Грехи и подвиги - Ирина Александровна Измайлова

молодой рыцарь. – Я знаю, от чего умер император Фридрих! Они убили его…

Ричард Львиное Сердце твердо взял юношу за локоть:

– Послушай, мессир Луи! Ты видел этого человека раньше? Как ты догадался, что он хочет меня убить?

– Я не догадался, ваше величество! Я это знал.

И крестоносец в нескольких словах рассказал королю о разговоре, который он подслушал в развалинах мельницы неподалеку от Лиона. Однако, он не упомянул ни брата графа Анри, который был участником заговора, но в настоящий момент не представлял опасности, ни Алисы, тоже ставшей свидетельницей памятной встречи изменника с ассасином. Анри Шампанский, оценив деликатность юноши, с чуть заметной улыбкой кивнул ему и добавил:

– В этом заговоре, увы, участвует один из моих родственников, ваше величество. Это может бросить тень на меня, однако я лучше рискну вызвать ваши подозрения, чем не сделаю все возможное, чтобы заговор не осуществился. Ведь цель у негодяев одна-единственная: разрушить крестовый поход, не дать вновь освободить Гроб Господень из рук неверных!

Ричард сумрачно сдвинул брови и в бешенстве топнул ногой:

– Пускай делают, что хотят! Они не напугают меня.

И добавил уже спокойно:

– Но боюсь я их или нет, а в случае моей смерти Саладин и впрямь получит слишком много преимуществ. Однако, неужели султан опустился до того, чтобы пользоваться услугами таких грязных мерзавцев, как ассасины?

Луи пожал плечами:

– Никто не знает, мессир, что за замыслы у Старца горы, кому он служит и служит ли кому-нибудь, кроме сатаны.

– Ну, этому рогатому господину служат и иные рыцари! – воскликнул Ричард. – Ваш молочный брат и моя матушка, которая приехала с ним ко мне в Мессину, рассказали такое, что я теперь в сомнении, где и с кем мне надлежит в первую очередь вести войну… А кстати, мессир граф Шампанский, ваш родственник, спутавшийся со Старцем горы, не член ли какого-нибудь ордена? Что-то мне сдается, что если прежде все дороги вели в Рим, то теперь они все ведут к храму царя Соломона, вернее к его развалинам, на которых ныне выросло новое дьявольское гнездо!

Анри прекрасно понял намек, но он действительно не знал, стал ли его брат Гийом рыцарем храма, он мог это только подозревать, а потому лишь со вздохом опустил голову под гневным взором короля:

– Мессир, в том, что мой родственник… да что уж запираться, мой единокровный брат, сын моего отца от второго брака, в том что он за деньги ли, либо из-за какого-то богомерзкого внушения стал помогать неверным, я, к сожалению, не сомневаюсь. Но стал ли он при этом тамплиером, не имею понятия! И клянусь, узнай я раньше о его связи с посланцами Старца горы, я постарался бы предупредить об опасности прежде всего моего короля – ведь заговор направлен против вас обоих, а точнее – против всех крестоносцев.

– Весело! – проговорил Львиное Сердце, становясь меж тем все мрачнее. – Однако, в конце концов, я надеюсь, мы увидим, кто есть кто. Война, как ничто иное, заставляет всех становиться самими собою, в ее огне сгорает любая фальшивая оболочка. Ну а теперь, мессир Луи, чем я могу отблагодарить тебя за то, что ты отсрочил мою смерть?

Молодой рыцарь ждал этого вопроса и заранее знал, как ответит на него:

– Ваше величество, я прошу лишь об участии в Крестовом походе!

– Ба! Да в нем ты бы мог принять участие и не спрашивая меня! – рассмеялся король. – Тем более, что ты – подданный короля Филиппа. Участие такого отличного рыцаря будет полезно Кресту. Но я хочу сейчас воздать тебе должное за твою сообразительность, отвагу и воинское искусство. Полагаю, среди моих рыцарей, может быть, и найдется десяток умеющих метать ножи, но чтобы сделать это так быстро и попасть так точно… Тут, думаю, тебе не будет равных! Итак, говори, чего бы ты хотел, и ты получишь все, что может дать тебе король Англии.

«А мне-то нужно то, что может дать, к сожалению, король Франции! – не без досады подумал Луи. – Лучше бы это его прибило штормом к берегу Кипра.

Да, но он не сумел бы так быстро захватить остров, хоть у него и втрое больше войска, не гарцевал бы верхом на лестнице замка, и, увы, мог бы не отдать мне Алису, даже спаси я его жизнь! По крайней мере, до тех пор, пока не убедился бы окончательно, что Ричард ни в коем случае на ней не женится».

– У меня есть все, что нужно для похода! – твердо проговорил молодой рыцарь. – Что вы можете мне дать? Золота или серебра? Да к чему мне тащить с собой лишнюю тяжесть? Если останемся живы и победим, даст Бог, поделим достойную добычу. А я награжден уже тем, что стал орудием Божиим – помог Господу сохранить вас, мессир!

В темных, выразительных глазах Ричарда Львиное Сердце появилось в этот момент выражение, которое редко кому приходилось видеть: он смотрел на французского рыцаря уже не просто с уважением, он смотрел на него, как на равного.

– Да будет так! Но в таком случае я просто хочу сделать тебе подарок.

С этими словами он приподнял свою бармицу, засунул руку под кольчугу и гамбезон и, найдя что-то у себя на груди, вытащил блестящий серебряный кружок, а затем снял с шеи толстую цепочку, на которой этот кружок висел.

– Вот. Образок мне когда-то подарил отец. Когда-то, когда мы с ним еще были дружны, и он не заподозрил меня в намерении посягнуть на его трон. Возьми, рыцарь! Образ Богоматери – наш общий священный символ, и я верую, что Она поможет нам в нашем деле. Это простое серебро, без драгоценных камней, без позолоты. Так что это не плата, а дружеский дар. Спасибо, мессир Луи! Ну и раз уж так получилось, сообщаю главное: мы пробудем здесь три дня – быстрее не удастся залатать обтрепанные бурей корабли, да и гарнизон надобно привести в порядок и установить правила выплаты дани, и все прочее, чем заниматься скучно, но нужно. Завтра будет хлопотный день, а послезавтра приглашаю вас, мессир Луи, и вас, мессир Анри, на свою свадьбу! Я был намерен обвенчаться уже в Палестине, но раз приезд туда затягивается, хочу это сделать здесь. Хочу вас видеть вот в этом замке, на моей свадьбе с ее высочеством Беренгарией Наваррской!

Глава 5. Лагерь под Акрой

– О-о-о! Представляю себе, какое лицо было у графа Шампанского, когда он услыхал это приглашение! Ты ведь не успел сказать ему