Чемпион (ЛП) - Скэрроу Саймон

- Оставь нас, - приказала Мурена стражнику.

- В чем дело?  - спросил Паво, и в его голосе закралась паника, пока он переступал  дверной проем.

Мурена какое-то время смотрела на него. Его глаза загадочно улыбнулись: -  Входи, молодой человек  Поздоровайся со своим дружком.

Что-то холодное и тошнотворное шевельнулось внутри Паво.  Он неохотно вошел в камеру, тревога связала его желудок.  Мурена  встал в стороне.  Камера была тесной  - меньше, чем его собственная комната  в Имперском лудусе, подумал Паво, - и в воздухе висела легко узнаваемая вонь крови и фекалий.  Мерцание масляных ламп в коридоре отбрасывало мрачно-красный оттенок.  На полу рядом с дверью лежали орудия пыток.  Паво почувствовал, как у него скрутило желудок, когда он заметил пятно крови, блестевшее на камне у его ног.  Затем он услышал еле слышный стон, и его взгляд был прикован к скорчившейся фигуре, прислоненной к задней стене.  Ее запястья и лодыжки были закованы в наручники.  Мужчина был раздет до набедренной повязки, и при ближайшем рассмотрении Паво понял, что у него вырваны ногти на руках и ногах. Его торс был покрыт следами ожогов и синяками.  Мурена щелкнул пальцами. Мужчина устало поднял голову, и его тусклые глаза остановились на Паво.  Кровь капала с его подбородка.  Его губы были багровыми.  Гладиатор почувствовал, как все его тело вздрогнуло.

- Боже милостивый…  -  начал он.

- Сенатор  Нумерий Порций  Ланат, - почти весело представил его Мурена, подавив улыбку. Он взглянул на Паво. - Я полагаю, старый друг твоего отца в те дни, когда Ланат был проконсульским губернатором в Африке.  Сенатор Ланат также оказался Освободителем.  Одним из лидеров этой теневой сети, не меньше.  Он наклонился рядом с пожилым сенатором и усмехнулся. - Не так ли, Ланат?

Сенатор вызывающе посмотрел в ответ.

- Отправляйся в Аид, Мурена, - прохрипел он. Паво в ужасе отпрянул, увидев, что у Ланата  изо рта вырваны все зубы.

- Я думаю, это то место , куда ты сам  скоро попадешь, мой дорогой друг, - усмехнулся Мурена. Он взъерошил редкие седые волосы сенатора и снова повернулся к Паво.  - Один из дежурных охранников Имперского лудуса был выявлен как друг Освободителей.  Мы попытали его немного, и он сразу же  указал нам на Ланата.

Сенатор вздрогнул, его грудь вздымалась от боли. Выпрямившись, Мурена повернулся к Паво:  - Ты знаешь, зачем я привел тебя сюда?  - ровным голосом спросил он.

Паво покачал головой.  Кровь похолодела в его жилах. Мурена подошел к нему на шаг и тихо сказал: - Мы потребовали признания от Ланата.  Дворцовые дознаватели  помучили старого дурака, и он в конце концов рассказал нам все. Сенаторы всегда так делают.

Гладиатор попытался  сделать наивный вид: -  Какое отношение все это имеет ко мне?

- Не играй со мной в игры, Паво.  Ланат признался в твоей  роли в заговоре с целью убийства Императора. Он рассказал нам о плане подсунуть тебе  оружие после твоей победы в групповой схватке.  Как ты должен был перерезать горло Императору, когда войдешь в Имперскую ложу, чтобы получить свою награду.  Должен признать, это был определенно дерзкий план.

- У меня не было другого выбора!  Ланат сказал мне, что если я не помогу,  Аппий умрет …

Мурена подняла руку:  - Меня не интересуют твои жалкие оправдания, - отрезал он. - Единственная причина, по которой тебя сейчас не пригвоздили к кресту, - это то, что мы с Палласом нуждаемся в твоей победе. Сам факт того, что ты решил не участвовать в заговоре, говорит о том, что ты, по крайней мере, сомневался в разумности совершения столь гнусного поступка.

