Остров Корфу – последний бастион Византии - Евгений Викторович Старшов

разнородные и разноразмерные части; вычитая латинские микрогосударства (Латинская империя) и греческие самостийные острова вроде Родоса, остались три византийских квазигосударства, претендовавшие на наследие Константинополя: Никейская империя (официально, как и павшая Византия – Ромейское царство), Трапезундская империя и Эпирский деспотат (официально – деспотат ромеев). Вместо совместного слаженного действия против латинян они больше воевали друг с другом и вместе с тем с латинянами, турками, болгарами и т. д., заодно подбирая какие-то крохи (как Никея – Родос, а Эпир – Корфу, о чем чуть позже). Находившаяся на отшибе Трапезундская империя в итоге ненадолго пережила даже воскресшую Византию, пав в 1461 г.; Никейская империя в XIII веке оказалась сильнейшей изо всех, и в итоге в 1261 г. «воскресила» Византию, отвоевав у латинян Константинополь (кто-то прозорливый весьма характерно выразился об этом событии: «Вот теперь все точно пропало!» – компактная Никейская империя, может, и выжила бы, отстаивая остатки малоазийских владений от турок, но, приняв наследство Византии и перенеся «центр тяжести» из Анатолии, тем самым лишь погубила себя). Эпирский деспотат, пережив множество метаморфоз, падений и возрождений, распад на три части, правление латинско-итальянских и албанских династий, пал окончательно в 1479 г. Его «звездный час» настал в 1224 г., когда у латинян были отвоеваны Фессалоники, и эпирский деспот Феодор (1180–1253 гг., правил в 1215–1230 гг.) на радостях провозгласил себя византийским императором – уже третьим, учитывая никейского и трапезундского «конкурентов». Но в 1230 г. он был разбит болгарами, взят в плен и ослеплен, Фессалоники отдалились от Эпира, и недолго существовавшая «Фессалоникская империя» в 1246 г. была поглощена Никеей. Но это мы забежали чуть вперед, чтобы, как говорится, немного яснее представить расстановку противоборствующих сил. Так вот, в 1214 г. первый эпирский деспот Михаил I Комнин Дука (зарезан в 1215 г.) напал на Корфу и захватил его. Это было одним из пунктов четко исполняемой им программы «собирания земель» с прицелом на восстановление Византии и занятием ее престола. Михаил был жесток со своими врагами и довольно удачен, как политик, то идя на союз с латинянами, то отрывая куски их Фессалоникского королевства, то прося покровительства у папы римского, обещая ему унию в обмен на защиту от венецианцев, у которых он отнял не только Корфу, но и Диррахий. Сложно сказать, что было бы далее, если б деспота не зарезал собственный слуга.

