Игорь Тихоненко - Сын Дьявола Часть II Воскрешение

   - Что Вы говорите?- ужаснулся Цинтерий.- Вы даже не понимаете, о чём Вы говорите. Это же вмешательство во внутренние дела Египта. А у меня договор с царицей: она не воюет против Рима, а я не вмешиваюсь во внутренние дела её страны. Да я ещё не успел уладить проблемы в Иудее, а тут ещё и в Египте заваруха начнётся. Я не могу такое допустить.

   - Значит, Вы будете спокойно наблюдать, как этот Месхет убивает вашего офицера? А ещё говорили, что он Вам, как сын,- упрекнула наместника Сирень.- Да, Вы знаете, что этот Месхет просто маньяк и убийца. Да, он просто садист. Знаете, как он меня всю избил, поцарапал и поранил, когда я пыталась спасти малютку Вольдаса. У меня вся спина в шрамах. Вот, смотрите.

    Девушка повернулась к Цинтерию спиной и сбросила с себя платье. Марк весь просто обомлел. Перед ним стояла обнажённая красавица. Её точеная фигурка отличалась особым изяществом: тонкая осиная талия, округлые привлекательные бёдра, прямой разрез между ягодицами особенно будоражил воображение старого солдата. Марк увидел на плечах и ягодицах девушки множественные шрамы. Откуда было знать Цинтерию, что это следы когтей крысиного царя Карголика, с которым Сирень занималась интимом, и царь, перевозбудившись, поцарапал девушку. На Цинтерия эти шрамы возымели удручающее действие, и он решительно произнёс:

   - Ладно, я готов защитить царицу, если она не будет возражать, чтобы я использовал моих легионеров. Надо пойти во дворец и обо всём с ней договориться. Только бы не было бунта в Египте.

   - Помогите мне, пожалуйста, одеться,- скромно произнесла девушка.- Только не надо на меня смотреть, а то я стесняюсь.

    Лицо у Сирени сразу покраснело, и она застенчиво опустила глаза. Марк подал ей платье и отвернулся.

   - Ну, что же,- сказала девушка, закончив одеваться,- я готова. Можно идти к царице. Будем восстанавливать справедливость.

43. Хитрость против коварства.

   Мордериус зашёл в комнату к Люцифусу и удивился:

   - И здесь нет Вольдаса. Похоже, парень совсем закрутился в своих делах. Он уже и по ночам домой не приходит.

   Мучитель осмотрел комнату и заметил тазик с водой, стоящий на табуретке.

   - Наверное, так спешил, что даже воду из тазика вылить не успел,- продолжал размышлять Мордериус.- Надо ему помочь, вылью воду сам.

   В этот момент тень Люцифуса протиснулась под дверью, и Вольдас увидел, что сейчас может случиться беда. Мучитель уже взял тазик в руки и собирался выплеснуть воду в открытое окно. Тень Люцифуса толкнула входную дверь, и она с шумом распахнулась. Мордериус оглянулся, поставил тазик на табурет и решил выйти в коридор, чтобы посмотреть, кто это открыл дверь. Пока Мучитель искал тайного посетителя, тень Вольдаса подползла к тазику и опустилась в воду. И, тут же, рядом с табуреткой возник Люцифус в натуральном виде. Когда Мордериус вернулся, он не поверил своим глазам.идь судя по Вашему настоящему возрасту, Вы должны быть с ней одногодками.вляетесь матерью Люцифуса, если бы не знал об этом точ Прямо перед ним стоял Вольдас.

   - А, как ты это....,- попытался сформулировать вопрос Мучитель.- Как ты сюда попал?

   - Это сейчас долго объяснять,- скороговоркой выпалил Люцифус.- Мне надо быстро переодеться и бежать к прокуратору. Хорошо, что ты воду не вылил. Заодно и умоюсь, а то мне сегодня весь день пришлось на земле пролежать. Выпачкался ужасно. Потом всё тебе расскажу. Мне надо спешить, дело очень срочное.

