Большая книга по истории Ближнего Востока. Комплект из 5 книг - Мария Вячеславовна Кича

ограждая короля от недовольства подданных. Тем не менее, с помощью совета общество «сбрасывало пар», снижало градус политического напряжения.

Абдельхамид Шараф – автор идеи НКС – являлся шестиюродным дядей Хусейна. Его семья покинула Хиджаз в составе свиты амира Фейсала в 1920-х годах. В 1945 году родители привезли шестилетнего Ша-рафа в Амман. Окончив Американский университет в Бейруте, юноша посвятил себя госслужбе. В разные годы он был гендректором «Radio Jordan», министром информации, послом в США и Канаде, представителем Иордании при ООН и руководителем королевской канцелярии. Он стоял у истоков создания иорданской Национальной галереи изящных искусств и первого в стране телеканала. Назначение Шарафа на пост премьер-министра было лишь вопросом времени – и вот 19 декабря 1979 года родственник монарха одновременно возглавил правительство, министерство обороны и МИД.

Прогрессивный Шараф ратовал за свободу слова, права женщин и охрану окружающей среды. Он собирался реформировать систему местного самоуправления, превратить НКС в креативную площадку для разработки инновационных проектов и учредить особый суд по коррупционным делам. Абдельхамид Шараф был преисполнен грандиозных планов – но ничего не успел сделать. 3 июля 1980 года он умер от сердечного приступа.

Без Шарафа НКС превратился в бесполезное сборище и был распущен. Иордания осталась без представительного органа – и тут монарх вспомнил о парламенте. Выборы могли привлечь новых людей в законодательную власть. В сложных ситуациях Хусейн предпочитал половинчатые меры – поэтому парламентская реформа не планировалась, а выборы касались только нижней палаты. Они состоялись в марте 1985 года. Женщины впервые голосовали наравне с мужчинами. Кандидаты представляли широкий спектр политических взглядов – при том, что партии в Иордании находились под запретом.

Новые депутаты приступили к работе, но шумные заседания не принесли результатов. Председатель правительства Зейд ар-Рифаи выдавливал из нижней палаты неугодных ему народных избранников. По иронии судьбы, ар-Рифаи – выпускник Колумбийского и Гарвардского университетов – оказался большим врагом свободы, чем его консервативные предшественники. Ар-Рифаи возглавлял кабинет четыре года (1985–1989) – дольше, чем кто-либо в истории Иордании, и в этот период Хусейн отстранился от политики. Он отдыхал на заграничных курортах, наслаждался жизнью и полностью доверял премьер-министру. Но экономика королевства ухудшалась, а коррупция – росла. Весной 1989 года в Иордании сорвало все «предохранительные клапаны» – начались массовые беспорядки.

Несмотря ни на что, 1980-е годы стали десятилетием арабо-израильского сближения. Осенью 1983 года Хусейн не на шутку увлекся миротворчеством. Амман и ООП наладили контакты. В сентябре 1984 года Иордания восстановила дипломатические отношения с Египтом. Монарх пытался донести до арабской общественности, что, заключив мир с Израилем, Каир поступил правильно – и что он, король Хусейн, хочет сделать то же самое.

Взаимодействие с ООП принесло плоды уже в феврале 1985 года, когда стороны решили создать иордано-палестинскую конфедерацию. Арафат видел в ней суверенную государственность – а Хусейн считал ее инструментом для возвращения Западного берега под свою власть. Параллельно король тайно встречался с представителями США и израильским премьер-министром Шимоном Пересом.

Дипломатический процесс набирал обороты – но 7 октября 1985 года палестинские боевики захватили итальянский лайнер «.Achille Lauro». На следующий день террористы застрелили заложника из числа пассажиров – 69-летнего американского еврея Леона Клингхоффера, инвалида-колясочника. Этот бессмысленный акт жестокости убедил США в том, что ООП не может быть надежным партнером в миротворчестве. Хусейн прекратил сотрудничать с Арафатом и заявил, что жители Западного берега должны сами решать свою судьбу. Однако даже если бы Иордания аннексировала Иудею и Самарию, то король утратил бы контроль над ними так же быстро, как и приобрел.

9 декабря 1987 года разразилась Первая палестинская интифада.[72] Арабы Западного берега и сектора Газа взбунтовались против «израильской оккупации». Дети и подростки забрасывали солдат ЦАХАЛ камнями – поэтому Первую интифаду называют «войной камней». На фоне этих событий лидеры ООП и рядовые боевики заклеймили Хусейна врагом, который продался сионистам. Внеочередной саммит ЛАГ пообещал Арафату грандиозное финансирование.

