Майкл Форд - Огонь Ареса

Взглянув на небо в последний раз, юноша выбрал хорошо известный ему короткий путь мимо скотобойни.

Он не мог вспомнить, когда они с матерью последний раз ели мясо. Видно, Тимеон прав.

Наверно, жизнь не так плоха, как он думает. Приняв это лекарство, мать поправится и сможет снова выйти на работу. Тогда у них появится больше денег.

Вдруг из темноты раздался голос:

ГЛАВА III

— Возьмем его в кольцо, — приказал он, и кто-то рассмеялся:

— Ребята, этот малый опасен!

Лисандр заглянул за угол скотобойни и всмотрелся в темный переулок. Там трое парней окружили четвертого, сжимавшего палку в дрожащей руке.

— Не подходите, — предупредил парень с палкой, взмахнув ей.

Характерные красные плащи не оставили никаких сомнений — это спартанцы. Один был крупнее двоих других. Похоже, он здесь за главного.

— Придется схватить его за ноги. Воин ни на что не способен, если не стоит на земле. — Спартанец сделал знак своему коренастому приятелю. — Аристон, твоя очередь.

Второй спартанец двинулся вперед. Парень с палкой, вероятно, был из периэков. Ему не повезло — в недобрый час он натолкнулся на этих спартанцев.

Периэк переступал с ноги на ногу, готовясь отразить очередное нападение. Стало видно, что он совсем не умеет драться. У него были тощие руки и ноги, он отчаянно отбивался, но спартанец по имени Аристон легко уходил от ударов.

— Я вам ничего не сделал… — произнес маленький периэк.

Вдруг Аристон бросился ему под ноги и повалил на землю. Поднялся столб пыли, спартанцы решили поддержать приятеля и навалились на периэка.

Лисандр больше не мог безучастно стоять в стороне.

— Прекратите! — крикнул он. Спартанцы застыли. Лисандр увидел, что все трое повернулись к нему.

Казалось, что время сжалось, Лисандр почувствовал себя совсем беззащитным.

Крупный спартанец, вожак, взглянул на него, точно на грязь, которую соскреб со своего ботинка.

— Из мрака выполз грязный илот! Это не обещает ничего хорошего.

Теперь все внимание было приковано к Лисандру. Периэк воспользовался тем, что про него забыли, и тут же сбежал. Один из спартанцев бросился за ним, но вожак остановил его.

— Теперь нам предстоит охота на другого зайца, — зло сказал он, сверкнув белыми зубами.

Лисандр повернулся, собираясь уйти той же дорогой, которой пришел, но к своему отчаянию заметил, что еще двое спартанцев, гибких и крепких, преградили ему выход из перекрестка.

— Демаратос, неужели я упустил что-то интересное? — спросил один из них.

— Отнюдь нет, Прокл, — ответил вожак. — Ты прозевал лишь закуску. На основное блюдо нам достался этот плотский поросенок.

— Верно, к тому же мы все знаем, что бывает со свиньями после наступления темноты — вставил Аристон.

В переулке появились другие спартанцы.

Лисандра охватила паника. Трое из них перекрыли один конец улицы, двое — другой. Они двинулись на него, и юноше в голову пришло лишь одно слово: Криптия.

Неужели в этом грязном переулке ему предстоит встретить смерть?

«Ну и глупец же ты, — проклинал он себя, — не стоило ввязываться в это».

Пятеро спартанцев подходили все ближе, и в серебристом свете луны стало ясно, что они вовсе не из отряда закоренелых убийц.

Спартанцы были примерно одного с ним возраста. Лисандру стало легче, но он понимал, что оказался в весьма опасном положении. Поскольку он был илотом, его жизнь для них ничего не значила.

Вожак по имени Демаратос был высок, широк в плечах, у него были злые глаза, а губы сами собой складывались в презрительную ухмылку. Черные волосы Демартоса были аккуратно подстрижены, крепкие плечи прикрывал плащ.

— Илот, чтобы ходить по нашим улицам, надо платить налог, — грозно заявил он. Спартанец оглядел Лисандра с головы до ног, прикидывая, с кем имеет дело. — Что в кульках?

Лисандр понимал, что у него нет выхода. Только разговорами он мог отвести от себя беду. Любой другой шаг был бы равен самоубийству. Он пожалел о том, что рядом нет Тимеона. Говорили, что тот способен разговорами вызволить себя из того света, если дать ему хоть малейшую зацепку.

— Послушайте, — сказал Лисандр, стараясь подавить дрожь в голосе, — у меня ничего нет, кроме еды, совсем немного, и лекарства для матери. Она очень больна, и я должен принести его как можно быстрей.

— Покажи, — велел парень, указывая на кулек, который Лисандр хранил под поясом. У него не осталось выбора.

Юноша протянул кулек вожаку спартанцев.

Демартос схватит кулек с драгоценными листьями, сорвал шнурок и заглянул внутрь. Он был явно раздосадован своей добычей, на лицах остальных спартанцев появилось скучающее выражение. Лисандр почувствовал, что его положение меняется к лучшему.

— Ладно, ребята, пусть идет своей дорогой, — сказал вожак, возвращая Лисандру кулек с листьями. Но только тот протянул руку, чтобы взять его, как спартанец уронил кулек на землю. Все, что в нем было, высыпалось, смешавшись с пылью.

Спартанцы разразились хриплым хохотом и начали хлопать друг друга по спине. Тут Лисандр мог бы уйти, если захотел бы. Но что-то удержало его. У него закружилась голова, юноша почувствовал прилив сил и забыл об опасности.

— Тебе не следовало так поступать, — тихо произнес он.

Один за другим спартанцы перестали хохотать. Вожак уставился на Лисандра. Подойдя к нему на один шаг, он чуть наклонил голову и приложил ладонь к уху.

— Что ты сказал, грязный илот?

У Лисандра закололо в затылке.

— Я сказал, что тебе не следовало так поступать, — громче повторил он.

Хорошее настроение спартанцев как рукой сняло. Глаза у них потемнели и смотрели холодно.

— Этот грязный илот, наверное, считает себя таким же сильным, как Геракл. Пожалуй, настала пора заколоть его. Как вы думаете, ребята? Ведь мы как-никак стоим рядом со скотобойней.

Такое совпадение ни у кого не вызвало смеха. Лица у всех стали серьезными. Лисандр заметил справа от себя какое-то движение — в руке невысокого спартанца сверкнуло лезвие.

Мешкать было некогда. Эти спартанцы были еще учениками, но их готовили убивать. Если Лисандр проявит нерешительность, с ним тут же расправятся. Он должен начать первым.

Лисандр сделал ложный выпад в сторону вожака, стоявшего слева, затем бросился на спартанца с ножом в руке, находившегося справа.

Кулак илота угодил тому в челюсть, противник зашатался и рухнул на землю, выпустив нож. Тот отлетел в сторону.

Спартанец, стоявший недалеко от упавшего, растерялся и скорчился, когда его настигла нога Лисандра, потом вскрикнул, от удара у него перехватило дыхание. Лисандр решил не испытывать судьбу и не ввязываться в драку с оставшимися тремя противниками. Он бросился в брешь, образовавшуюся в рядах спартанцев, и устремился в глубь переулка.