Наперекор всему - Виктор Иванович Носатов

каждой башне – по одному фонарю, которые могут быть спрятаны в башню или выставлены наружу. Без этих доработок он отказался заключать новый контракт…

– Сэр Дэвид, – прервал Смита посол, – вы вновь перешли на технологию вместо того, чтобы представить нам свои конкретные предложения по осуществлению операции «А».

– Да, сэр, – сконфуженно согласился коммерческий атташе, – меня занесло в техническую сферу, в которой я чувствую себя, как рыба в воде… А что касается экономического давления на русское правительство и военное ведомство, в частности, то я предлагаю, несмотря на заявления великого князя Сергея Михайловича в отношении фирмы «Виккерс» о том, что продукция, поставлявшаяся из Англии, стала считаться слишком дорогой и некачественной, броня хрупкой, а снаряды постоянно дают сбой, нам необходимо всеми силами поднимать престиж фирмы, чтобы она вновь стала главным поставщиком оружия и боеприпасов русским. К этому необходимо подключить великого князя Михаила Михайловича, который вот уже четверть века живет в Англии и слывет искренним англофилом. Кроме того, он является братом Сергея Михайловича, который непременно прислушается к его советам. Конечно, было бы прекрасно с его помощью еще и избавиться от неудобного нам представителя…

– С поставками понятно, – нетерпеливо сказал посол, – а вот как обстоят дела с русскими промышленниками, нашими конкурентами?

– Прежде всего я хотел бы отметить, что не только в придворных сферах вынашиваются идеи сепаратного мира с Германией. В России появилась группа «банковских миротворцев», которые делают ставку на замирение с германскими финансовыми кругами. Среди ярых сторонников этого движения такие банкиры и промышленники, как Игнатий Манус, Дмитрий Рубинштейн, Алексей Путилов, Александр Вышнеградский и другие. Своими финансами они не только поддерживают ряд левых изданий, ратующих за мир, но и с помощью Распутина, пытаются воздействовать на ближайшее окружение царя, с тем чтобы склонить его на сепаратные переговоры с Германией. Чтобы эти отщепенцы прекратили свою антивоенную деятельность, необходимо любыми путями лишить их капитала, обанкротить, воздействуя через дружественных нам царедворцев и промышленников на комиссию, распределяющую военные заказы…

Сэр Джордж внимательно выслушал своих коллег по тайной войне, продемонстрировавших изрядные познания о России и знакомство с характером и взглядами ее партий и деятелей. Их предложения требовали кропотливого анализа и доработки. Одно было совершенно ясно – члены Английского клуба глубоко уяснили главную задачу, поставленную Лондоном: всячески помогать сплочению буржуазных и социалистических сил в России в их борьбе с самодержавием и всеми доступными и недоступными средствами толкать Россию на продолжение войны до победного конца. Пора было переходить от слов к делу…

В заключение сэр Джордж Бьюкенен явно удивил членов клуба, когда дипломатично, с союзническим пафосом заявил после всего сказанного выше, что Россия выполняет гигантскую и благородную задачу по истощению германских армий и уже показала подлинный дух самопожертвования в своих усилиях облегчить давление на Запад:

– С тех пор как я впервые председательствовал за этим столом пять лет назад, Россия и Великобритания сближались все сильнее и сильнее. С тех пор я все время мечтал об англо-русском альянсе, который бы служил делу поддержания мира, но эта мечта была разбита войной, которую нам навязала Германия, и кровь детей сегодня освящает альянс России и Великобритании. Но эти жертвы не напрасны… Несмотря на то, что нашему поколению приходится платить высокую цену, те, кто придут нам на смену, насладятся мирной жизнью.

Россия, Англия и Франция полны решимости бороться до победного конца до тех пор, пока дух германского милитаризма не будет изгнан окончательно. Я смотрю в будущее с уверенностью. Подобно тому, как в эти мрачные дни мы утешаем себя мыслями о наступлении лета, так же и я утешаю себя мыслями о том, что союзнические силы будут вознаграждены победой, которая заложит основание прочного и долгого мира…

Глава VII

Силезия

Июнь 1915 года

1

Шеф германской разведки подполковник Вальтер Николаи по долгу службы нередко бывал в силезском замке Плес, где в последнее время размещалась штаб-квартира кайзера, и, когда было время, он с особым удовольствием прогуливался по широким тенистым аллеям дворцового парка, прислушиваясь к шуму листвы и многоголосию птиц. После несмолкаемого грохота войны и утомляющего шума городских улиц здесь было особенно тихо и спокойно. Можно было не торопясь анализировать поступившую накануне информацию и принимать решения – какие рекомендации императору и Верховному командованию давать, а какие попридержать до лучших времен. Вот и теперь, ранним летним утром, он, оставив автомобиль у ворот парка, с удовольствием, пиная попадающиеся камешки, брел по берегу небольшого озерца, в котором плавали утки и два лебедя. Рассеянно наблюдая за птицами, подполковник Николаи напряженно думал, о чем доложить кайзеру в первую очередь.

«Безусловный успех прорыва в мае русского фронта в районе Горлице, сдача без боя крупнейшей в Галиции крепости Перемышль и последующее освобождение в июне Львова, – думал он, – воочию показывают всю глубину материально-технического кризиса, в котором оказалась русская армия. О нехватке боеприпасов к орудиям, патронов к винтовкам и даже продовольствия докладывают и находящиеся в прифронтовой полосе агенты. Казалось бы, наступает момент, когда германской армии стоит совершить последний рывок и наголову разбить русских…»

Подобные головокружительные идеи уже вовсю носились в среде генштабистов, подвигая высшее командование к решительным действиям. И, как результат этого, на отдел III-b как из рога изобилия посыпались заказы, приказы и распоряжения, требующие новых данных о противнике не только на Восточном, но и на Западном фронтах. Вновь стал насущным вопрос – планирует ли англо-французское командование наступательные операции летом или нет.

Николаи, прекрасно понимал, что от его доклада во многом будет зависеть план летней кампании, и потому впервые за все время своего руководства разведкой пребывал в нерешительности.

Привыкшие к кормлению утки, увидев на берегу человека, с радостными криками поплыли к нему. Только лебеди, грациозно изогнув шеи, любовались своим отражением в тихой, прозрачной воде, не обращая ни на кого внимания. Не получив ожидаемой подачки, птицы, обиженно поглядывая на человека, отплыли подальше от него и вскоре в поисках божьего пропитания разлетелись по всему озеру.

«… Взгляните на птиц небесных: они не сеют, не жнут, не собирают в житницы, а Отец ваш Небесный кормит их», – всплыла вдруг в мозгу строчка из Евангелия, вызвав в глубине души белую зависть к этим ни от кого не зависимым божьим тварям.

«А ведь я тоже не сею, не жну, не собираю в житницы, – удрученно подумал подполковник, – но мне приходится добывать пищу в поте лица своего. И далеко не самым праведным способом…»