Взбешенный Хусейн решил раз и навсегда разорвать «все юридические и административные связи с Западным берегом». Сама формулировка свидетельствовала о том, что король находился на грани истерики. Судьба Иордании зависела от этого импульсивного и уже немолодого человека, который просто не мог вынести очередную волну критики в свой адрес.

Но у демонстративной слабости Хусейна была и другая сторона. Монарх отнюдь не терял надежды вернуть Западный берег. Он задумал сделать так, чтобы Палестина сама оказалась в руках Арафата – и чтобы тот не заподозрил обман. В очередной раз отказываясь от Иудеи и Самарии, король знал, что Арафат моментально перехватит инициативу. Под видом Западного берега Хусейн намеревался передать ООП «отравленную чашу» – пустынные земли, населенные террористами и беженцами, и полуразрушенные города, сотрясаемые интифадой. Ожидалось, что Арафат не справится с ситуацией, палестинцам придется искать нового лидера – и тут им станет Хусейн. Но Хашимит просчитался.

Интифада завершилась в сентябре 1993 года, когда ООП и Израиль неожиданно подписали соглашения в Осло. Спустя год возникла Палестинская национальная администрация (ПНА) – орган самоуправления Палестинской автономии, охватывающей сектор Газа и Западный берег реки Иордан.[73] Председателем ПНА стал Ясир Арафат. Таким образом, ООП утвердилась в роли правительства Западного берега. Игра закончилась – и Хусейн проиграл.

Последнее десятилетие жизни Хусейна (1988–1999) выдалось богатым на разнообразные события. Все началось с кризиса и дефолта. Курс иорданского динара упал, поэтому экономикой королевства до 1999 года управлял Международный валютный фонд (МВФ). На Восточном берегу регулярно вспыхивали беспорядки. Ирак, истощенный войной с Ираном, а затем и неудачным вторжением в Кувейт, больше не мог спонсировать Иорданию, а Саудовская Аравия не видела в этом смысла. К тому же Хусейн не собирался отказываться от своего любимого дела – миротворчества, которое требовало все больше времени и денег.

Между тем маленькую Иорданию сотрясали региональные политические бури. Ближний Восток захлестнула волна исламского фундаментализма. Радикальные объединения возникали одно за другим – ливанская «Хезболла» (1982), палестинский ХАМАС (1987) и, конечно, террористическая организация № 1 в мире – «Аль-Каида»*[74] (1988). Активизировались и старые экстремистские группировки – египетские «Братья-мусульмане»*, «Палестинский исламский джихад» и др. Боевики использовали Иорданию как коридор, чтобы проникать в соседние государства. Помимо того, хашимитское королевство находилось на пересечении криминальных маршрутов Ближнего и Дальнего Востока, а также Средней Азии. Через территорию Иордании провозили оружие, рабов, заложников, афганский героин и китайский опиум.

В 1985 году Хусейн отметил 50-летний юбилей. Король руководил страной уже 33 года, и 70 % иорданцев родились и выросли во время его правления. За эти годы здоровье монарха пошатнулось – в 1992 году ему удалили почку в связи с обнаружением раковых клеток. После этого Хусейн регулярно проходил клинические обследования. Вопрос о престолонаследии оставался открытым: еще в 1965 году король назначил преемником своего младшего брата – принца Хасана. Но к 1988 году за спиной у Хусейна было четыре брака, от которых родилось пять сыновей, – и придворные понимали, что монарх может в любую минуту изменить решение.

Личная жизнь короля всегда была бурной. 18 апреля 1955 года в возрасте 19 лет он женился на хашимитской принцессе Дине бинт Абдул-Хамид. Дина являлась яркой представительницей нового поколения арабской молодежи. Знатная и богатая уроженка Каира, она изучала английскую литературу и социологию в Великобритании. Союз Хусейна и Дины был идеей матери юного короля – Зейн аш-Шараф.

Но вскоре Зейн увидела в невестке угрозу своему влиянию на сына. 13 февраля 1956 года Хусейн впервые стал отцом – однако рождение дочери Алии не спасло брак. Через полтора года пара развелась.

Второй женой Хусейна стала англичанка Антуанетта Авриль Гардинер. В 1958 году ее отец, лейтенант инженерных войск, получил работу по контракту в Иордании. Спустя два года Гардинеры окончательно обосновались в Аммане. Сначала Антуанетта трудилась секретаршей на радио. Потом ее перевели на киностудию «Horizon Pictures», которая начала съемки фильма «Лоуренс Аравийский» – о Великом арабском восстании. Режиссер Дэвид Лин экранизировал исторические события в тех местах, где они происходили. Хусейн часто посещал съемочную площадку и выделил в помощь Лину бригаду Арабского легиона – так что бедуинов в массовке «Лоуренса Аравийского» играли иорданские солдаты. Там же монарх познакомился с Антуанеттой. Обаятельная