Хельге Ингстадт - По следам Лейва Счастливого

Коротко опишу, как выглядел этот процесс в эпоху викингов и в средние века в Норвегии. Сперва выжигали древесный уголь. Болотную руду собирали под дёрном возле болот, затем дробили и прокаливали над костром, чтобы выжечь органические вещества и выпарить влагу. Потом яму в земле (горн), выложенную камнем или обмазанную глиной, заряжали смесью руды и древесного угля; уголь поджигали и мехами вдували воздух. При восстановлении окисла в яме получается шлак и кусок железа (крица). В этом процессе важно, чтобы температура была достаточной для плавления шлака (не менее 1100°С), но недостаточной для плавления железа (не более 1250-1400°С). При слишком высокой температуре получался чугун, а от него было мало толку. Как удавалось точно держать температуру в нужных пределах, еще не выяснено, но очевидно, что для этого требовался большой опыт.

Крицу доставали клещами, клали на наковальню и выбивали молотом шлак. Закалка тоже была делом не простым. Железо нагревали до определенной температуры, затем быстро охлаждали в воде. Лишь после этого из него можно было изготовлять ножи, топоры, оружие.

Словом, добывать железо из болотной руды было сложно, справиться с этим мог только знающий человек, прошедший все ступени обучения хитрой науке. Моряк, попавший в Ланс-о-Мидоуз и случайно нашедший болотную руду, не сумел бы извлечь из нее железо, если бы не был кузнецом – знатоком своего дела.

Итак, в раскопках Ланс-о-Мидоуза мы подобрали куски шлака, теперь необходимо было узнать, есть ли здесь болотная руда, где находилась яма для выжигания угля и горн, в котором выплавлялся металл, и, наконец, где стояла кузница?

Болотную руду Эльдъярн нашел возле самой реки, по соседству с раскопками и большим болотом. Руды было много, стоило копнуть дёрн, как открывался плотный слой комков. Они были разной величины, самые большие – с куриное яйцо ржаво-красного цвета, а на изломе – с красивым синеватым отливом. За рекой, на краю береговой террасы была большая яма, явно вырытая людьми. Мы все гадали, что бы это могло быть; одна Анна Стина с чисто женским упорством твердила, что это кузница.

Участок отвели исландцам, и они взялись за работу с великим пылом и старательностью. Сразу под дёрном их ожидала замечательная находка – чудесный овальный светильник из стеатита – явно изделие дорсетских эскимосов. Очевидно, здесь некогда жили эскимосы. Исландцы продолжали углубляться в культурный слой. И вот однажды по лагерю прошел слух, что на террасе происходит нечто из ряда вон выходящее. Мы поспешили туда. Сидя на корточках, ученые что-то лихорадочно собирали, словно это было золото.

Шлак... Множество комков шлака – маленьких и побольше, с куриное яйцо. Зарываясь все глубже, они собрали несколько сот комков общим весом около пятнадцати килограммов. Нашли также тонкие полоски железа, которые хорошо притягивались магнитом, и болотную руду. На откосе, спадающем к реке, тоже подобрали шлак и руду.

И когда маленькая площадка на краю береговой террасы была раскопана, нашим глазам предстала простая, но увлекательная картина. Размеры площадки 2,75 х 3,75 метра. Земляной пол покрыт черными пятнами угля. Посередине площадки сантиметров на восемь возвышался врытый в почву ровный, плоский камень длиной около двадцати пяти сантиметров. Первоначально он был длиннее, но один конец откололся, и куски торчали по соседству. Рядом находился очаг. Теперь не приходилось сомневаться, что здесь находилась кузница. Плоский камень служил наковальней, очаг – горном. Я рассказываю лишь о самом главном, раскопки дали много интересных подробностей, но о них речь пойдет в научном отчете.

Естественно было предположить, что крицу, выплавленную из болотной руды, несли в кузницу, где из нее выбивали шлак. Но чтобы выплавить железо из руды, требовался древесный уголь. Где его выжигали?

Метрах в семи от кузницы на террасе находилась другая яма, исландцы принялись за нее. Под дёрном оказался слой древесного угля, и дальше тоже попадались слои угля, один из них толщиной до двадцати сантиметров. Глубина ямы до нижнего пласта угля – около семидесяти пяти сантиметров; вверху, где она шире, ее размеры примерно 2 х 2,5 метра. Очевидно, здесь-то и выжигали древесный уголь.

Оставалось только найти печь, где плавилась болотная руда. По опыту других раскопок мы знали, что это нелегкая задача. В Гренландии обнаружены и кузницы, и шлак, но ни одной печи; в Исландии, насколько мне известно, найдена лишь одна печь. Не повезло и нам в Ланс-о-Мидоузе, однако позже недалеко от кузницы, на гребне террасы, почти над самым откосом обнаружили груду шлака. Возможно, здесь и была печь, но со временем ее стенки обвалились.

Новые находки помогли нам лучше представить себе древнее поселение в Ланс-о-Мидоузе и обитавших здесь людей.

Стоит сказать несколько слов о том, как исторически развивалась добыча железа из болотной руды. Способ был известен в Европе за две тысячи лет до нашей эры; в Норвегии, во всяком случае, в пятом веке до нашей эры. Во времена викингов и в эпоху средневековья добыча железа в стране росла, оно стало играть очень важную роль в экономике. О производстве металла говорят многочисленные кучи шлака, комки железа и уголь, которые чаще всего находят в горных долинах. Выплавка железа стала не только постоянным занятием в хозяйстве, но и источником существования для многих. Норвегия полностью обеспечивала себя металлом, вероятно, даже часть вывозила. В Исландии, освоенной людьми около 800 г., выплавка железа из болотной руды была широко распространена во времена викингов и, наверно, продолжалась до XV века. В большинстве районов страны был найден шлак, открыта одна печь, обнаружено кованое железо. Наковальни делались и железными, и каменными, как в Ланс-о-Мидоузе. Способ производства был, несомненно, тот же, что в Норвегии. Судя по источникам, кузнечное ремесло пользовалось почетом. О норвежце Эгиле Скаллагриме, который переселился в Исландию во времена Харальда Прекрасноволосого (то есть был одним из первых переселенцев), сага говорит, что он был добрый кузнец и зимой вовсю занимался выплавкой железа из болотной руды. С берега моря он принес большой камень для наковальни. Утром Эгиль Скаллагрим начинал работать так рано, что челядь роптала. Тогда Эгиль Скаллагрим сочинил стих:

Вставай на заре, кузнец,Кошель набивать серебром,И пусть раздувает мехПожар среди черных углей.Пою и молотом бьюБез устали я по железу,Что жаркие искры мечетПод вой ненасытного меха.

В норманнских селениях в Гренландии тоже найдены шлак и кузницы. Доктор Нильс Нильсен, который провел тщательные исследования, считает доказанным, что гренландцы добывали железо из болотной руды, причем, вероятно, уже с первых лет освоения. Исландцы и норвежцы, переселившиеся на арктический остров, привези с собой знание плавильного дела.