Миссионер поневоле - Андрей Алексеевич Ворфоломеев

и то есть «slag» и «gevecht»). Соответственно, к одному и тому же знаменателю, порой, приравниваются вещи совершенно несопоставимые. Возьмем, для примера, 1944 год. В апреле месяце, с разницей всего в семь дней, завершились сразу две наступательные операции – Днепровско-Карпатская или «второй сталинский удар» на советско-германском фронте и очищение долин Маркхэм и Раму и горного хребта Финистер на территории Папуа Новой Гвинеи. Не будем углубляться в историю их проведения. Сравним, просто, цифры потерь. Безвозвратных. Так, при освобождении Правобережной Украины, советские войска потеряли убитыми 270198 человек, а немцы и их союзники, соответственно – 379688. Возьмем ту же графу в боях на Новой Гвинее. Всего, за время кампании, проводившейся с сентября 1943 по апрель 1944, австралийцы потеряли… 204 человека! Японцы, правда, несколько больше. Целых восемьсот! Сюда входят и такие грандиозные «битвы», как штурм горы Пимпле («Прыщ») обошедшийся союзникам аж в три человека или стычка в районе Джон’c Кнолл – Тревор Ридж. Здесь австралийцы потеряли семерых военнослужащих. Это к вопросу о масштабах…

– Твоя выучка, Лев Лукич! – сказал, подойдя к генерал-майору, после доклада Иннокентий Петрович. – Ловко он союзников поддел! Да и основную тему лекции, по-моему, весьма толково провел. Талант!

– Обижаешь, товарищ профессор! Иных не держим!

– И где же вы его, до сих пор, скрывали?

– А вот это, дорогой мой Иннокентий Петрович, уже секрет фирмы.

– Что ж, понимаю. Потому и не настаиваю. А парень действительно толковый. И не только в этнографии. Я, тут, в журнале «Наука и религия» недавно его статью о католических и лютеранских миссиях на Новой Гвинее прочитал. Он и в вопросах религии, оказывается, разбирается. Поразительно! А знаешь, Лев Лукич, что больше всего меня удивило?

– Что же, если не секрет?

– Отсутствие штампов. Нет уже порядком навязших в зубах и оттого ставших привычными проклятий в адрес церкви и религии, как главного рассадника пресловутого «опиума для народа». Просветительская деятельность католических и протестантских монахов описана достаточно объективно. И, не побоюсь этого слова – даже с некоторой теплотой!

– Так что же здесь плохого? Религия, ведь, не всегда яд. Иногда она и лекарство! Да и согласись, Иннокентий Петрович, разве не достойны уважения миссионеры, открывающие школы и больницы посреди гиблых джунглей? По-моему, более, чем! Да и у нас, в стране, отношение к верующим, понемногу, начинает меняться. Интронизацию патриарха Алексия недавно провели, а журнал «Безбожник», напротив, прикрыли. С какой, тогда, стати, Николаю оставаться в стороне? Да он и думает так, как пишет!

– Вот и я о том же! Мы, тут, с коллегами по Академии наук посовещались и решили представить его к награждению орденом «Знак почета». Ну, типа за научную деятельность в годы войны. Как ты думаешь, как в вашем ведомстве к этому отнесутся?

– Только положительно! Это вы хорошо придумали! Он же у нас, до сих пор, никаких наград, кроме «За победу над Германией» и «За победу над Японией» не получил. И больше ничего. Ну, не награждать же его ещё и медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне»! Несолидно получится! Орден же – совсем иное дело. Его, кстати говоря, и в дальнейшем, в качестве прикрытия, удобно будет использовать. Мол, не простой ученый Николай Витковский, а заслуженный! Я – только «за»!