    Люцифус умылся на скорую руку, переоделся и заторопился к прокуратору. Мордериус с удивлением смотрел на хаотичные действия парня и уже вдогонку ему спросил:

   - А ты хоть обедал сегодня?

    Вольдас торопился, и, поэтому, ответа не последовало. Мучитель взял тазик, вылил воду из него за окно и вслух произнёс:

   - Совсем деловой стал парень, весь в заботах, даже пообедать не успевает.

    Прокуратор Иудеи плохо спал этой ночью. Духота измучила его совсем. Пилат ворочался с боку на бок и мысленно проклинал Иерусалим и то, что он  вынужден по долгу службы находиться в Иудее и терпеть такую жару. Сквозь сон Пилат почувствовал, что кто-то его зовёт.

   - Прокуратор, проснитесь,- послышался голос рядом с кроватью Пилата.

   - Кто здесь?- спросил прокуратор и достал нож из-под подушки.- Назовись, а то по-другому спрошу.

   - Не беспокойтесь прокуратор,- ответил голос из темноты.- Это я, Люцифус.

   - Ты вообще-то поосторожнее,- проговорил Пилат.- А, если бы я сразу нож бросил? Без всяких вопросов. Ты, почему среди ночи пришёл? Хотя, утверждать, будто ты меня разбудил, не стану. В этом проклятом городе с его невыносимой жарой, я ещё ни одной ночи нормально не спал. А ты хорошо ночью спишь, Вольдас? Хотя, что я спрашиваю, раз ты здесь. Заболтался я что-то. Ладно, рассказывай что случилось? Судя по твоему ночному визиту, наверное, что-то необычное.

   - Вот именно, прокуратор,- согласился с ним Люцифус,- необычное.

   - Послушай, Вольдас,- проговорил Пилат,- мы же сейчас одни, давай без церемоний, и называй меня по имени.

   - Хорошо, Понтий,- продолжил Люцифус.- Мне удалось подслушать тайный разговор первосвященника Сафры и предводителя местный разбойников Вардалана касательно из совместных планов на будущее.

   - Вот, это да,- поразился Пилат.- Если бы я не знал тебя столько лет, то подумал бы, что ты волшебник. Как же это тебе удалось? Хотя, какая разница? Всё равно ты, молодчина. Значит, наш святоша встречается с разбойниками. Ну, теперь понятно, кто в Иерусалиме воду мутит. У него с бандитами, даже, общие планы есть. Интересно, и какие же они?

   - Ни больше, ни меньше,- начал излагать Люцифус,- но они готовят нападение на резиденцию прокуратора. Сафра просто жаждет твоей смерти. Ты, даже, представить себе не можешь, как он тебя не любит. И почему он тебя невзлюбил, не пойму.

    После этих слов Вольдас засмеялся.

   - Ну, ещё бы ему меня любить,- с сарказмом сказал Пилат.- Я ему воздух так перекрыл, что он и вздохнуть не может. Ещё немного и он вообще потеряет власть в Иудее. А значит, и деньги перестанут течь к нему рекой, как это было раньше. Только, похоже, в голове у него помутилось. Напасть на резиденцию прокуратора, равносильно для него самоубийству. Он что, совсем разум потерял? Убить прокуратора, это не курицу зарезать. Может, он думает, что я буду смиренно ждать, пока мне перережут горло, как овце во время их жертвоприношения.

   - Так, да не так,- возразил Люцифус.- Недооцениваешь ты первосвященника. Он и не собирается сам лично нападать на резиденцию прокуратора. По его плану это сделают разбойники во главе с Вардаланом. Против Сафры вообще нет никаких улик, обличающих его в заговоре, кроме моих слов. Но одними словами его к стене не припрёшь, как ты сам понимаешь. Иначе, тогда точно гражданская война начнётся в Иудее. Пойдут разговоры, что, мол, римский прокуратор устроил геноцид еврейского народа, бездоказательно казнил первосвященника, не позволяет иудеям своему Богу молиться, уже всё эти оккупанты у народа отобрали и так далее. Нет. Здесь надо действовать методами самого Сафры.