Империя Рюриковичей (V-XVI вв.). Русская экспансия - Сергей Владимирович Максимов

года584. Мстислав вновь оказался человеком, благодаря которому Новгородская республика выжила в этот невероятно тяжелый для нее период. Если бы не его помощь, новгородские уветы гораздо раньше достались бы северным князьям, чем это случилось на самом деле.

Мстислав собрал ограниченные силы Новгорода в единый кулак и убедил свое жалкое войско насмерть стоять за вечевые идеалы. С силами в пятьсот человек он выступил против Ярослава Всеволодовича, своего зятя, который с 10-тысячной армией беззаботно осаждал Ржевку.

Через некоторое время ряды обеих армий пополнились подкреплением. К Мстиславу пришли Владимир Рюрикович смоленский и Константин Всеволодович ростовский. Благодаря этому новгородское войско увеличилось примерно на тысячу человек. Что же касается суздальских Всеволодовичей, то все они (кроме князя Константина) объединили свои полки и обладали многократным перевесом над Мстиславом. Ярослав Всеволодович, похваляясь, заявлял, что на сто его ратников приходится один новгородец585.

Мстислав Удатный трижды обращался к Всеволодовичам с предложением мира и трижды получил отказ. «Отпусти мужей новгородских и новоторжских, – писал Мстислав Ярославу, – верни захваченные волости новгородские, Волок верни. А с нами возьми мир, целуй нам крест, а крови не проливай»586.

Тем не менее Ярослав и Юрий Всеволодовичи, «видя у себя силу великую», свято верили в свою звезду и не слушали робких предупреждений об опасности войны с Мстиславом587. Кто-то из Юрьевых бояр точно высказал общее настроение, царившее во владимиро-суздальском «генштабе». «Князья Юрий и Ярослав, – сказал этот умник, – не было того ни при прадедах, ни при дедах, ни при отце вашем, чтобы кто-нибудь пришел с войной в сильную Суздальскую землю и вышел цел. Хоть бы и вся Русская земля пошла на нас – и Галичская, и Киевская, и Смоленская, и Черниговская, и Новгородская, и Рязанская, – но никто против нашей силы не устоит. А эти полки – право, седлами их закидаем»588.

Не добившись цели мирным путем, армия Мстислава перешла в наступление. Новгородцы просочились на тверскую землю и принялись хозяйничать в Верхнем Поволжье. Ярослав, услыхав, что враг стоит у него за плечами, бросился назад и занял оборону в Твери.

Однако это не помешало Мстиславу Удатному и его союзнику – смоленскому князю Владимиру – продолжить марш по низовским землям. Новгородцы тревожили владения ростово-суздальских князей по Волге, Шоше и Дубне. Смоляне взяли город Кснятин и пожгли княжеские села в остальном Поволжье589.

Партизанская, по сути, война, которую первоначально вел Мстислав Удатный, не могла продолжаться вечно. Мстислав был не из тех, кто все время прятался от врага, да и суздальские князья стремились скорее в бой. Как свидетельствует летопись: «И были полки у них очень сильны: муромцы, бродники, городчане и вся сила Суздальской земли; из сел погнали даже пеших»590. Все шло к решающему сражению.

Всеволодовичи накануне битвы настраивали своих бояр не брать новгородцев живыми, даже если это будут знатные воины. За каждого убитого они обещали заплатить двойную цену: «Да не оставим ни одного в живых. Если кто и убежит из боя не убитый, а мы его захватим, прикажем одних повесить, а других распять. А о князьях, когда будут в наших руках, потом решим»591.

В начале XIII в. ростово-суздальские великороссы, похоже, уже считали себя отдельным народом, стоящим против всей Русской земли, – как об этом заявлял знатный суздальский боярин в приведенной выше цитате и как думали в Залесском крае многие представители его класса.

Из всех ростово-суздальских обывателей только Всеволодовичи помнили, что они наследники древнерусской империи, и на то у них были веские основания.

Могущество, завещанное Всеволодом III, давало его детям реальный шанс захватить все древнерусские земли, начиная с Новгорода. Всеволодовичи отлично почувствовали сложившуюся конъюнктуру: наказав войскам разделаться с новгородцами, они уединились «с братиею» и стали распределять между собой куски предстоящей добычи. Юрий захотел взять себе Владимирскую и Ростовскую землю, Ярослав – Новгород, Смоленск отдали «брату» Святославу, Киев – черниговским князьям, а Галич – «нам же»592. На том целовали крест и написали грамоты, чтобы не отступиться от своего решения.

Мираж воссоединенной империи с центром во Владимире витал в тумане над суздальским лагерем.

Наутро князья пришли к Липицам, где должен был состояться бой. Мстислав в третий раз обратился к ним с предложением мира, но снова получил отказ. В войске Юрия и Ярослава было семнадцать стягов – грозная сила против крошечной новгородской армии. Суздальцы готовились одержать легкую победу.

Наконец затрубили в трубы и ударили в барабаны. Сражение началось. Новгородцы, по примеру предков, вступили в бой босыми и налегке. Они сражались с отвагой, потому что защищали независимость родины, чего нельзя было сказать о противной стороне. С самого начала стало ясно, что Всеволодовичи переоценили свою непобедимость. Битва, которую они распланировали до победного конца, пошла по чужому плану и обернулась крахом для всей низовской армии. Полки Юрия и Святослава, по определению летописца, падали на поле боя «как колосья на ниве». Потерявшие веру в победу, владимиро-суздальские князья «обратились в бегство». Они мчались, загоняя по дороге коней, увлекая за собой меньших братьев и муромских саттелитов.

Так, на вторую неделю после Пасхи в четверг 21 апреля 1216 г. были побеждены сильные суздальские полки593. На том побоище из новгородцев погибло всего четыре (!) человека, потери же суздальцев были несоизмеримы. Как сказано в летописании, «убитых воинов Юрия и Ярослава не может вообразить человеческий ум». По некоторым подсчетам, суздальцы не досчитались в своих рядах 9233 человек594. В плен к новгородцам и смолянам попало 60 знатных суздальских мужей.

Воинский талант Мстислава Удатного и отвага новгородских «вечников» совершили невероятное чудо.

Сходя с ума от невиданного позора, Ярослав решил отомстить новгородским плебеям. Прискакав в Переяславль «на пятом коне, четырех загнав», он затворился в городе и велел хватать новгородцев и смолян, находившихся в его стране по торговым делам. Одних новгородцев заточили в тесные погреба, других запихали в гридницу, где они задохнулись «от скопления множества людей». Часть купцов Ярослав «велел загнать в тесную избу и удушил их там – сто пятьдесят человек»595.

Судьба простонародья – пусть даже и купеческого звания – мало интересовала русских князей. Поэтому Мстислав Мстиславич Удатный оставил без внимания жестокость своего зятя Ярослава, списав ее на горечь поражения. Вместо того чтобы спросить с владимиро-суздальских князей за их кровожадность, он продемонстрировал в действии принцип братской «филадельфии», о котором многие в Залесском крае крепко забыли.

Вместе с Владимиром смоленским и Константином ростовским Мстислав принял капитуляцию Всеволодовичей, даровал им мир и распределил по новым уделам. Юрия он отправил