Большая книга по истории Ближнего Востока. Комплект из 5 книг - Мария Вячеславовна Кича

в разграблении Афганистана, а «Facebook» – в ущемлении свободы слова. Вести о том, что хозяева ИЭА порют соотечественников за ношение джинсов и не пускают девочек в школу, уже никого не удивляли. Пресловутая разница культур – это, в первую очередь, разные представления о дозволенном и запретном, о грехе и благе и, в конечном счете, – о добре и зле.

Итоги деятельности США в Афганистане можно оценивать по-разному. Одни (включая Байдена) говорят, что все хорошо – и что Вашингтон реализовал все поставленные задачи. Вторые искренне злорадствуют, считая уход американцев их провалом. Третьи воодушевлены – ведь талибы смогли прийти к власти, подав тем самым пример радикалам всего мира. Впрочем, в Афганистане не удалось ни построить светское государство, ни пресечь наркотрафик, ни ликвидировать терроризм, ни создать то, что мы называем «нормальной жизнью».

Для крупных игроков Афганистан традиционно представляет интерес в геополитическом смысле, и здесь все преследуют различные цели – проложить Новый шелковый путь, построить Великий Туран, взбудоражить Среднюю Азию, «пощекотать» Россию и т. д. У каждого проекта найдутся свои сторонники. «Талибан»* – организация, признанная террористической на самом высоком уровне. На уровне Совета Безопасности ООН. Все прекрасно знают, кто такие талибы. Их поздравляют и принимают, а не гонят прочь именно из-за наличия собственных геополитических интересов – и в контексте внешней политики того или иного государства. Одни ведут себя так, чтобы уязвить американцев. Вторые – чтобы уколоть Индию. Третьи – чтобы лишний раз не будоражить Среднюю Азию. Четвертые – чтобы получить доступ к почти нетронутым залежам полезных ископаемых Афганистана и беспрепятственно добывать нефть, газ, золото, железную руду, медь, редкоземельные металлы и особенно литий. Пятые давно финансировали талибов и размещали их офисы на своей территории.

Талибы взяли власть, опираясь на поддержку местного населения. На Большом Ближнем Востоке никогда не пахло демократией; тут только два варианта – либо диктатура, либо убийственный хаос, при котором в мясорубку попадает гораздо больше людей, нежели при самом безумном диктаторе. Афганцы выбрали первое – пусть и в лице движения, а не конкретного человека. К тому же они смертельно устали от того, что в их стране веками хозяйничают чужаки. Народ Афганистана ненавидит «оккупантов» и «колонизаторов» сильнее, чем талибов – кои для среднестатистического афганца являются простыми бедными парнями из соседней деревни. Здесь работает слоган: «Мы такие же, как и вы».

Рядовые «студенты» – подобно большинству афганцев – это нищие крестьяне, не умеющие читать и писать. Они никогда не ходили в кино, не носили модную одежду, не водили детей в творческие кружки. Боевики «Талибана»* закрывают театры и запрещают музыку – ибо очень легко отказаться от того, чем ты не пользуешься (особенно если единственное знакомое тебе цивилизационное достижение – это АК-47). Сейчас люди с таким мировоззрением контролируют часть центра Евразии – и происходит официальное огосударствление терроризма.

Афганистан называют «кладбищем империй» и «кладбищем цивилизаций». Сегодня последнее наименование верно как никогда – поскольку сам цивилизационный подход умер в Афганистане на наших глазах. Запад и прочие государства начали выстраивать диалог с талибами, налаживать с ними торговые, дипломатические и иные отношения. Лозунг «мы не ведем переговоров с террористами» больше не работает – и это оплеуха для цивилизованного мира. Впрочем, Афганистан – точка пересечения интересов крупных игроков, и «студентам» придется балансировать между разными центрами силы. Но если талибы будут угнетать женщин или резать хазарейцев, то мировое сообщество выразит глубокую озабоченность. Репрессии будут восприниматься исключительно как «внутреннее дело афганского народа» – в конце концов, он же сам выбрал «Талибан»*. Исходя из этого, обещания талибов «вести себя хорошо» вызывают сомнения. Другое дело, что они будут осторожны на международной арене. Внутри же Афганистана у «Талибана»* развязаны руки – и здесь ему нет смысла сдерживаться.

Почему же «афганский вопрос» важен для всех?

Во-первых, все государства – это сообщающиеся сосуды. Они связаны друг с другом коммерческими и военными договорами, торговыми и туристическими маршрутами, инвестициями, геополитическими «склейками», амбициями и конкуренцией, дружбой и враждой, сотрудничеством и соперничеством – общей историей, наконец. События в сердце Евразии априори не могут не затронуть десятки стран и народов.

