Игорь Тихоненко - Бравые казаки Часть II "Людас"

   Олег Дубовой, увидев, что Головань остался без оружия прокричал:

   - Игнат, держи!

   И бросил ему свою саблю. Головань подхватил на лету клинок, и тут же вонзил его в грудь Ружанскому, пробив железные латы гусара. Гресь покачнулся и упал на землю. Подъехавший к обезоруженному Дубовому драгун, со всей силы рубанул Олега по голове. Дубовой пытался закрыться рукой, но клинок отрубил ему кисть. Казак упал рядом с польским полковником.

   Тем временем основные силы Запорожцев, закончили разгром гусар и атаковали лагерь противника. Беспорядочный огонь польской артиллерии не смог остановить ла­вину казаков. Въехав в расположение ляхов. Запорожцы обнаружили там только пустые шатры, наспех разбросанные вещи и множественные польские знамена.

   Гетьман Шульга выехал на холм и проговорил:

   - Браты - казаки, наша, правда, крепче ляшской!

   Окружавшие его Запорожцы радостно приветствовали Гетьмана. Шульга продолжал говорить:

   - Правда, ясновельможные так быстро уехали, что даже не успели с нами поздороваться. Но ничего, мы им уже свой привет передали.

   Казаки дружно засмеялись

35. Кровавая тризна.

   . Поле боя было заполнено убитыми и ранеными. Казаки ходили и пытались отыскать своих товарищей в надежде, что те окажутся еще живыми. Пленным полякам разре­шили похоронить своих земляков, павших в сражении. Игнат отыскал Олега Дубового. Его дядя лежал с раскинутыми руками, как будто хотел обнять весь мир. Открытые глаза неподвижно смотрели в голубое небо. На голове запеклась кровь. Головань склонился над ним и поцеловал его в холодный лоб.

   "Вот сокол ты и завершил свой полет над степью. Больше в небо тебе не подняться",- размышлял Игнат. В это время рядом раздался стон. Головань оглянулся и увидел, что польский полковник, с которым он сражался, пошевелился.

   "Ну и сильно же жизнь засела в этом ляхе,- подумал Игнат.- Я же его в грудь саблей ударил, а он живой. Наверное. Господь решил, что ему рано еще умирать".

   Дубового положили в братскую могилу вместе с погибшими казаками. Головань вернулся к польскому полковнику. Тот еще дышал и тихонько постанывал. На груди у не­го было кровавое пятно. Игнат спросил:

   - Как тебя зовут?

   Полковник открыл глаза и еле слышно ответил:

   - Гресь Ружанский.

   - Эй, хлопцы, кладите этого ляха на подводу и пусть его везут к нему домой. Скажите, что я приказал. Если доедет живым, то его счастье.

   Когда стемнело, с поля боя убрали всех убитых и раненых. Похоронив погибших товарищей, казацкое войско вернулось в Пряжин. Всю ночь по степи бегали волки. Они чувствовали запах свежей крови в воздухе, но не могли понять, где, же добыча. Серые разбойники лизали землю в тех местах, где были лужи крови. Но от этого их аппе­тит становился еще большим, злость возрастала и она набрасывались друг на друга. При этом сиромахи угрожающе рычали, оскаливали пасти и безжалостно кусали своих же собратьев.

   Игнат, проезжавший вместе со своим полком вдоль поля, подумал: "Смотри, все, как у людей. Друг друга грызут".

   Как только месяц вышел на середину неба, волки, как по команде уселись, задрали морды вверх и завыли, заглушая один другого. Очевидно, они хотели пожаловаться ме­сяцу на свои не увенчавшиеся успехом поиски.

36. Предательская встреча.

   Князь Острожский поздно вечером ожидал тайного гостя в одном из своих имений. В полночь ему доложили, что прибыл незнакомец и, не называя своего имени, про­сит его принять. И показали князю перстень, который передал неизвестный. Ясновельможный внимательно посмотрел на кольцо и сказал:

   - Впустите, я его давно жду.

   Вошел человек средних лет. Под черным плащом виднелась казацкая одежда. Острожский сразу узнал лицо гостя, хотя тот и был в капюшоне; нос с горбинкой, черные усы и злобно сверкающие карие глаза.

   - Здравствуйте, пан войсковой казначей,- поприветствовал вошедшего гостя князь.

   - Я попрошу Вашу Милость, погасить свечи. Достаточно света и от огня в камине,- не отвечая на приветствие, произнес Андрей Копейка.- И, пожалуйста, без званий и имен.

   - Похоже, что пан уже собственной тени боится?- иронично заметил ясновельможный князь.

   - Вам хорошо говорить, Вы у себя дома. А если Запорожцы узнают, что я встречался с Вами, они со мной такое сделают, что даже сказать противно,- обиженно прогово­рил Копейка.

   - Хорошо, перейдем сразу к делу,- продолжил разговор Острожский.- Необходимо устранить Вашего Гетьмана, пока он не устранил нас всех. Надеюсь, Вы понимаете, о чем я говорю?

   - Еще бы не понять. Легко сказать устранить. А как? Для этого, по меньшей мере, нужны деньги. А войсковую казну сейчас охраняют люди Шульги так, что я и копейки взять не могу без прямого приказа Гетьмана. Не говоря, что нужен толковый план.

   - О деньгах не беспокойтесь. Деньги будут, и не только для осуществления операции. Лично для Вас будет внушительная награда, если дело получится.

   У казначея засверкали глаза. Князь это заметил и продолжал излагать:

   - А план будет такой. Я и князь Потоцкий пошлем приглашение Вашему Гетьману на переговоры о мире. Попросим провести их в нейтральном месте, якобы опасаясь за свои жизни. Скажем в Глушевке, недалеко от границы, рядом с бывшим имением князя Вишневецкого. Вы сделаете так, чтобы Гетьман согласился. Мы готовы принять лю­бые его условия. И постарайтесь, чтобы охрана была небольшая. Наймете людей таких, для которых деньги являются основной моралью в жизни. И устроите засаду.

   - План хороший,- задумчиво заговорил Копейка,- только Шульга не дурак. На такую встречу, он поедет с охраной, которую обеспечивать будет человек, пользующийся у него доверием. А у меня такого нет.

   - Зато у меня есть,- твердо ответил Острожский.

   Андрей недоверчиво посмотрел на князя и сказал:

   - Я, конечно, ничуть не сомневаюсь в возможностях Вашей Милости, но этого не может быть, прошу прощения.

   - Есть у вас в войске сотник Яворной,- ухмыляясь, проговорил Острожский,- если я не ошибаюсь, он был большим другом покойного полковника Кульбаса?

   - Да, это так,- не понимая, куда клонит князь, подтвердил казначей.- Что Вы этим хотите сказать?

   - Поручите ему, чтобы именно он возглавил охрану Гетьмана. И передайте от меня привет, и скажите, что я знаю, кем была его жена, и кто он есть на самом деле. А если он будет упрямиться, то скажите о том, что известно мне, может стать известно всем, и, прежде всего - Шульге. Ну и на крайний случай, передадите ему привет от Людаса, он знает кто это.