Орел пустыни - Хайт Джек

За стеной раскинулся город во много раз больше Баальбека. На многочисленных холмах стояли дома с белыми стенами и плоскими крышами. Тут и там в небо тянулись стройные минареты. И над всеми зданиями царила цитадель, построенная на вершине скалистой горы, в самом сердце города.

– Он называется Белый город, – провозгласил Ширкух. – Но вовсе не из-за своих добродетелей, уверяю вас. При дворе полно интриганов, а на улицах множество воров. Тем не менее это великий город.

– А что случилось со стенами? – спросил Юсуф, показывая направо, где несколько длинных секций стены превратились в руины. Присмотревшись внимательнее, Джон увидел, что в городе много разрушенных зданий – просевшие крыши, разбитые стены. – Город был осажден?

– Крестоносцы много раз пытались захватить Алеппо, – ответил Ширкух. – Но это сделали не они. В год твоего рождения, Юсуф, здесь произошло сильное землетрясение. Погибли десятки тысяч человек. Стены восстанавливают до сих пор. Нур ад-Дин говорит, что землетрясение – это гнев Аллаха из-за присутствия крестоносцев. Он поклялся изгнать их с наших земель.

Ширкух пришпорил лошадь и поскакал вперед. Джон последовал за остальными по утоптанной извивающейся тропе в сторону города. Они въехали в длинную тень стен и направились к воротам с двумя массивными башнями разной высоты. Левую окружали строительные леса, по которым сновали рабы, укладывавшие сверху тяжелые камни.

У основания правой башни находился сводчатый проем, в который могли проехать шестеро всадников. Возле входа сгрудились купцы, расхваливавшие свои товары.

– Острые клинки! – выкрикивал долговязый мужчина в мешковатых одеяниях. Он поднял кинжал, блестящий клинок которого отливал темными оттенками серого. – Из лучшей дамасской стали!

– Рабы! – кричал другой торговец, чья курчавая черная борода свисала на пухлый живот.

Он указал на полдюжины франков, прикованных к стене и стоявших с опущенными головами. Они были по пояс обнажены и невероятно исхудали. Грязные женщины с равнодушными лицами выглядели немногим лучше. Джон стиснул зубы. Работорговец решил, что его товар его заинтересовал, и подошел ближе.

– Хочешь женщину из франков, чтобы она грела твою постель по ночам? Всего пятьдесят драхм.

Джон сплюнул к ногам торговца и проехал мимо.

Однако ворота не вели в город, как предполагал Джон. Он оказался в темном помещении, тускло освещенном дымными факелами, закрепленными на стенах. На низком потолке Джон разглядел решетку, сквозь которую выливали кипящее масло на атакующего врага. Слева находился сводчатый проход, ведущий в длинную комнату с высоким каменным потолком и большими окнами, в них со стороны города проникал свет. В комнате собралось множество купцов и путешественников, чьи громкие голоса эхом отражались от каменных стен, создавая оглушительный шум.

Джон вместе с остальными миновал это помещение, потом еще два, но меньшего размера, прежде чем они въехали в сам город. Оживленная грязная дорога петляла между стоявшими рядом высокими домами.

– Ворота перестроены, чтобы врагу было труднее войти в город, – объяснял Ширкух Юсуфу, когда они ехали по улицам. – Если войско преодолеет внешние ворота, оно окажется в замкнутом пространстве, и защитники смогут атаковать их сверху. Чтобы войти в город, им придется миновать еще трое таких же ворот.

Ширкух продолжал говорить, но из-за шума толпы Джон его почти не слышал и принялся изучать окружавших его людей. Справа бедуин-пастух с посохом в руке вел четырех блеющих овец на рынок. Еще дальше медленно шел первый из караванов тяжело нагруженных верблюдов, которые неспешно жевали жвачку. За верблюдами Джон заметил двоих мужчин, стоявших в дверном проеме и передававших друг другу дымящуюся трубку. В окне второго этажа женщина в чадре выбивала ковер. Джон перехватил ее взгляд, она тут же отступила внутрь и захлопнула ставни.