Корфиоты вроде бы довольно радостно вернулись в орбиту «византийского мира», большие привилегии «просыпались на церковь», остров покрылся крепостями – к постройкам эпирского периода обычно причисляют доныне стоящие, хотя и сильно руинированные крепости Ангелокастро, Гардики и Кассиопи. Но в 1258 г. Эпир был атакован королем Манфредом Сицилийским (1232–1266, правил с 1258 г.), в то время как деспот Михаил II (1295 – ок. 1267 гг., правил с 1231 г.) воевал с Никейской империей. Сложно сказать, захватил ли Манфред Корфу силой или же остров стал приданым (так пишет Ф. Грегоровиус, прибавляя к Корфу еще Дураццо и Валону) – факт, что Михаил поладил с Манфредом, выдав в 1259 г. за него свою дочь Елену (ок. 1242–1271 гг.), и годом позже зять оказал тестю сильную военную помощь против никейцев (хотя союзников и крепко побили); Корфу же остался за сицилийцами, навсегда выйдя из орбиты «византийского мира» – хотя тогда вряд ли кто об этом задумывался. «Примирить» корфиотов с их новыми латинскими хозяевами должен был губернатор Филиппо Кинардо, назначенный Манфредом. Когда последний пал при Беневенте в битве с Карлом I Анжуйским (1227–1285 гг., французский граф, «посмертный» сын французского короля Людовика VIII Льва (1187–1226 гг., правил с 1223 г.), ставший основателем Анжу-Сицилийского королевского дома; не перечисляя более «мелкие» титулы, отметим, что он был королем Сицилии в 1266–1282 гг., пока возмущенные сицилийцы не перерезали 4 000 насильников-французов во время знаменитой «Сицилийской вечерни», а также, до смерти, королем Неаполя с 1282 г., Албании с 1272 г. и, номинально, Иерусалима с 1278 г.), Кинардо оказался уже достаточно силен, чтоб удержать Корфу для себя. Деспот Михаил тут же предложил ему руку своей родственницы и вместе с ней – опять же, Корфу, как официальное приданое; про Елену, ее 5 детей и их права как-то все забыли – а ведь они так до конца своих дней и не вышли из итальянских застенков, кроме старшей дочери Беатрисы (ок. 1258 – ранее 1307 гг., в заточении с 1266 г., как и вся семья, и до 1284 г.) – и сыновья Манфреда и Елены находились в заточении до первых двух десятилетий следующего века; Энрике (ок. 1260–1318 гг.) просидел 54 года, Федериго (ок. 1259 – после 1311 гг.) не менее 48, Энцио (ок. 1261 – ок. 1301) не менее 37, дочь Флорделия (ок. 1266 – после 1296 гг.) не менее 33… Видимо, Михаил рассчитывал по отношению к Кинардо на что-то большее или иное, но в итоге он стал интриговать против нового владельца Корфу (иначе деспот не был бы истинным византийцем), и дело обернулось тем, что пролатинская партия на острове призвала против Кинардо того самого Карла Анжуйского, победителя Манфреда, ставшего сицилийским королем. Бывший латинский император Балдуин (ок. 1217–1273 гг., правил с 1228 по 1261 г.), кстати, бывший союзник эпирского деспота в борьбе с никейцами, подтвердил права Карла на Корфу (а заодно и на многие иные земли, а также сюзеренитет на латинское Ахейское княжество) в надежде на помощь от него в своих плачевных делах; договор был скреплен обручением сына Балдуина Филиппа и дочери Карла Беатриче с условием, в случае бездетности союза, передачи прав на Константинопольский престол Карлу (мало ему было стольких королевских титулов как будто!). Факт в том, что эпирский деспот «проинтриговал» Корфу, и уже окончательно, заполучив этакого соседа. Так с 1267 г. Корфу стал анжуйским владением – более чем на сто лет. Где-то к этому времени умер и Михаил II; его сын и наследник Никифор I (1240–1297 гг., правил с 1267 г.) был верным союзником, а потом и вассалом Карла. Корфиотам при нем пришлось плохо: деспотичный государь оказался довольно фанатичным в деле борьбы с византийским православием и вообще эллинизмом; и если реформы реорганизации управления и налогообложения прошли относительно спокойно – как неизбежное зло со стороны очередной власти к населению, то, ущемив Церковь и активно латинизируя остров, Карл вызвал особенно большое недовольство.

Тем временем Корфу продолжают передавать в качестве приданого: в 1289 г. остров переходит фламандцу Флорену д’Авену (1255–1257 гг.), женившемуся на Изабелле Морейской (де Виллардуэн, нач. 1260‐х – 1312 гг.), бывшей невестке Карла, вдове его сына Филиппа (ум. в 1277 г.). В следующем поколении сын Карла I король Неаполя Карл II Хромой (1248–1309 гг., правил с 1285 г.) отдает Корфу вместе со всем Ахейским княжеством в качестве свадебного подарка своему сыну Филиппу Тарентскому (ок. 1277–1331 гг., номинальный Латинский император с 1313 г.), женившемуся в 1294 г. на Тамаре – эпирской наследнице, дочери Никифора I, которой он обещал передать престол в обход своего сына Фомы (1285–1318 гг., правил с 1297 г.). При мудром правлении Филиппа Корфу почти 40 лет наслаждается относительным покоем.

Относительным – потому что в Средиземноморье появляется разбойная армия наемников, известная как Каталонская компания, созданная немцем Рутгером фон Блюмом (более известен под