- Что ты от меня  хочешь?  -  осторожно спросил Паво.

- Победы, конечно. Я не потерплю твоего поражения от Гермеса.

Паво вскинул руки:  - Гермес - величайший из когда-либо живших гладиаторов. Даже стараясь изо всех сил, я могу проиграть.

- Тогда тебе придется тренироваться усерднее.  Выиграй  эту схватку, и никто больше не узнает о твоей роли в заговоре Освободителей.  Проиграешь, и я позабочусь о том, чтобы весь Рим узнал о твоем предательстве. Толпа будет высмеивать тебя как Освободителя, Паво.  Имя твоей  семьи будет безвозвратно запятнано. А бедного маленького Аппия постигнет участь похуже смерти: он вырастет опальным сыном предателя.

ГЛАВА   ВТОРАЯ

- Что ему было нужно? -  раздраженно зарычал Макрон.  Паво оставил Мурену у входа в подземный туннель и присоединился к Макрону  у главных ворот Императорского Дворца, где тот нетерпеливо расхаживал взад и вперед.  Поднялся холодный ветер и пронесся по переулку.

- Ничего,   - рассеянно  ответил  Паво. Его разум все еще был потрясен видом Ланата в камере. Он содрогнулся при мысли о невообразимых ужасах, которые, должно быть, пережил сенатор от рук имперских палачей. Только политические устремления имперского секретаря и его помощника избавили Паво от той же участи. Но если и было что-то хуже смерти для знатного римлянина, так это потеря престижной гордыни, и он почувствовал, как его кровь закипает при мысли о том, что его провозгласят как предателя.  Мурена была права. Аппий вырастет в позоре, фамилия Валериев будет запятнана   его поступком. Сейчас, как никогда, ему нужна была победа.

Макрон  нахмурился: - Ты выглядишь так, словно только что увидел дешевую шлюху без макияжа, парень.  Что случилось?

- Ничего, - повторил  Паво. Он внимательно посмотрел на своего наставника, изучая его лицо. Он быстро решил, что Макрон ничего не должен знать о его  причастности к заговору с целью убийства Клавдия. Он вздохнул с облегчением и заставил себя улыбнуться. - Мурена просто хотел напомнить мне о важности схватки

- Х-а?  -  Макрон  брызнул от смеха. Затем он продолжил: - Что же тогда стоишь с вытянутым лицом?  Ты должен целовать задницу Фортуны, парень.  Эти проклятые греки на нашей стороне… хоть на этот раз.

Паво устало пожал плечами: - Возможно, мы ошиблись.

Макрон  хмыкнул. Он все еще был в скверном настроении после встречи с Муреной и болезненного напоминания о своем появлении в схватке со львом.  - Ты слишком много думаешь. Вот что с  тобой  делает чтение всех этих книг.

Паво мысленно отбросил ужасающий образ Ланата в камере и повернул голову к  своему наставнику. -  Вам не кажется странным, что Мурена и Паллас предложили  нам помочь, господин?

- Одни боги это знают. Ведь они греки. Навозные жуки рождаются скользкими. Сейчас они видят в Нарциссе большую угрозу.  Это означает, что они готовы работать с нами.  Как говорится, враг моего врага...

Паво склонил голову набок,  задумавшись. -  Но за последние несколько месяцев они пытались меня убить. Наверняка они предпочли бы работать с кем-нибудь - с кем-нибудь - другим?

- Кровавый  Аид! -  Макрон в недоумении вскинул руки. - Ты знаешь, что из себя представляют эти вольноотпущенники.  Паллас сделает все, чтобы сохранить за собой титул главного жополиза Императора, даже если для этого придется подлизаться к опальному аристократу, которого он пытался убить. Не в обиду сказано ….