Дорога свернула налево и вывела их на просторную площадь. Повсюду стояли повозки, окруженные людьми, которые торговались из-за множества самых разных товаров: свежие фрукты, яркие, синие, красные и желтые ковры с геометрическими узорами; одинаковые флаконы с эликсирами домашнего производства – продавцы клялись, что их товар излечивает от всех болезней. Узкие крытые проходы вели на площадь, и каждый был отдан определенным товарам, от золота до одежды и специй. Юсуф сказал Джону, что рынок Алеппо славится по всему востоку. Говорили, что здесь можно купить все, что может пожелать человек.

Впереди возник какой-то шум, который отвлек внимание Джона от рынка. Из толпы выскочило несколько полуголых ребятишек, которые окружили лошадей, заставив их остановиться.

– Свежие фрукты, господин? – крикнул один из них Джону, показывая манго.

Другой протянул мех с водой.

– Холодная вода?

Другие просто попрошайничали, протягивая к ним руки.

– Деньги, господин, деньги?

Один из мальчишек попытался залезть в седельную сумку Джона, но он схватил его за руку, и ребенок испуганно съежился. Джон отпустил его, и неудачливый вор скрылся в толпе. Однако его место тут же занял другой.

Ехавший впереди Ширкух швырнул горсть медяков в сторону, дети бросились за монетками и, крича от возбуждения, принялись собирать деньги, отпихивая друг друга. Джон направил свою лошадь мимо, следуя за остальными, и вскоре они пересекли площадь и оказались в тени цитадели. Высоко у них над головами по стенам, сложенным из известняка, расхаживали стражники. На равных расстояниях друг от друга высились башенки. Цитадель была построена на белой скале с крутыми склонами. Вдоль основания холма шел ров шириной в двадцать футов – еще одна линия обороны. Четверо стражников в кольчугах и остроконечных шлемах с копьями в руках охраняли подъемный мост через ров. Увидев Ширкуха, они сразу отошли в сторону.

– Доброе утро, – сказал Ширкух, проезжая мимо.

Копыта его лошади громко застучали по деревянному настилу моста. Следующим проехал Юсуф, кивнувший стражникам. За ним последовали три человека Ширкуха и Джон, на которого стражники бросали настороженные взгляды. Джон отвернулся и вскоре оказался на мощенной кирпичом дорожке, ведущей к большой сторожке у ворот, недостроенной и окруженной строительными лесами.

Еще четверо стражников пропустили их дальше, и они оказались внутри цитадели.

То, что увидел здесь Джон, его изрядно удивило. Он смотрел на овальный плоский участок земли длиной в триста ярдов и шириной в сто. Слева зеленели великолепные сады. Справа, у дальней стены, стоял огромный дворец. Другие строения – казармы, конюшни, кухни и склады – располагались вдоль стен. А в самом центре расстилался ровный, засеянный травой луг, по которому носилось две дюжины всадников, гонявших деревянный мяч. Джон уже знал эту игру: в Баальбеке он видел, как Юсуф играл в поло.

Джон подъехал к Юсуфу, и они вместе стали смотреть, как один из игроков опустил клюшку, раздался громкий звук удара, и деревянный мяч полетел в сторону стоек ворот, находившихся слева. Несколько всадников бросилось в погоню за мячом, но двое опередили остальных и проскакали рядом с Джоном и остальными. Один был высоким и крепко сложенным, со светлой кожей и густой каштановой бородой. Второй – смуглый, высокий и худой, его подбородок и щеки покрывала редкая черная щетина. Они мчались к мячу, высоко подняв клюшки. В самый последний момент темнокожий всадник направил свою лошадь в сторону, отсекая противника, с победным криком опустил клюшку и направил мяч между стойками ворот.

– Кто это? – спросил Юсуф.

Ширкух улыбнулся:

– Наш повелитель Нур ад-Дин.

Он тронул поводья своей лошади, и они выехали на поле. Остальные последовали за ним, Джон остался в самом конце.

– Хо! Ширкух! – вскричал Нур ад-Дин, когда они приблизились к нему. – Рад встрече!

Вблизи Джон сумел разглядеть блестящие золотистые глаза и широкую белозубую улыбку. А в следующее мгновение с удивлением обнаружил, что соперником, пытавшимся ему помешать, был Туран. Нур ад-Дин подъехал к Ширкуху и сжал его руку, Туран направил свою лошадь к Юсуфу.