Мальчишка, что посмел мечтать - Кирилл Владимирович Волков

освободили. С нами на корабле доберутся до Порт-о-Пренса. Так, что возвращаемся?

— Да. Не вижу смысла задерживаться.

Вскоре Мери с Эдвардом высадили бывших рабов в Порт-о-Пренс и отправились обратно в порт. Будто бы спасая людей, эти молодые капитаны отпустили их в мир, что не привык жалеть никого, без греша за душой. Хорошо ли? Плохо ли? Покажет только время.

— До встречи, парни! И спасибо тебе, Мери, за такую отвлекающую «прогулку».

— Иди уже.

Эдвард встал на фальшборт «Адама» и спрыгнул на помост бухты Порт-о-Пренс. Вскоре капитан уже возвышался на верхней палубе «Пандоры». Через некоторое время «Адам» и «Пандора» уже зашли в бухту форта Тича.

— Пол! — выкрикнул Эдвард, стоя на мостике.

Сразу же из трюма выбежал Пол и чуть суетливо подбежал Эдварду.

— Что?

— Вот держи рецепт. — Эдвард подает Полу лист выцветавшей бумаги, аккуратно держа ее за углы. — Поаккуратней с ней. Порвешь — сброшу за борт. — Пол с трудом глотнул комок в горле. — Да шучу я! — с облегчением выдохнул боцман и отправился в трюм.

— Рецепт смеси какой-то?

— Очень горючей смеси.

Эдвард же отправился в свою каюту, открыл свои двери, снял с себя плащ и рубашку. Он достал письма и кинул их себе на стол и сам уселся в кресло. Капитан открыл первое письмо и попытался прочитать. После нескольких минут мучений Эдвард оставил это дело, отбросив письма подальше на стол, и облокотился на спинку своего кресла.

— Мне нужен переводчик. Все-таки мои познания испанского языка далеки от идеала.

В комнату к Эдварду неожиданно для первого заходит Пол.

— Что пришел? — спросил его с порога молодой капитан, массируя себе шею.

— Те компоненты, что нам нужны для «греческого огня» можно купить только в большом городе.

— Значит нам нужно в Гавану.

Глава 23: «Элвин Хортон и его дар»

11 августа 1714 года.

С трудом поднял веки капитан и уставил свой взгляд на потолок. Сухое горло, растрепанные волосы, раскиданная одежда являлись атрибутами любого утра молодого капитана. Через минуту тишины двери в каюту Эдвард раскрывает Чарльз.

— Эдвард, подъем! Сколько можно? Два раза уже заходил к тебе, а ты все дрыхнешь.

— И? — протирая глаза пальцами, встает с кровати неряшливое существо и начинает одеваться. — В отличие от тебя, Чарльз, я сплю столько от усталости, а не от «радости».

— Это было один раз в моей жизни. Давай одевайся. Я буду ждать тебя на мостике.

— Сейчас. — Эдвард застегивает рубашку и, мотая головой, ищет свой плащ.

Вскоре он накидывает плащ и выходит на верхнюю палубу. Глубоко вздыхает, поднимается на мостик и берет штурвал.

— Все паруса! Пункт назначения — Гавана!

Морской ветер наполнил паруса «Пандоры» и она вновь и вновь отправилась в неизвестное.

— Чарльз, кто-нибудь знает, где нам достать эти ингредиенты?

— Да, Пол сказал, что знает одного человека, что способен в легкую достать любую вещь, если ему конечно заплатить.

— Ну, это уже стало само собой разумеющееся в этом море. Позови Пола. Он наверняка спит в трюме.

— Как обычно. Этот день от другого ничем не отличается.

— Кто знает. — проговорил Эдвард с улыбкой на лице. — Кто знает.

Чарльз, быстро перебирая ногами по ступенькам, спустился на палубу и не торопясь расслабленной походкой, пошел к люку, что вел в трюм. Вскоре он уже выходил из трюма, а за ним шел только что проснувшийся Пол. Неопрятный вид растрепанные волосы, смыкающие глаза давали понять, что великан «Пандоры» еще не до конца проснулся. Чарльз быстро взобрался по лестнице и занял свое место, а Пол медленно переставлял ноги то на одну ступень, то на другую.

— Тоби, принеси две кружки холодной питьевой воды. — к матросу, что обслуживал фальконет на мостике, обратился капитан.

— Будет сделано, капитан. Я мигом.

Тоби спрыгнул с мостика на палубу и резво побежал к люку в трюм. В это время еще не проснувшийся Пол встал слева от штурвала положил руки на релинг и сонным голосом спросил.

— Зачем звали, капитан?

— Да хотел кое-что важное узнать. Да подумал и спрошу немного позже. А пока, как спалось?

— Отлично. Не кровать, а перина.

— Какое отлично?! Ночью был ужасный шторм. Гремело на все море. Содрогался от страха, наверное, сам Кракен! — влез в разговор Чарльз.

— Не знаю. Не помню этого. — сказал Эдвард.

— Что вы смотрите? Я тоже ничего не слышал. — ответил Пол сонным голосом.

В этот момент Тоби подает Эдварду кружки с холодной водой.

— Сейчас, Пол. Станет намного лучше.

Пол повернулся лицом к Эдварду, а он в свою очередь плеснул боцману холодной водой в лицо.

— Ха-а-а! Как хорошо. Свежо. — в голосе Пола начали появляться нотки недовольства.

— Вот выпей. Тут еще пол кружки. — Эдвард протягивает Полу кружку.

— Спасибо. Встал хотя бы.

— Я тоже опробую это водичку. — капитан делает несколько глотков из чашки и медленно вздыхает. — Как хорошо.

— А я, о чем? — сказал Пол.

— Это все замечательно конечно, но может уже стоит разузнать у Пола про этого загадочного человека?

— Точно, чуть не забыл. Спасибо, Чарльз, что напомнил. У кого мы можем купить ингредиенты, предназначенные для «греческого огня»? И дай пожалуйста список. Пусть у меня побудет.

— Вот держи. — сложенный два раза листок бумаги был передан капитану. — Элвин Хортон. Человек, у которого есть все, если заплатить.

— Кто он?

— Начну, пожалуй, издалека. Я под конец своего второго десятка поступил на службу британской империи в военный флот. Уплыл я в этот же день в Вест-Индию. Вместе со мной на корабле был и Элвин. Мы оба были совсем еще зеленые. Подружились и на два года стали закадычными друзьями. Но после взрыва на одном из торговых судов Британии меня и Элвина выбросило за борт. Это было ночью. И как только мы оказались в воде — отключились. И проснулись уже на песчаном берегу одного острова. Мы смогли кое-как выжить и пробыть там два месяца. Ладно, для меня эти два месяца прошли без следа, наверно, но для Элвина… Он чуть сошел с ума. Начал разговаривать с попугаями, собирать их перья и втыкать себе в одежду. Понемногу начал их приручать. В конце нашего пребывания на этом острова у него было уже два десятка разных попугаев. И после того как нас подобрал торговый караван эти пташки полетели за нами. Он обосновался на окраинах Гаваны после этого случая и превратил свой дом в огромный голубятник, только для попугаев. А я после этого случая пошел в наемники. Вот так все и было.

— А насколько сильно он «съехал с катушек»,