Бернард Корнуолл - Рота стрелка Шарпа

— Сэр?

Шарп повернул голову. За спиной стоял Дэниел Хэгмен, непривычно чужой в красном мундире.

— Дэниел, ты?

— Вам лучше пойти со мной, сэр.

Шарп поднялся с колен и последовал за старым браконьером к Лёгкой роте. Пушки молчали, приберегая свой гнев для глупцов, что осмелятся высунуться из-за равелина. Но таковых не находилось среди живых, лишь мёртвые продолжали тянуться к брешам. Пылали баррикады, подпитываемые дровами, швыряемыми со стен.

— Сэр? — глаза лейтенанта Прайса были круглыми от виденного кошмара, — Сэр?

— Что?

— Ваша рота, сэр.

— Моя?

Прайс вяло махнул рукой.

Если бы не крохотное тёмное пятнышко во лбу, можно было бы подумать, что капитан Раймер устал от крови и ужаса атаки, плюнул на всё и улёгся на землю, раскинув конечности, вперив немигающий взгляд в звёзды, столь любимые Шарпом. Стрелок вспомнил, как хотел вернуть свою роту, а, значит, отчасти желал смерти этому человеку. На душе у него скребли кошки.

Царственная жница, Её Величество Смерть, собрав нынче славный урожай боли и горя, Шарпа не тронула, да вдобавок облагодетельствовала. Он снова стал капитаном, его рота вернулась к нему. В качестве капитана Лёгкой роты он мог сколько угодно торчать на гласисе, в относительной безопасности, и никто не упрекнул бы его в трусости. Никто, кроме него самого.

Пуля пронеслась в сантиметре от уха, он невольно отшатнулся и увидел Харпера. Тот давно сбросил красную куртку, исподняя рубашка запачкалась. Лицо ирландца было непроницаемо:

— Что будем делать, сэр?

Делать? Его людям не нужно сражаться за капитанство или за роту. В бой их может повести лишь гордость. Шарп окинул взглядом ров, равелин и «новую» брешь, брешь, которую пока не оросила ни единая капля крови.

— Сержант Харпер.

— Да, сэр.

— Нам пора в Бадахос.

ГЛАВА 24

Капитан Роберт Ноулз не считал себя романтиком, но сейчас тишина и покой ночи доставляли ему удовольствие, возможно, потому что он знал, как скоро они взорвутся гвалтом атаки. Позади капитана струил свои воды Роильяс, а впереди пронзала небо громадина замка. Здесь, у его подножия, казалось невозможным покуситься на его величавую мощь с какими-то жалкими лестницами. Капитан оглянулся. Отставшие парни из его роты подтягивались к остальным и тоже застывали, благоговейно глядя на скалу, которую им предстояло штурмовать. Общее мнение выразил кто-то в задних рядах:

— Высоковат скворечник!

На него цыкнули:

— Тихо!

Подошёл офицер, что вёл их полк. Сапёр выглядел потерянным, и это раздражало Ноулза:

— Что с вами?

— Не то место. Нам надо правее.

При всём желании передвинуться правее было некуда. У подножия скалы сгрудилось слишком много войск. Попытка протолкаться на положенное место перепутало бы всё к чёртовой матери. Ноулз потряс головой:

— Мы не можем. А в чём дело-то?

— Вот в этом.

Инженер указал на тёмный угловатый силуэт, выраставший из утёсов высоко над ними. Бастион Сан-Педро. Полковник Ноулза возник из темноты:

— Что тут у вас?

Ноулз кивнул на бастион, но командир отмахнулся:

— Справимся. Ваши ребята готовы, Роберт?

— Так точно, сэр.

Полковник шагнул к Лёгкой роте и громким шёпотом пожелал:

— Развлекитесь как следует, мальчики!

Приглушённый гул прокатился по рядам. Согласно зачитанному им приказу атака Третьей дивизии предполагалась как отвлекающий манёвр, но, отложив в сторону писульку Веллингтона, генерал Пиктон от себя добавил, что фальшивые атаки — удел паркетных шаркунов, а Третья дивизия состоит из настоящих мужчин, для которых взять замок — плёвое дело. Тогда Ноулз был уверен, что генерал прав, теперь же его правота не казалась очевидной. Третьей дивизии предстояло вскарабкаться по тридцатиметровой скале, там прислонить лестницы к стене высотой метров десять и лезть по ним под прицелом орудий Сан-Педро. Как всегда в минуты слабости, Роберт примерил на своё место Шарпа, но в тени нависающей твердыни испытанное средство не очень-то помогало. Торопливые шаги отвлекли капитана от невесёлых мыслей. Адъютант Пиктона звал полковника.

— Здесь!

— Начинайте, сэр. Генерал просил передать вам своё благословение.

— Это слишком много. — буркнул полковник, — Хватило бы ящика кларета из его запасов.

Он хлопнул Ноулза по плечу:

— Вперёд!

Капитан привычно потянулся за саблей, но вовремя сообразил, что ему понадобятся обе руки для подъёма. Цепляясь пальцами за выступы, он находил упор для ног и подтягивал тело вверх. К обязанностям командира роты он относился серьёзно, а потому хотел опередить своих солдат. Шарп сделал бы так. Рота поднималась шумно. Камни, выворачивающиеся из-под подошвы, мушкеты, цокающие о твёрдую поверхность утёса, лестницы, скребущие о скалу. Роберту мерещилась пуля всполошившегося часового, впивающаяся ему в макушку, но замок молчал. Неожиданно он подумал о Терезе, и это придало ему сил. Он должен прорваться через эти стены. Он должен первым успеть к испанке. Ради Шарпа.

— Поднажми!

Кричал один из его сержантов. Ноулз остановился и запрокинул голову. Со стены летел каркас. Ветер развевал его огненную гриву. Снаряд упал в крону дерева, и оно вспыхнуло, словно соломенное. Сверху загремели первые выстрелы.

— Ну же!

Каркасы посыпались градом, будто команда предназначалась им. Некоторые вязанки упали на узкий карниз в основании стены над головами поднимающихся британцев, некоторые скатывались и валились дальше, разбрасывая сгустки пламени.

Проснулась артиллерия Сан-Педро. Картечь ударила по отвесному склону. Ухо Ноулзу резанул вопль. Вместо сожаления об одном из своих парней, он почувствовал, как в нём просыпается азарт боя, которого он так долго ждал.

— Поберегись!

Полковник, на диво проворный для своих лет, обогнал Ноулза и, забравшись на полоску земли у подножия стены, помог капитану:

— Лестницы, Роберт, лестницы.

Пули щёлкали вокруг, не причиняя особого вреда. Французы садили в белый свет, как в копеечку. Пушки были гораздо опаснее. Они били не только с бастиона Сан-Педро, но и с небольшого укрепления, притулившегося к замковой стене справа от Ноулза. Картечь хлестала по кладке, обещая лютую смерть любому, кто осмелится лезть туда по лестнице.

— Есть!

Лестница показалась над краем. Ноулз схватился и потянул её на себя. Подоспели нижние чины. Совместными усилиями они вытащили нехитрую конструкцию на карниз и приставили к стене. Полковник указал на неё:

— Ну что, ребятки, первый, кто окажется наверху, получит лучших шлюх Бадахоса!