фиандра». Она держалась на плаву на одном мужестве, если хотите знать мое мнение. Лязг помп разносился от носа до кормы, ее фальшборт был смят в лепешку по всему борту, обращенному к врагу, орудия были разбросаны, как игрушки, грот-мачта треснула и была закреплена массивным бандажом из толстого каната, и, казалось, готова была рухнуть за борт при первом же порыве ветра, а ее палубы выглядели как поле фермера после плуга. Ни один человек на борту не бездельничал, и кипела яростная деятельность по починке и ремонту.

— Флетчер? — спросил капитан Сеймур. — Флетчер, наследник Койнвудов? Какого черта вы здесь делаете?

Его глаза были дикими, он был измотан. Он был деятельным, суетливым человечком, и даже в лучшие времена выглядел странно со своими неряшливыми манерами и большой головой на коротком теле. Но сейчас он походил на тролля из задымленной пещеры. Его мундир был в лохмотьях, он потерял шляпу, и один рукав пусто болтался от плеча, где разошлись швы, которыми он обычно был пришит. Он оставил руку у Пассаж д'Арон, и теперь ему приходилось резать еду левой рукой, как Нельсону.

— Сэр! — раздался крик, и какой-то лейтенант теребил Сеймура за его единственную руку. Новый лейтенант. Новый для меня, то есть, назначенный после того, как я покинул корабль в прошлом июле. — Еще людей на помпы, сэр! — сказал этот парень, салютуя. — Вода прибывает, сэр. В трюме по грудь. Можете выделить мне еще десять человек?

— Нет! — сказал Сеймур. — Мы сейчас потеряем обе мачты, если