Ксавье де Монтепен - Месть Шивы (Индийские тайны с их кознями и преступлениями) Книга 1

Видя, с какой сосредоточенностью всматривается она в окно, как высоко вздымается ее грудь, как безмолвно сжатые губы выделяются на бледном лице одной зловещей линией, можно было заключить, как сильно она страдает, как глубока рана в ее изможденной душе.

Впрочем, этот кризис продолжался недолго. Едва слышным голосом, проведя рукой по лбу, как бы с намерением отогнать мысль, она прошептала:

— Оскорбление только тогда смертельно, когда оно остается безнаказанным! Что значит оно, когда месть не уступит ему ни в чем! Горе тому, кто презирает и топчет меня! Горе тому, кто ставит соперницу выше меня! Я смою это пятно или не смогу называться своим именем! Ах, проклятое племя европейцев! Они топчут своими ногами нашу землю и наши сердца! Но терпенье! День приближается, когда их владычество в Индии станет только воспоминанием.

Говоря это, Джелла подошла к столу, стоявшему в середине комнаты, и позвонила в колокольчик.

На ее зов мгновенно откликнулся Согор, всем своим видом выказывая внимание и почтение.

— Все ли англичане уехали из дворца? — спросила она его.

— Да, госпожа, ни во дворце, ни в саду не осталось ни одного иностранца.

— Ты уверен в этом!?

Согор сделал утвердительный знак. Джелла между тем продолжала:

— Говорили ли с тобой братья, которые принесли цветы лотоса?

— Да, госпожа.

— Откуда они пришли?

— С Востока, Запада, Юга и Севера.

— Знаешь ли ты их имена? Видел ли ты их лица?

— Имен не знаю, а лица скрываются под густыми покрывалами. Привести ли их сюда?

— Да, я готова принять их.

Согор вышел.

— Какие новости принесли они мне? — прошептала, оставшись одна, Джелла. — Какова воля Шивы, жестокого бога? Просит ли он крови англичан? Каковы бы ни были его желания, они найдут меня послушной! А! Вот и они… Сейчас узнаю, в чем дело…

Дверь отворилась, и в комнату вошли четыре человека. Длинные черные одеяния, ниспадавшие на плечи, не позволяли различить их черты.

Увидя принцессу, они упали перед ней на колени.

Джелла, поздоровавшись с ними, сказала торжественным голосом:

— Посланники бога находятся перед царицей фансигоров и тугов. Ни один любопытный взгляд не следит за ними, ни одно нескромное ухо не подслушивает их, пусть они говорят с открытыми лицами.

Пришедшие, повинуясь той, что, вероятно, имела право приказывать им, приподняли покрывала. Джелла, узнав их, не могла удержаться от удивления.

— Факир Суниаси! — воскликнула она. — Акбар! Джааль! Голькар!

— Пред вами самые главные предводители тугов! — ответил факир с отвратительной физиономией, костлявым туловищем и плешивой головой.

— Добро пожаловать, братья, — начала принцесса, — слава Шиве и Бовани, приведших вас ко мне! Вы передали мне через Согора таинственные и священные цветы лотоса, имеющие для нас особенный смысл и заменяющие длинное поручение! Разве нам грозит опасность?

— Да, — ответил Акбар.

— Откуда?

— От англичанина.

— Кто он?

— Гражданин Индийской компании, главный судья.

— Главный судья! — повторила принцесса. — Объяснитесь. Акбар, я жду.

— Этот англичанин поклялся… — начал в свою очередь факир Суниаси.

— В чем?

— Открыть все разветвления таинственной ассоциации тугов и уничтожить дело сынов Бовани, поразив его в самое сердце.

— И, — прошептал Джааль, — со времени клятвы он ищет…

Джелла сделала презрительный жест.

— Какое нам дело? — возразила она. — Пусть ищет. Он ничего не найдет!

— Он уже нашел! — с яростью зашипел факир.

— Невозможно!

— Однако это правда!

— Что же он знает?

— Очень многое! Изменники открыли или продали ему опасные секреты… Он напал на след. Да, он напал на след и уже не выпустит его из виду! Сделай он еще один шаг — и наша ассоциация погибнет!

— Дороги, по которым он идет, еще темны! — сказал Голькар. — Он не знает пока ни одного имени, но свет, рассеивая окружающий мрак, скрывающий нас от его глаз, может осветить все наши тайны. Завтра предводители и царица могут попасться в сети правосудия.

Джелла топнула ногой, ее ноздри расширились, губы сжались, а глаза засверкали мрачным огнем.

— И Англия восторжествует! — воскликнула она пронзительным голосом. — И мы будем уже не в состоянии избавить Индию от ее проклятого владычества! Нет, нет и еще раз нет! Этого не будет! Клянусь моими предками! Клянусь нашими богами, что этого не будет.

— Принцесса, — прошептал факир, — вы — дочь Бовани, и вашими устами говорят боги…

— Они зажгли в моих жилах кровь! — ответила Джелла. — Возбудили во мне священный гнев!

— Теперь вы знаете, в чем заключается опасность, — снова начал факир. — Что прикажете делать?

Джелла задумалась, потом вместо ответа на заданный вопрос спросила:

— Факир, что бы вы сделали на моем месте?

— Убил бы! — не колеблясь ответил факир. — Нам необходима смерть этого человека!

— Кровь! — прошептала принцесса. — Нужна кровь!

— Да, кровь иностранца, проклятая кровь, иначе прольется кровь наших братьев…

— Вы правы, факир, этот человек должен умереть…

— Когда?

— Завтра ночью.

— Где убить его?

— В долине тайн, на кладбище слонов… перед изображением Шивы.

— Все будет исполнено…

— Теперь, — сказала Джелла, — когда человек этот осужден, назовите мне его имя…

На вопрос ответил Джааль:

— Сэр Джон Малькольм — гражданин Бенареса.

Джелла ужаснулась, и несколько капель холодного пота выступило на ее лбу.

— Джон Малькольм! — прошептала она со страхом. — Джон Малькольм! Его отец…

Волнение молодой женщины не ускользнуло от прозорливых глаз посланцев.

Факир Суниаси, пользуясь своей репутацией близкого друга предводителя поклонников бога Шивы, принял почти враждебную позу.

— Можно подумать, что принцесса колеблется! Смущается! — воскликнул он, устремив на Джеллу сверкающие фосфорическим светом ненависти глаза. — Теперь, когда вы знаете имя своего врага, не прикажете ли помиловать его?

К Джелле вернулось обычное хладнокровие.

— Помиловать! — ответила она, пожав плечами. — Надеюсь, вы не думаете так, Суниаси! Напротив, я совсем не колеблюсь и готова собственными руками отдать вам жертву…

Сказав эти слова, она взялась за колокольчик.

— Что вы делаете, принцесса? — спросил Джааль.

— Зову Согора. О! не бойтесь, ему можно доверять.

Огромный индус тотчас же явился.

— Слушай, Согор, — продолжала принцесса, — ты знаешь Джона Малькольма, гражданина Бенареса?

— Знаю.

— Знаешь, где он живет?