Во-вторых, перспектива эскалации исламизма, джихадизма и терроризма, распространение радикальных настроений.

• Многие воспринимают «Талибан»* как силу, одолевшую мирового гегемона. Неудивительно, что талибы вызывают симпатии ненавистников США. Конечно, не все эти люди являются радикалами того или иного толка; но радикалы – мусульманские, левые и пр. – поверили в себя. Не надо думать, что исламизм несовместим с левыми доктринами – тут можно вспомнить множество примеров: венесуэльского террориста Ильича Рамиреса Санчеса (Карлоса Шакала), итальянские «Красные бригады», «Красную армию Японии» и т. д. Как легко их, казалось бы, светские сторонники конвертируются в муджахидов – показала сама история.

• «Талибан»* – это не только талибы, но и члены других джихадистских организаций. У «студентов» мощнейшие связи с «Аль-Каидой»* – давние, крепкие, буквально семейные. Талибы неспроста выпустили из тюрем ее боевиков, которые провели за решеткой 20 лет и не думали выйти на свободу. Плюс ко всему джихадисты имеют обыкновение переходить из одной группировки в другую – по мере их переформатирования, усиления либо ослабления и иных факторов. Происходит перекалибровка «Талибана»*, его ряды пополняют боевики прочих террористических группировок.

• «Талибан»* – это новый джихадистский бренд. Он становится модным и фактически рекламирует исламизм и терроризм, подавая их под разными соусами – в зависимости от предпочтений того или иного сегмента поклонников. Одни видят в талибском триумфе унижение США, империалистов и колонизаторов. Вторые (особенно сепаратисты) – успешную борьбу за независимость. Третьи – триумф праведных мусульман, адептов шариата. Фанбаза тут воистину огромна.

• «Талибан»*, в отличие от «Исламского государства»*, не зовет боевиков массово к себе. Это значит, что джихад можно осуществлять, что называется, «на дому» – по месту жительства: в Европе и США, на Ближнем Востоке и в Африке, в Средней Азии и на Кавказе – и, конечно, в России. Быть талибом станет модно и одновременно очень просто. Это не потребует зарубежных поездок – например, в Сирию, в отличие от недавних событий. Фактически это сценарий «Исламского государства»* – но в гораздо более простом и доступном виде.

В-третьих, ожидаемый всплеск международной преступности.

• Помимо боевиков и террористов, талибы выпустили из афганских тюрем тысячи обычных уголовников. Если вчерашние заключенные будут по-прежнему нарушать закон и при этом курсировать хотя бы между Афганистаном и Пакистаном / Таджикистаном / любой другой соседней страной, то преступность уже приобретет международный характер. Люди с криминальным бэкграундом не преминут заняться хорошо известным им делом.

• Наркотрафик из Афганистана, вероятно, будет расти – как рос в годы первого правления талибов (1996–2001). К 2021 г. – еще при американцах – он увеличился в разы по сравнению с довоенным периодом, и сейчас талибы пришли на совершенно иные объемы и производственные мощности. Торговля наркотиками – это старый, проверенный и налаженный бизнес, приносящий огромные деньги. «Студенты» от него не откажутся, что бы они ни говорили. Аналогичная ситуация, судя по всему, сложится с контрабандой оружия и других предметов, ограниченных либо изъятых из гражданского оборота.

• Активность международных террористических сетей и каналов подразумевается априори – они и так существуют и функционируют. Никакие границы и международные договоры не удержат и никогда не удерживали джихадистов.

В-четвертых, миграция и проблема беженцев.

• Не секрет, что из Афганистана люди бежали, бегут и будут бежать. Очередная миграционная волна означает дополнительную нагрузку на экономику принимающих государств (учитывая, что на Западе хватает мигрантов и беженцев, получающих пособия). Миграция усугубит проблемы на рынке труда, а также проблемы с жильем, образованием, медициной и охраной правопорядка. Пострадает местное население – добропорядочные налогоплательщики, чьи финансы Афганистан и так уже поглощает не одно десятилетие.

• Вопрос еще и в том, кто эти мигранты и беженцы. Очевидно, что среди них будут не только жертвы репрессий. Уголовники, террористы, маргиналы, те, кто ненавидит Запад или конкретно Россию – вот к чему надо готовиться. Ожидается наплыв «лучших из лучших» – причем не только из Афганистана, но и из сочувствующей талибам Средней Азии. Это чревато ростом этнопреступности и криминализацией и без того не самых благополучных диаспор. Всех этих людей, полных злобы и ресентимента, не получится «окультурить», задобрить пособиями и прочими материальными благами. Они придут совсем за другим.

• Арабы, иранцы и турки тоже не будут рады наблюдать описанную картину у себя дома. Рядовые жители восточных стран